Trigger warning: скрепы.
TL;DR: Я сделал механическую игрушку на российский конкурс, и это была очень сложная инженерная задача.
Несколько месяцев назад Российское Общество «Знание» объявило конкурс «Родная Игрушка»: нужно было отправить идею какой-нибудь куклы, модельки, конструктора, настолки итд, которая впоследствии может производиться в России и обладать соответствующим культурным или научным колоритом. Было подано что-то около 22 тысяч идей, я отправил две. В следующий тур вышло несколько сотен, в том числе внезапно одна из моих — заводная подводная лодка, которая плывет не вперед, как существующие заводные игрушки для ванны, а прям погружается и всплывает. Связал я это не с военными подлодками, а с научными глубоководными аппаратами, по которым у России несколько мировых рекордов. Вы знали, например, что Кэмерон брал наши глубоководные «Мир-1/2» для съемок Титаника? А еще они первыми достигли дна Северного Ледовитого Океана.
После отбора вы попадали в этап моделирования, где нужно было сделать 3D-модель, чертежи, спецификацию, описание и так далее. Здесь я уже не обошелся без помощи профессиональных 2D и 3D художников. Заказал эскизы и моделирование внешнего вида, а сам уже в Компасе дорабатывал нужные элементы для сборки.
Моделирование отсекло ещё значимый процент участников, где-то 70-80 человек в пяти категориях вышли на этап создания прототипа. И вот тут я скажу вам, сложно передать, сколько хитрых инженерных задач пришлось решить по пути. Проект оказался одним из самых сложных (и одним из самых интересных) в моей практике. Вообще, айтишнику полезно поработать с материальным миром, изобилующим погрешностями и допущениями.
Герметичность корпуса, например, испытывает противоположные воздействия при движении в среде вверх и вниз — швы, не пропускающие при погружении, начинают пропускать при всплытии. Разница в два грамма балласта на таких масштабах влияет на плавучесть очень значительно, поэтому балласт должен легко регулироваться (я остановился на двух отсеках с ружейной дробью). Мультипликатор заводного механизма пришлось перепроектировать пять раз, попутно печатая фотополимером зубчатые колеса с модулем пол миллиметра. Сделать фотополимер цветным с устойчивостью к воде — офигенно непростая задача с не самым очевидным решением: в жидкий раствор с нужным базовым оттенком подмешивается пигмент для эпоксидных смол, и только потом печатается на чуть увеличенной засветке. Сделать полностью прозрачное стекло не вышло, но и текущая частичная прозрачность получилась не сразу. Даже у жетонов был десяток итераций, чтобы они не оказались слишком тяжелыми, и чтобы металлическое ядро для захвата магнитом не было слишком далеко от стенок. Добавьте сюда подбор шага и размеров винта, сложности работы с моделью такой формы, летнюю жару, из-за которой постоянно забивался подающий механизм принтера...
Но результатом очень доволен, смотрите видео. Прямо сейчас еду в Москву на выставку игрушек, где выберут победителей, чьи проекты запустят в тираж уже на настоящем производстве.
#gadgets#diy#hobby
Мы в BURO ALL FLORA работаем с живыми цветами, но не можем не восхититься искусством Erbavoglio. Более тридцати лет в этой миланской мастерской создают розы, крокусы, нарциссы и пионы из медных листов и проволоки. При этом цветы поразительно реалистичны.
Сегодня подобных мастерских в мире остались единицы. История этого искусства началась в конце XVII века, когда мастер работы с металлом в Южном Уэльсе разработал устойчивый к ржавчине лак для листов олова. За этим последовала волна toleware — лакированных и расписных предметов для стола, имитирующих дорогие китайские и японские украшения. В середине XX века технику часто применяли для люстр и бра в форме цветов или фруктов.
Мастерская Erbavoglio открылась совсем недавно - в 1990 году. Фактически две ее основательницы возродили почти забытую технологию. Работа над одним цветком занимает от двух часов до нескольких дней. Сначала они рисуют контур цветка и листьев на податливом медном листе. Затем вырезают ножницами, скручивают в желаемую форму, вытравливают прожилки на листьях. Затем покрывают форму грунтовкой и красят.
Они часто используют ботанические книги со странинными иллюстрациями или настоящие цветы, в том числе из соседнего ботанического сада в Брере.
#craft
Некоторые знания передаются не по личному выбору, а благодаря судьбе.
Юнпэй Кавагути не собирался становиться хранителем древней техники плетения ротанга. Просто однажды, работая с кожей, он искал идеальный плетёный элемент для сумки. Поиски привели его к мастеру Макото Нагасаки, чья семья восемь поколений берегла секрет hanamusubiami - «цветочного узла».
В Японии подобные знания передают лишь одному ученику в поколении (для этого даже существует специальное понятие - isshisoden), чтобы не размыть мастерство и точность движений помнили лишь одни руки. Так Кавагути стал продолжателем линии, начавшейся ещё в эпоху Эдо.
Сегодня корзины Junpei Kawaguchi продаются в галереях и оцениваются на уровне произведений искусства.
#craft
Продолжаем знакомить вас с редкими ремеслами и брендами, сохраняющими мастерство, в рубрике #craft.
В 1838 году в Киото открылась мастерская Seikado, которая изначально занималась предметами для отправления религиозного культа из олова для святилищ по всей Японии.
Мастерская поставляла утварь императорскому двору и храмам, а оловянные сакэ-чаши пользовались популярностью среди знати. Традиция чайной церемонии в Киото также требовала чайников и блюдец ручной работы.
Сегодня Seikado - единственный специализированный магазин изделий из олова в стране, а седьмое поколение семьи продолжает работать уже не только с оловом, но и с серебром, медью и латунью. Олово - мягкий материал и требует особого обращения. Чтобы придать ему прочность, металл отбивают молотком, уплотняя молекулярную структуру. Это создаёт крошечные волны на поверхности, меняет блеск и ощущение от прикосновения. В Seikado используют специальный сплав: 99% олова и 1% серебра. Такая комбинация позволяет сохранить чистый, светлый цвет даже через несколько десятилетий использования. Самое интересное в оловянных изделиях Seikado - то, как они стареют. Олово легко царапается и вмятины появляются от малейшего удара, но это не дефект, а часть эстетики. Старые оловянные предметы полируются и многократно чинятся - так они переходят от одного поколения к другому.
У итальянца Паоло Дзорнетта крайне редкая профессия, которую точно не отнимет ИИ. Молодой мастер-стекольщик из мастерской Specchi Veneziani работает в технике алмазной гравировки по стеклу, которая восходит к XVI веку. В эпоху, когда большинство производителей перешли на механизированное производство, Дзорнетта делает всё вручную. Этим ремеслом занимался еще его дед, он и объяснял Паоло основы мастерства, но искусству гравировки тот учился у нескольких специалистов с острова Мурано.
«Гравюра — это то, как я выражаю себя, почти устанавливая связь между собой и стеклом, над которым работаю. Я люблю это, потому что вы никогда не прекращаете учиться; у вас никогда не может быть слишком много опыта».
Паоло вырезает стекло с помощью алмазного резца, наносит гравировку и шлифует поверхность. После процесса «серебрения», или амальгамирования — превращения стекла в зеркало — и сборки элементов в раму, Паоло добавляет декоративные детали из муранского стекла. Дзорнетта не копирует буквально старые образцы, но адаптирует многовековые техники к современной эстетике, продолжая великую традицию венецианских мастеров.
#craft
Разглядывая ванную комнату в лондонской квартире главы текстильной марки F Schumacher & Co., мы опознали довольно редкое и необычное произведение текстильного искусства. Несколько лет назад, осмотрев пирамиды в Гизе, мы отправились в соседний квартал, где находится мастерская Wissa Wassef.
В 1950-х годах архитектор, дизайнер и керамист Рамзес Висса Вассеф открыл мастерскую для юных ткачей, но поставил условие: никакого формального художественного образования, картонов и заранее продуманных сюжетов. Тема гобелена должна рождаться прямо на станке — из воображения и от рук. За десятилетия сменилось несколько поколений мастеров, а принципы остались прежними. Сегодня здесь работают с хлопком и шерстью, расписывают ткани в технике батик, делают керамику. Гобелены из Гизы разлетаются по музейным и частным коллекциям и торгуются на аукционах.
Если после пирамид вам захочется тишины (а вам захочется), отправляйтесь в мастерскую Wissa Wassef. Только уточните адрес, таксисты об этом месте чаще всего не слышали.
#craft
Shang Xia неслучайно называют «китайским Hermès». Бренд появился в 2008 году как совместный проект знаменитого французского дома и креативного директора Цзян Цюнъэр, которая мечтала соединить современный дизайн с древними китайскими ремёслами. Хотя впоследствии пути двух компаний разошлись, нетрудно заметить, как скрупулезно марка следует ремесленным принципам, лежащим в основе всего, что делает Hermès.
Миссия Shang Xia— сохранить исчезающие артизанальные техники Китая и придать им новое дыхание. Взять, например, бамбуковое плетение на фарфоре: мастера расщепляют бамбук на нити толщиной всего 0,33 мм и вручную оплетают поверхность белого фарфора. Машины на такое не способны — с такой тонкой работой справятся лишь умелые руки мастера. Единственный инструмент, который тут используется, это нож. Так рождается чайный сервиз Bridge. Фарфор, обожжённый при температуре выше 1300 °C, сияет мягким блеском в танчайшем бамбуковом облачении.
#craft
Какой из брендов в Узбекистане мог бы поддержать ремесла? 💬
Недавно итальянский бренд Bottega Veneta объявил о запуске Академии ремесла и креативности, Accademia Labor et Ingenium🪡.
Проект развивает одну из основополагающих концепций компании о передаче мастерства из поколения в поколение.
Бренд Hermes исследует и сохраняет техники ремесла работы с шелком. Посмотрите как это красиво.
Ремесло — нематериальное культурное наследие. Ремесло — это ткань нации, это теплота и эмоциональная привязка, это гордость, это красота. Бренд, который займет территорию поддержки ремесел, получит дополнительную ценность.
И это не обязательно должен быть бренд из фэшн индустрии.
С развитием технологий ценность ремесел только растет. Функциональная значимость для общества снижается (машина может сделать быстрее, прочнее, долговечнее), но с лихвой перекрывается значимостью культурной и эмоциональной. А человек и общество гораздо больше про эмоцию, чем про функцию. Эмоция и воображение — то, что отличает наш вид от других существ на Земле.
Hunar, мастерство, дело твоей жизни. Идея ремесел в Узбекистане — не менее значимая платформа, чем идея ремесленничества в Италии или Японии.
Безусловно, в каждой культуре символизм ремесла свой, и философия, вкладываемая в ремесло Узбекистанцами, отличается от философии наследия Италии. Но философия есть, она безумна интересна, глубока и сильна.
Культуру нельзя придумать искусственно.
Культура — это невероятная ценность, которую создавали сотни поколений и тысячи лет. Культура, при правильном подходе, становится центром притяжения общества внутри страны и магнитом вовне.
Страны с молодой культурой должны инвестировать в десятки раз больше, стараясь изобрести новое. Страны с богатствами, оставленными предками должны осознать ценность, которую они имеют и умно ей распорядиться.
#thoughts_and_opinions#craft
@planning_horizon
В конце прошлого месяца хорошо поговорили с Олегом из Clay про междисциплинарность.
28:05 Мой главный инсайт из этого разговора про настрой Олега при найме людей: «Это метч с двух сторон» в первую очередь не по уровню визуала, а по навыкам которыми он хочет усилить команду.
Например они сейчас ищут дизайнера, который может быстро делать много концептов.
🏃
Чтобы так проектировать команду, надо диагностироваться по «розе» навыков и постоянно их развивать.
30:15 Ещё мне очень срезонировал ответ Олега про то, как он выбирает «то самое» направление, в которое будет углубляться.
Короче сплошная годнота, хоть я и забыл воткнуть хороший микрофон-петличку в разъем ноута перед звонком 🌚
Если у вас до сих пор тормозит ютуб или другие сервисы, я напоминаю про аттракцион невиданной щедрости — VPN за тг звезду.
🎤Ссылки на утро — второй канал
#мойэфир@cogload#craft@cogload