Позавчера начался крутой замес на GitHub, и вчера продолжался весь день.
Есть такая очень популярная JS-библиотека Vue. Реально миллионы проектов в мире её юзают. У неё есть консольная утилита vue/cli, у которой несколько зависимостей. И автор одной из таких зависимостей встроил к себе в пакет код со скриншота.
Там с помощью кодирования по принципу Base64 скрыто намерение проверить IP-адрес пользователя, и, если он из России или Беларуси, то стереть все файлы у него на компьютере, заменив их содержимое на символ ❤️. Такой вот протест.
Сообщество довольно быстро это обнаружило. И — я редко видел такое единение душ — китайцы, американцы, турки, даже, кажется, один немец — куча иностранцев закидала этого разработчика ссаными тряпками (сам он из США). Все его попытки оправдаться заминусили, отправили жалобу в npm и оперативно удалили пакет, а самого автора обозначали не заслуживающим доверия.
Вообще, open-source разработка это коммунизм. И люди, которые ей занимаются, нередко придерживаются космополитических и до некоторой степени анархических взглядов. Среди них есть противники государств в целом, как способа организации общества, и у них очень хорошие (хотя и несколько наивные) аргументы на этот счёт. Ну и они совершенно точно умеют отделять действия властей от действий и решений обычных граждан. А ещё разработчики в основном довольно умные люди, с логикой и критическим мышлением. Почему-то никто из американцев не испугался, что у репозитория ухудшится репутация за отказ саботировать русских. Даже наоборот: они резко критиковали деструктивные по отношению к обычным пользователям действия и заканселили чувака, который эти действия предпринял. То есть делали совершенно не то, что делают корпорации и крупные руководители в тех же странах.
Представьте себе: обычные люди думают не так и хотят делать не то, что руководители. Кто бы мог подумать.
#dev
Various Artists — Music of Bhutan (Folkways Records, 1978)
#traditional#field_recording#chiwang#dramyin#yangqin#Bhutan
Из-за географической изолированности Восточных Гималаев в Бутане очень медленно проходит процесс модернизации. Помимо этого жители Бутана очень бережно относятся к сохранению своего наследия. Правительство Бутана открыло границы страны для туристов только в 1974 году, а народ Бутана сохранил гималайский буддизм почти в его первозданном виде.
Доктор Иоганн С. Шушкевич — антрополог и один из первых путешественников, открывших для себя Бутан. Он создал Music of Bhutan в 1978 году, когда ученые только начали изучать бутанскую музыку, преимущественно местную буддийскую литургию. В свою очередь сборник полевых записей Music of Bhutan наглядно демонстрирует, что до конца 70-х годов XX века жителям Бутана вполне успешно удавалось сохранять не только духовную, но и народную музыкальную традицию.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram
Bhutan Balladeers — Your Face Is Like the Moon, Your Eyes Are Stars (Glitterbeat Records, 2024)
#traditional#field_recording#zhungdra#ngalop#choekey#drumnyen#chiwang#yangchen#flute#Bhutan
Альбом Bhutan Balladeers посвящён музыке «жунгдра» (གཞུང་སྒྲ་), традиции Бутана, уходящей корнями в XVII век. Продюсером выступил лауреат премии «Грэмми» Ян Бреннан, известный по работе с Tinariwen,Ustad Saami и Zomba Prison Project.
Жунгдра — эндемичный бутанский музыкальный стиль, связанный с народной традицией областей Паро и Пунакха, исторического центра культуры народа нгалоп. Стиль отличается протяжными вокальными партиями, которые украшаются сложными мелодическими вариациями и микротональными переходами, медленно развивающими относительно простую инструментальную основу. Такой подход требует высокой подготовки исполнителей, что сделало жунгдра менее популярным по сравнению с ригсаром — стилем современной бутанской поп-музыки, основанным на использовании электронных синтезаторов.
Помимо высокого мастерства, требуемого для исполнения стиля жунгдра, дополнительной сложностью является использование языка чёке, происходящего от санскрита и известного как «язык дхармы». Этот древний язык сегодня понятен в основном буддийским монахам, что делает его трудным для восприятия большинства бутанцев.
Запись альбома проходила на лесной вершине недалеко от Тхимпху, столицы Бутана, с участием 16 певцов и почти без инструменталистов. Тем не менее, в записи нашли своё место некоторые традиционные бутанские инструменты: друмньен (трёхструнная лютня с двойными струнами), чхиванг (двухструнная скрипка), цимбалы и деревянные флейты. Всего было записано 37 песен, но на пластинку попало 11 из них.
Уникальной особенностью записи стало взаимодействие с местной природой: вороны, будто откликаясь на исполнение, «комментировали» выступления музыкантов своими криками. Одним из самых запоминающихся моментов записи стало соло старейшей певицы Пемо Чоден, которая исполнила редкую композицию (предположительно, седьмой трек), неизвестную даже другим участникам записи.
🔗AppleMusic | Spotify | Deezer | TIDAL | Bandcamp