DJI позавчера выпустила Mini 3 Pro — новый дрон в линейке Mini. Это модели весом до 250 граммов, чтобы их не нужно было регистрировать в большинстве стран, где дроны в принципе разрешены. Раньше в России тоже было именно такое ограничение, но потом его снизили до 150 граммов — и, кажется, сделали это именно из-за появления первой версии DJI Mini. Впрочем, я уже когда-то писал, что в России подобная проблема не стоит: регистрировать дроны легко, и делается это за 2 минуты через Госуслуги, при этом отсутствие необходимости регистрировать не спасает вас от ограничений, связанных с полётами. Дрон любого веса нельзя по закону запускать в людных местах, на высоту более 120 метров, с потерей прямой видимости, и в зонах явного ограничения (аэропорты, центральные площади столиц итд).
По сути регистрация как бы мешает только съёмкам чего-то запрещённого (когда ваш дрон могут сбить, и потом по его номеру выйти на владельца). Но у меня нет никаких сомнений, что владельцев незарегистрированных дронов при полётах над условными дачами чиновников тоже найдут, если очень нужно будет.
Так что, смысл в дроне весом 249 граммов есть только для путешествий, которые для жителей России сейчас потеряли актуальность, поэтому конкретно данный параметр особого интереса не представляет.
Что интересно, так это несколько ключевых нововведений, главное из которых: камера, способная физически поворачиваться в вертикальное положение. Увы, вертикальное видео давно и окончательно заразило человечество, эту войну мы с вами (адекватные сторонники горизонтальных видео) с треском проиграли. Думаю, дальше будет только хуже, и в кибернетическом будущем людей ждёт операция по пересадке глаз в положение один над другим.
Более позитивное нововведение — появился комплект с пультом, содержащим встроенный дисплей. Владельцы дронов знают, как утомительно каждый раз присоединять к пульту телефон, чтобы на него выводилась картинка. У DJI уже давно был в качестве отдельного товара пульт с дисплеем, но стоил он почему-то как целый дрон. Здесь же за ~$150 сверху вы получаете полное отсутствие возни с телефоном и траты его — телефона — батареи.
Ещё из мелочей: камера может смотреть вверх до 60 градусов. То есть вы можете пролететь под мостом и снять его снизу. Также добавили датчики препятствий -- раньше они были только в дорогих моделях. Впрочем, и Mini сейчас уже нельзя назвать бюджетным (от $700 за самый простой вариант). Отдельно продаётся аккумулятор увеличенной ёмкости: он поднимает вес дрона выше порога в 250 граммов, зато даёт по заявлению производителя фантастические 47 минут полёта (на деле, скорее всего, будет минут 30-35, но это очень много).
Считаю эту модель отличным вариантом универсального дрона для не слишком хардкорных пользователей. Он достаточно современный и с крутыми технологиями, обладает интересными фишками, супер компактный, но при этом не стоит, как настоящий вертолёт.
#gadgets#drone
Ay-Kherel — The Music Of Tuva (ARC Music, 2004)
#traditional#igil#chanzy#Tuva#Russia
«Ай-Херель» на тувинском языке означает «луч лунного света». В 1994 году группу основал однин из талантливейших мастеров обертонного горлового пения Владимир Серенович Соян. В репертуар «Ай-Херел» входит горловое пение, исполняемое в пяти стилях: хоомей, каргыраа, сыгыт, борбангнадыр и эзенгилер. Аккомпанемент исполнен на традиционных тувинских инстументах: игил, чанза, лимбэ.
🔗Spotify | AppleMusic
Oidupaa Vladimir Oiun — Divine Music From A Jail (Friends, 1999)
#throat_singing#kargyraa#khoomei#bayan#accordion#tuvan#Tuva#Russia
Владимир Ойунович Ойдупаа — тувинский музыкант, соединивший в своём творчестве стиль горлового пения «каргыраа» с игрой на баяне. Его манера оказалась настолько самобытной, что сегодня в среде тувинских музыкантов можно услышать выражение «ойдупаа-каргыраа» для описания такого стиля музыки.
Некоторые авторы, в частности Марк ван Тонгерен в книге Overtone Singing: Physics and Metaphysics of Harmonics in East and West, отмечают сходство музыки Ойдупаа с блюзом. И не случайно: и в тувинской, и в афроамериканской музыкальных традициях присутствует лад, известный как бесполутоновая пентатоника. Именно он роднит эти, на первый взгляд, далёкие друг от друга культуры.
Баян начал активно входить в тувинскую музыкальную традицию в 1960-х годах, когда возникли новые лирические жанры, вдохновлённые русской народной и популярной музыкой. Но лишь в конце 70-х — начале 80-х баян впервые стал сопровождать горловое пение, и Ойдупаа быстро стал одним из самых ярких исполнителей на нём в Туве.
Из 55 лет своей жизни 33 года Владимир Ойунович провёл в исправительных лагерях — в Кызыле,Златоусте и Кемеровской области. Альбом Divine Music From A Jail он записал в кабинете начальника одной из колоний. По его словам, именно в эти годы он довёл свою музыку до совершенства.
Во время заключения Владимир обратился в христианство. При этом, в интервью Оюмаа Хомушку он упоминал, что за свою жизнь прочитал много книг по дзен-буддизму и шаманизму, увлекался китайским фольклором, сказками и притчами, которые нередко становились источником вдохновения для его музыки. Синкретическое мировоззрение Ойдупаа, сочитающее тувинский шаманизм и христианство, можно увидеть на примере слов, открывающих песню It Is Echoing All Over The World:
Там, где звучит каргыраа, там нет воин и раздоров.
Там, где звучит каргыраа, там не ссорятся муж с женою.
Там, где звучит каргыраа, нет падёжа скота.
Там, где звучит каргыраа, там присутствует дух Божий.
Во весь голос, во всю вселенную, прославляю имя Твое, Отец мой Небесный! Среди дальнего народа, среди ближнего, через каналы массовой информации, через экран телевизора, через кассетные магнитофоны, в тюрьмах и лагерях, прославляю имя Твое, Отец мой Небесный!
Владимир Ойдупаа повсюду находил слушателей, нередко выступая на вокзалах во время своих поездок. В начале 90-х годов благодаря поклоннику из Японии он приобрёл известность в Европе и давал концерты в Швеции и Швейцарии. Однако вскоре после возвращения из гастролей его вновь арестовали и приговорили к очередному сроку.
В 2007 году Ойдупаа стал участником «Минуты славы», российского телевизионного шоу талантов, аналогичного британскому Got Talent. Однако жюри не позволило ему завершить своё выступление. Татьяне Толстой его пение показалось неблагозвучным, а Юрию Стоянову — диссонирующим и «не радующим слух». Тут остаётся только посочувствовать жюри.
Divine Music From A Jail изначально вышел в Швеции на малоизвестном лейбле Friends в 1999 году. К 25-летию альбома австрийский лейбл Ebalunga!!! подготовил его переиздание, ремастеринг которого сделала номинированная на премию «Грэмми» Джессика Томпсон.
🔗Spotify | AppleMusic | Bandcamp | Telegram
Huun-Huur-Tu — 60 Horses In My Herd (Shanachie, 1993)
#traditional#field_recording#chanting#throat_singing#khoomei#igil#khomus#doshpuluur#dunggur#Tuva#Russia
Хуун-Хуур-Ту, или Хүн Хүртү по-тувински, — тувинская группа, исполняющая широкий набор стилей тувинского горлового пения «хоомей». Термин «хоомей» употребляется как в качестве общего названия тувинского горлового пения, так и для обозначения одного из основных его стилей, традиционно звучащего мягко, с основным тоном голоса в низком диапазоне. Пение в этом стиле подражает звукам ветра.
Группа появилась в 1992 году под названием «Кунгуртук». В первоначальный состав выходили уже довольно опытные музыканты Кайгал-оол Ховалыг, братья Александр и Саян Бапа и Альберт Кувезин. На тот момент они были заинтересованы в сохранении тувинсого фольклора, поэтому играли только на традиционных музыкальных инструментах и исполняли народные песни, содержащие образы тувинской степи. Вскоре после основания группа сменила название на Хуун-Хуур-Ту, что означает «солнечный пропеллер» — визуальный эффект, который возникает, когда солнечные лучи падают на землю сквозь облака. В 1993 году группа совершила поездку в США, где записала свой дебютный альбом 60 Horses In My Herd.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram