Попробовал полетать на новом дроне. Этот дрон — шаг от простого пилотирования к более сложному, но дающему больше возможностей и более динамичную картинку.
Обычный дрон ожидает от пилота направление и скорость движения, об остальном заботится компьютер: сам рассчитывает углы и частоту вращения моторов, корректирует положение по GPS, использует детекторы препятствий и так далее. В съёмке с такого дрона тоже есть свои сложности — например, очень многие пилоты не умеют снимать без рывков по рысканию. Даже в недавней новости про самоходную океаническую посадочную платформу Илона Маска съёмки с дрона сделаны плохо, а пилот явно не обладал достаточным опытом.
Тем не менее, на обычных дронах быстро упираешься в возможности по движениям, и дальнейшее расширение уровня интересности происходит, например, за счёт съёмок самых редких и отдаленных мест, которые даже с земли смотрятся круто. Если бы я был безработным миллиардером, не вылезающим из путешествий, то обычного дрона мне было бы более чем достаточно.
Но при жизни обычного смертного за 5 лет съёмок захотелось чего-то нового. Поэтому я стал исследовать направление FPV — то есть First Person View. Это те ребята, которые пролетают под поездами и маневрируют внутри заброшек. С такого дрона можно снять крутое динамичное видео даже в довольно обычном месте, но управление гораздо сложнее: компьютер за вас почти ничего не решает, пилот сам определяет углы и скорости, поэтому требуются долгие тренировки.
Вот компания DJI в начале года выпустила DJI FPV — я бы сказал, что это дрон для перехода от первого ко второму. Тут есть и полностью компьютерный и полностью ручной режим. И в целом дрон совмещает в себе некоторые черты двух миров. Изображение передаётся прямо в очки — и это сильно меняет ситуацию, потому что гораздо лучше понимаешь местоположение коптера и расстояния до объектов. Можно летать гораздо смелее. Плюс, выше скорость и нет коррекции крена, видео получаются более «самолетные». Дополнительно я взял джойстик, позволяющий управлять наклонами, и мне после него не хочется возвращаться обратно к скучному пульту (хотя самый сложный режим управления для профи требует всё-таки пульт). В целом сильное смещение в сторону индивидуальных ощущений «как-будто это я сам летаю», а не «полетал для последующего видео». Всерьёз иногда хочется запустить в воздух дрон просто для осмотра местности с высоты, а не для записи.
Ниже пока что самый нубский тестовый полет. Буду совершенствоваться.
#drone
https://youtu.be/Lv0LYu-PGNg
Various Artists — Music of Bhutan (Folkways Records, 1978)
#traditional#field_recording#chiwang#dramyin#yangqin#Bhutan
Из-за географической изолированности Восточных Гималаев в Бутане очень медленно проходит процесс модернизации. Помимо этого жители Бутана очень бережно относятся к сохранению своего наследия. Правительство Бутана открыло границы страны для туристов только в 1974 году, а народ Бутана сохранил гималайский буддизм почти в его первозданном виде.
Доктор Иоганн С. Шушкевич — антрополог и один из первых путешественников, открывших для себя Бутан. Он создал Music of Bhutan в 1978 году, когда ученые только начали изучать бутанскую музыку, преимущественно местную буддийскую литургию. В свою очередь сборник полевых записей Music of Bhutan наглядно демонстрирует, что до конца 70-х годов XX века жителям Бутана вполне успешно удавалось сохранять не только духовную, но и народную музыкальную традицию.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram
Bhutan Balladeers — Your Face Is Like the Moon, Your Eyes Are Stars (Glitterbeat Records, 2024)
#traditional#field_recording#zhungdra#ngalop#choekey#drumnyen#chiwang#yangchen#flute#Bhutan
Альбом Bhutan Balladeers посвящён музыке «жунгдра» (གཞུང་སྒྲ་), традиции Бутана, уходящей корнями в XVII век. Продюсером выступил лауреат премии «Грэмми» Ян Бреннан, известный по работе с Tinariwen,Ustad Saami и Zomba Prison Project.
Жунгдра — эндемичный бутанский музыкальный стиль, связанный с народной традицией областей Паро и Пунакха, исторического центра культуры народа нгалоп. Стиль отличается протяжными вокальными партиями, которые украшаются сложными мелодическими вариациями и микротональными переходами, медленно развивающими относительно простую инструментальную основу. Такой подход требует высокой подготовки исполнителей, что сделало жунгдра менее популярным по сравнению с ригсаром — стилем современной бутанской поп-музыки, основанным на использовании электронных синтезаторов.
Помимо высокого мастерства, требуемого для исполнения стиля жунгдра, дополнительной сложностью является использование языка чёке, происходящего от санскрита и известного как «язык дхармы». Этот древний язык сегодня понятен в основном буддийским монахам, что делает его трудным для восприятия большинства бутанцев.
Запись альбома проходила на лесной вершине недалеко от Тхимпху, столицы Бутана, с участием 16 певцов и почти без инструменталистов. Тем не менее, в записи нашли своё место некоторые традиционные бутанские инструменты: друмньен (трёхструнная лютня с двойными струнами), чхиванг (двухструнная скрипка), цимбалы и деревянные флейты. Всего было записано 37 песен, но на пластинку попало 11 из них.
Уникальной особенностью записи стало взаимодействие с местной природой: вороны, будто откликаясь на исполнение, «комментировали» выступления музыкантов своими криками. Одним из самых запоминающихся моментов записи стало соло старейшей певицы Пемо Чоден, которая исполнила редкую композицию (предположительно, седьмой трек), неизвестную даже другим участникам записи.
🔗AppleMusic | Spotify | Deezer | TIDAL | Bandcamp