Намери подобно съдържание

#Rachmaninov #Georgia #Tbilisi #Piano#Bechstein Пианино и рояли: история седьмая СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ И ЕГО BECHSTEIN Сергей Васильевич любил приезжать в Грузию, как до того Пётр Ильич. Правда, была некоторая разница. ЧАЙКОВСКИЙ приезжал пожить к брату Анатолию - одному из директоров Русского Музыкального Общества и по совместительству, вице-губернатору. Заодно и послушать свои оперы в прекрасном исполнении в Тифлисском оперном театре под управлением М.М. Ипполитова-Иванова. И обзавёлся там друзьями близкими. И на фотографиях своих тифлисских с сонмом друзей он там совсем «не монумент», а тёплый и искренний, и добрый человек, собственно, каким он и был (что и по музыке его слышно). А вот для Сергея Васильевича РАХМАНИНОВА это была в полном смысле слова «синекура», то есть способ отдохнуть-развеяться, и сыграть концерты, по приглашению концертного агентства Пышнова. Параллельно он некоторое время числился каким-то там инспектором чего-то, кажется, Русского Музыкального общества (возможно, ошибаюсь, и какой-то другой организации). Вся «работа» заключалась сами понимаете в чем - встречался с друзьями, пил грузинское вино, слушал грузинскую музыку. Но это было недолго, года три-четыре, как раз до отъезда из России и бегства от большевиков. Среди друзей его были именитые и очень именитые Тифлисцы: Княжна Элисабет Багратион, купцы и меценаты Алиханов и Мирзоев, грузинские композиторы Дмитрий Аракишвили и Закария Палиашвили… Об этом можно почитать в воспоминаниях Нины Андриановой-Рядновой на senar.ru. И так Сергей Васильевич друзьями своими проникся, что то ли приобрёл там, то ли привёз с собой (кажется, второе больше соответствует истине) свой рояль Bechetein, и по просьбе кого из друзей (кажется, Мирзоева), там так и оставил. Рояль этот пережил: советизацию Грузии в 1921м и бегство прекрасных профессоров из Консерватории (в их числе и Николая Черепнина), репрессии 1924, 1937, войну, репрессии 1949, 1956, 1977, 1989, дальше снова две войны, и выжил. Благодаря любви грузин к Рахманинову. Его хотели увезти/приобрести. Грузины не отдали. Мы сохранили. Не сожгли, как у Вас Ивановку. Будет у нас, сказали грузины. Ныне он хранится Музее Тбилисской Консерватории под чутким патронажем его чудесного Директора - Госпожи Марины ЧИХЛАДЗЕ и прекрасного музыковеда и историка Тбилисской Консерватории Нины ХАТИАШВИЛИ. На этом инструменте играли до последнего времени большие музыканты. Все это время он жил и здравствовал, вместе с другими прекраснейшими инструментами и других Великих музыкантов, которые там хранятся. Но о них я расскажу чуть позднее:) Сейчас в Музее играют на Новом Стейнвее, в основном. А Bechstein Рахманинова прекрасен! Звук у него ещё ТОТ, старый - ещё довоенный (имеется ввиду Вторая мировая), бывший до того, как заводы Bechtein’a снесла американская авиация в конце войны в Германии. Дай Бог ему Здоровья! И его Хранителям! На фото: Рояль Bechtein Сергея Васильевича Рахманинова Автограф Рахманинова, хранящийся в Музее с первым тактом Прелюдии cis moll Ваша покорная слуга с Директором Музея Тифлисской консерватории госпожой Мариной ЧИХЛАДЗЕ и хранителем Музея Госпохой Ниной ХАТИАШВИЛИ Ну и САМ Сергей Васильевич в неформальной обстановке (возможно, в Грузии:))

#music #piano #Bechstein #Pasternak #Neuhaus Нейгаузы, Пастернаки и их единственная «заграница». (Из цикла «Пианино и рояли») Про заграницу - это не я, это Андрей Битов в «Пушкинском доме», про Пушкина и Грузию, которая была его единственная. Дальше не пустили. С Нейгаузами и Пастернаками - не так. Все же бывали. В молодости даже жили. В Италии, в Германии… А «единственная» - все равно была Грузия. Ну такая судьба, что у них, что у Грузии :)) Я ещё читала у Бердяева когда-то, кажется, про «чувство Италии у русских». Здесь, мне кажется, нечто подобное. Однако, времена, когда Гоголь/Глинка/Чайковский там живали и главное, творили - канули. А вот с Грузией не так. Она все еще остается в этом качестве, к счастью. Как-то, лет …дцать Андрей Андреевич Вознесенский пригласил меня сыграть в Переделкинском доме Бориса Леонидовича Пастернака. Было это 30 мая - в день ухода Поэта в мир иной. В этом доме был и есть Нейгаузовский семейный рояль Bechstein, от прадеда ещё - Густава. На нем, соответственно, играли всю жизнь - Генрих Густавович Нейгауз, Станислав Генрихович, возможно, дети и внуки Станислава, скорее всего дети и внуки Пастернака. И конечно - Рихтер, и конечно… вот про Гилельса не уверена. Но скорее всего. Андрей Андреевич почему-то попросил сыграть Губайдулину, поскольку знал, что я играю ее сочинения (фортепианных опусов у неё всего на час). Меня его выбор удивил. Ведь это не для широкой публики, не для домашних концертов, как мне казалось. Но когда я прикоснулась к священному роялю, кажется поняла, в чем дело. Шопен и Моцарт ему были почти противопоказаны. Рояль был, мягко говоря, не в форме. Уже после я узнала от Натальи Пастернак (супруги Леонида - сына Поэта), что его в середине 1980х выкинули на улицу, чуть ли не рубили топором, и вообще, он многое пережил. Кто-то хотел дачу. К счастью, ее отстояли. Теперь там Музей. А Андрей Андреевич, как я поняла, каждое 30го мая отвечал за программу. В этот день всегда собирались друзья. При мне потрясающе читал стихи Поэта Владимир Заманский (главный герой «Проверки на дорогах» Алексей Германа), близкие рассказывали о Борисе Леонидовиче, я сидела за одним столом с ними. Я была студентка. Никто из них не подал виду, что я чужая, Великих не знала, и вообще, прямо скажем, не Святослав Теофилович Рихтер:)) Снобизм и «элитная» кампанейщина этим людям была неведома. Зато «заграница» в виде Искусства - да. И еще одно приятное совпадение - все они по-настоящему любили Грузию. А рояль BECHSTEIN, насколько знаю, жив и здравствует. Надеюсь, ему смогли помочь. Друзья! Если Вы захотите побывать в такой «загранице», а именно, в Париже (концерт называется «Воспоминания о Париже»), приходите на мой концерт в Рахманиновский зал Московской консерватории 3 октября. Правда, сочинений Губайдулиной, которые очень люблю, на этот раз не будет:) Будет Шопен и парижский модерн 20 века. Вот он: https://www.mosconsv.ru/ru/concert/194932 На фото: Борис Пастернак Генрих и Станислав Нейгаузы Зинаида Нейгауз-Пастернак с сыновьями Андрей Вознесенский Владимир Заманский