При этом якобы пять тысяч подписчиков в VK это шум — подавляющего большинства этих людей нет, никакой активности они не проявляют никогда, и, думаю, даже не заходят читать ленту, а "подписаны" на меня в результате какого-то случайного клика. Поэтому вполне возможно, что именно небольшая живая часть подписчиков действительно выросла. Не так заметно, как в Телеграме, но прибавившаяся сотня человек по моим оценкам содержит куда бОльший процент настоящих людей, чем эти изначальные 5700.
Ещё в Телеграме хорошо заметно непрерывное линейное падение с периодическими ступеньками роста (случайные репосты моих записей). Это падение вызвано серьёзным UX-просчётом, о котором я неоднократно писал: Телеграм наказывает автора за посты.
Ну и, стоит отметить, что в VK всё ещё удобнее сам по себе механизм публикации. Единственное преимущество Телеграма это форматирование. У VK при этом нет тупых лимитов на длину текста и есть возможность прикреплять к посту фотографии без костылей. Я пишу этот текст именно в VK, чтобы потом скопировать в Телеграм, а не наоборот.
По активности людей на удивление примерно одинаково. В умирающем VK нашёлся островок активных взрослых, которые меня читают. В среднем десятки лайков и комментариев к каждому посту, и там, и там. Кстати, этот показатель особо не изменился, и рост подписчиков на него не повлиял. Видимо, в обсуждениях участвуют в основном люди, которые уже давно меня знают.
Так что, сделать однозначный выбор я не могу. VK удобнее. Но в TG взрослые. Однако, в TG абсолютно нет органического роста, если вы не пишете на одну и ту же тему или не словили хайп, набрав нужную критическую массу в удачный момент, то ваш единственный путь это неофициальный рынок платных репостов переводом на карту — говно полное, не хочу с этим связываться. Но в VK каждая новая инициатива это снова какая-то фигня либо для детей либо для отчётов и заголовков. Но в TG разработчики открыто клали хер на авторов с большой горы: годами не делают даже банальное прикрепление фото или, скажем, удобную форму ввода длинных текстов. Канал это всё ещё чат-монолог со всеми вытекающими. Но в VK неприятная атмосфера с вытеснением чего-то конструктивного в пользу одноразового контента для определённой прослойки пользователей.
Видимо, пора переходить на короткие вертикальные видео. #web
the truffle hunters, 2020, m. dweck, g. kershaw
север италии, пьемонт. будни пожилых людей, которые в одиночку ходят с собаками по лесам в поисках местных сокровищ. трюфель находится под землёй, пёс унюхивает, разрывает. потом хозяин продаёт его дилеру, а тот перепродает в рестораны, носит на выставки для ценителей. любимые сцены - от первого лица лающих охотников; застольные беседы с ними же. #doc
А мы напоминаем, что программа Bastau Docs есть на сайте фестиваля.)
Bastau Docs - сегодня, Синий зал #doc
НЕОБРАТИМОСТЬ (Сказка времени, которое не вернётся) - 14:00
Павле Терзич, Сербия, 2023, 107 мин
Из Детройта, через Чикаго, в направлении Манчестера и дальше к Берлину и Белграду. Независимо от того, звучит ли рейв на подпольной (в прямом и в переносном смысле) клубной площадке или на сценах больших залов, электронный звук становится своего рода новой музыкальной религией.
ГОЛОС ЛЕДНИКА - 16:00
Ядыкар Ибраимов, Казахстан, 2023, 80 мин
Хорошо известно, что ледники тают из-за климатического кризиса, но как именно это происходит? Эко-триллер о таянии ледника Туюксу в Казахстане — и работа ученых, которые документируют этот процесс.
Коллектив Women Make Docs анализирует фильм «Голос ледника»
ДОЧЬ ХУДОЖНИКА - 18:00
Маргарита Линтон, Янив Линтон, Израиль, 2022, 60 мин
Она присоединяется к экскурсии по выставке известного художника. Мужчина на автопортретах — её отец, но об этом знают лишь немногие. Она связывается с художником впервые за десять лет и делится своей идеей снять фильм об их отношениях, которые возобновились благодаря его творчеству. Взволнованный художник отправляет её снимать свою выставку. По ходу работы над фильмом она обнаруживает, что встреча с человеком, стоящим за портретами, является для нее настоящим испытанием. «Дочь художника» рисует ошеломляющий и удивительный портрет отношений, которые могут существовать только в кино.
Моше Циммерман, Пицца в Освенциме, 2008
главный герой, Данни Ханох, переживший все ужасы Холокоста, кочуя из одного концлагеря в другой исполняет свою мечту: возвращается, чтобы посетить лагеря вместе со своими детьми. у него есть план, он хочет снова переночевать в бараке. воспоминания о кошмаре становятся травмой для следующего поколения. #doc
Fifi az khoshhali zooze mikeshad, 2013
Фифи воет от счастья
r. Mitra Farahani
полу-забытый иранский художник и скульптор Бахман Мохассес давно покинувший Тегеран живёт в итальянском отеле. он ужасающе хохочет и кашляет и с упоением рассказывает (листая каталог своих работ) как он уничтожал их. потому что не хочет оставаться в памяти потомков.
получение нового заказа обрекает на невозможность нахождения правильного оттенка краски. желание курить выступает против кашля. а камера, установленная так чтобы точно заснять первое касание кисти, по иронии записывает последние звуки.
расстояние между художником и картиной, режиссёркой (которая фарахани, но не родственница другому фарахани) и фильмом постоянно пружинит и чуть меняется пока они общаются между собой, но кажется что ни фильм, ни каталоги, ни заказчики не вызывает такого трепета как (портрет?) Фифи. такое не продаётся.
и сколько бы Мохассес не рвал свои картины раньше и не язвил вот тут он и есть. ну и нет его тоже тут.
#doc
#pulpnonfiction#doc
«Венедикт Ерофеев: посторонний». Олег Лекманов, Михаил Свердлов, Илья Симановский (РЕШ, 2018)
Биография Венички, сделанная в технике монтажа фактов и воспоминаний, запараллелена литературоведческому анализу поэмы «Москва-Петушки». Краткий вердикт: читать, подавляя мысли «ну как же так-то».
Текст про эту книгу внезапно нашел отклик у аудитории Дзена (только не читайте комментарии, просто не читайте комментарии).
#pulpnonfiction#doc
«Батенька, да вы трансформер» или «Как стать знаменитым, счастливым, найти себя и свою любовь, предсказать будущее и вылечить все болезни»
1. Для тех кто не следит за «звездами соцсети» (а именно так называется серия АСТ, в которой вышла эта книга): «Батенька, да вы трансформер» — это своеобразное, но очень любопытное медиа, напоминающее одновременно и «Русского репортера», и «Русскую жизнь».
2. В магазине книга стояла на полке «Самиздат», но в книжном понимании это, конечно, никакой не самиздат, а издание тиражом 2000 экземпляров со всеми прелестями АСТ: газетная бумага, плохая техническая верстка и корректура ниже плинтуса (корректора в выходных данных нет в принципе).
3. Верстка веб-статей перенесена в печатную книгу буквально: с батеньковским шрифтом, флаговым набором, отступами под буквицами, прерывистыми линиями на шмуцах и так далее. Не заморачивались ребята.
4. А еще в книге, конечно, нет замечательных иллюстраций, коубов и видео (или qr- кодов), которые есть в вебе
#рекурсия#doc
Дочитала сборник статей Аркадия Мильчина (тот самый, написавший «Справочник издателя и автора») о культуре издания книг. Общий посыл: правила оформления нужны не потому что так принято и такой ГОСТ (с ГОСТами Мильчин иногда спорит), а потому что поставьте себя на место читателя — как будет удобнее ему?
Если взять с полки несколько случайных книг, то неграмотное оформление будет у каждой второй. А у каждой первой не будет, только потому что это художка русского автора, причем состоящая из одного романа без деления на главы. Хоть подхватывай знамёна и пиши доколе-заметки в «Книжное обозрение».
Типичные ошибки собрала в статье.
My Octopus Teacher, 2020
Мой учитель - осьминог
r. P. Ehrlich, J. Reed
в документалистике тонкая грань между автором и обьектом изучения, а в случае с фильмом про учение осьминога почему-то постоянно кажется что эта грань нарушается. что у дайвера на протяжении года нездоровая одержимость и желание проводить дни в обществе харизматичной мадам осьминог.
#doc#leaveoctopusalone