Намери подобно съдържание

И ведь верно, если подумать, мы уже находимся в смешанной реальности. Вот эти все люди с топовыми айфонами, живущие в облезлых стенах, или водители, паркующие Теслу с автопилотом в луже посреди двора. Люди получают зарплату на карту с помощью высокотехнологичной электроники, а затем стоят в огромной очереди к банкомату, чтобы снять бумажки. Мы летаем в космос и лечим вирусные заболевания, но экстрасенсы и инфоцыгане купаются в деньгах, не зная отбоя в клиентах. И не надо думать, что так только в России. В Сан-Франциско бомжи ночуют под пятиполосным шоссе для спорткаров. В Берлине 15 лет назад уже были крутые сквозные поезда метро, по которым, однако, ходили люди-контролёры и проверяли наличие бумажного проездного. Я помню свой первый день в Тайланде: купил в аэропорту симку с мобильным интернетом. Интернет офигенного качества, скорость и покрытие в разы лучше, чем в Европе. Но затем я вышел на улицу и увидел опоры ЛЭП, провода на которых, судя по их виду, монтировал пьяный инвалид — настолько убого, небезопасно и неаккуратно это было сделано (поищите в картинках "провода в Тайланде", поймёте, если не видели). Так что с точки зрения сеттинга "Кибердеревня" это просто русский "Трансметрополитен" — технологии пришли, а разруха много где осталась: как в головах, так и в клозетах. Сериал, кстати, с лёгкостью в одном кадре критикует произвол полиции, а в соседнем продактплейсит вполне государственную СБП. Можно поблагодарить авторов за то, что им удалось не скатиться ни в клюквенную критику России и всего русского, ни в ватную пропаганду. Это просто отражение реальности, в которой есть хорошие вещи, которые нужно хвалить, и плохие, которые нужно ругать. Ну, и вишенкой на торте идут пасхалки, шутки, приколы, мелочи в кадре. Местами они слишком буквальные, местами хочется ставить на паузу, чтобы рассмотреть кадр. Причём, картина в равной степени регулярно отсылается как к советской киноклассике, так и к современным видеоиграм и фантастике. И это любопытно, потому что уловить все такие пасхалки может очень небольшая прослойка людей: наши с вами родители не поймут подмигивания в сторону "Дюны" и "Бегущего По Лезвию 2049", а наши с вами дети не оценят копии сценок из "Белое Солнце Пустыни" и "Любовь и Голуби". Именно поэтому, кажется, будто бы сериал не для всех, и авторы невольно сделали целевую аудиторию довольно узкой. Впрочем, вполне может быть, что верно обратное: детям понравится хайтек, голограммы и роботы, а старшее поколение поностальгирует по былым временам. #fiction

«Вариант» — это книга, о которой я знал, что она должна быть, но все никак не мог ее найти: с одной стороны, французская линия нулевой степени письма о войне (а Стрижака очень любят во Франции, он даже номинировался на премию Медичи): помимо уже упоминавшегося Симона это «Эдем, Эдем, Эдем» Гийота, только Гийота заметно примитивнее в плане синтаксической организации текста; с другой — историзм Зебальда (сопоставьте зачин «Варианта» с первыми строками «Естественной истории разрушения»), и все это на тему, ключевую для еще одного важного русского исторического романа конца 20 века — «Бесконечного тупика». #fiction

Книга Стрижака напоминает сразу два (анти)романа-свидетельства 20 века: «Дороги Фландрии» Клода Симона, одного из немногих интересных нобелиатов, и «Макаров чешет затылок» Павла Улитина. Об устройстве текста последнего пишет сам Стрижак: именно о такой вёрстке для моих рукописей я мечтал всю жизнь, талмудическая вёрстка: единственный в полиграфии способ снять все недостатки линейного письма, в середине листа, уступами, размещён основной текст, не однородный, двойственный, и здесь же приведены его варианты, и вокруг, в изяществе необычайном, шрифтами различных гарнитур, и умельчающихся кеглей, в различном формате набора Улитин частично реализует этот запрос средствами доступной в его время самиздатской полиграфии. Герой Улитина при этом — тот же, что и герой Гомбровича и Бернхарда: интеллектуал ноет о том, что ему не повезло попасть попасть под колесо истории 20 века. Потом нытье стало не о личной трагедии, а «люди мира, на минуту встаньте» («Туннель» Гэсса, «Белый шум» Делило). Образцом для лирических героев Симона и Стрижака скорее служит человек без свойств Ульрих из одноименного романа: офицер с математической закалкой, не горюющий, (почти) не проклинающий, но понимающий. #fiction

Закончил трилогию Денниса Тейлора "Мы — Легион. Мы — Боб" (плюс две другие книги серии). Автор программист, нерд, гик и любитель фантастики, в 57 лет на спор решил написать книгу. Как это часто бывает, несколько издательств послали его с порога. Но потом он заключил контракт с крупным сайтом аудиокниг, и книга сразу вошла во все топы, принеся кучу денег. По сюжету главный герой по имени Боб — нерд, гик, программист и любитель фантастики, подписывается на криоконсервацию, но в будущем ему дают не новое тело, а перекачивают сознание в компьютер, установленный на небольшом космическом корабле. У этого корабля есть околосветовой (но не сверхсветовой!) двигатель, а также 3D-принтер, позволяющий печатать что угодно, если найти сырьё. Изначальный план людей был в том, чтобы зонд отправился в соседнюю звёздную систему и построил там космическую станцию, но, волей случая, Боб оказывается сам по себе. Другая важнейшая часть сюжета — способность героя полностью копировать себя. То есть построить второй такой корабль и сделать копию сознания, чем он и занялся в первую очередь. Копии начинают немного отличаться друг от друга. Из-за квантовых флуктуаций в характерах разных Бобов превалируют разные его черты: кто-то больше любит исследования и науку, кто-то занимается организацией, кто-то инженерией. Бобы создают сверхсветовую связь и "расселяются" по галактике сотнями копий, при этом сохраняя что-то вроде внутреннего общества и продолжая коммуникации с человечеством. Тейлор, судя по всему, не стремился написать роман, который станет модным и будет обсуждаться, а просто кайфовал и сочинял фантазию для себя самого. Главный герой очевидно списан с автора практически полностью, и можно сказать, таким образом писатель устроил себе мини-приключение в космос. Из-за этого текст, хоть и простой с виду, вышел очень стройным, эмоционально насыщенным, я бы даже сказал душевным. Миллион отсылок к фантастической поп-культуре, забавные шутки в диалогах, даже имена себе Бобы выбирают по персонажам космоопер. Поскольку Бобов много, автор переключается между ними и между хронологическими ветками, что позволяет ему параллельно рассказывать несколько историй: о войне, о дружбе, о потери, об исследовании, об одиночестве, о политике, о семейных конфликтах... Причем, рассказ всегда идёт от первого лица: в одном месте книги "я" это один Боб, в другом месте книги уже другой — немного с другим характером, находящийся в другой части галактики и переживающий совсем другие события. В статьях говорят, что Тейлор, как истинный программист и нерд, даже написал себе софтину для отслеживания сюжетных цепочек. В общем, гик написал приключение для себя, но оно оказалось интересным и близким для огромного количества других гиков. В книгах не слишком много философии или уникальных фантастических идей, но под конец ты почти плачешь из-за необходимости расставаться с героями. В конце-концов, они бессмертны, а ты — всего лишь эфемер. На русском языке я настоятельно рекомендую аудиокниги в исполнении Кирилла Радцига: во-первых, у чтеца ровно такой голос, какой мы представляем себе для человека по имени Боб, а, во-вторых, это один из лучших русских чтецов в современном аудиокнижном пространстве. #fiction

О ПРОБЛЕМАХ АМЕРИКАНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ У американцев нет чувства меры, поэтому они считают, что чем постмодернистский роман толще, тем он круче. Это приводит к появлению всякого рода канонов великих по-мо книг. Беда в том, что фабрика письма таких авторов как Гэсс, Уоллес или Гэддис производит один и тот же словесный клейстер. Предоставим слово американским коллегам: Феномен, о котором я говорю — назовем его high-brodernism, извините за еще один новый термин — распространяется на произведения, описываемые как «авангардные», «эпические», «избыточные», «странные», «сложные», «спекулятивные», «экспериментальные», «модернистские», «постмодернистские» и «пост-постмодернистские». Хотя мужчины не единственные его представители, в корпусе доминируют писатели-мужчины, и тенденция к фаллической конкуренции лежит в основе текстов этого направления. В их число входят «Признания» Уильяма Гэддиса (1955), «Соленоид» Мирчи Кэртэреску (2015), «Туннель» Уильяма Гэсса (1995), «Книга воспоминаний» Петера Надаша (1986), «Пропащий» Томаса Бернхарда (1983), «Радуга тяготения» Томаса Пинчона (1973), «Голубое сало» Владимира Сорокина (1999), «Путешествие на край ночи» Луи-Фердинанда Селина (1932), «Женщины и мужчины» Джозефа МакЭлроя (1987), «Шаттенфро» Майкла Ленца (2025), «Троякорд» Мигеля де Палоля (2001), произведения Джона Фосса, «Равнины» Джеральда Мурнана (1982), «Человек без свойств» Роберта Музиля (1943), «Логос» Марка де Сильвы (2022), «Любовница Витгенштейна» Дэвида Марксона (1988), трилогия «Носилья» Агустина Фернандеса Малло (2006–09) и «Эпоха фунта» Хью Кеннера (1971). «Бесконечная шутка» Дэвида Фостера Уоллеса (1996) считается слишком известной и переоцененной. #fiction

Пока ждал одну книгу, прослушал совсем короткую "Этический инженер" Гарри Гаррисона (в других переводах "Специалист по этике"). Вообще, Гаррисона я когда-то начинал читать — "Крыса из нержавеющей стали" — но по каким-то причинам бросил, не помню. А тут вот вчитался (вслушался). По современным меркам сюжет избитый — человек из развитой цивилизации попадает в мир, едва дошедший до парового двигателя, и начинает там своими знаниями совершать революцию во всех смыслах. Но книга вышла в 1964 году, так что это скорее последующие авторы романов о попаданцах вдохновлялись ей, а не наоборот. Еще могу отметить, что повествование очень сжатое, без лишней воды, события идут плотно, поэтому даже при сравнительной простоте вполне цепляет и не даёт скучать. Задумался о том, что, если у школьной литературы была задача познакомить меня с, собственно, литературой, то эта задача в значительной мере провалена. Большая часть программы была сосредоточена на русской классике и практически полностью игнорировала как зарубежных авторов, так и — что самое обидное — другие жанры. Мне трудно представить, в каком восторге я был бы от вещей вроде "Этического инженера" в старшей школе. Я совершенно точно хотел бы узнать о существовании многих авторов, жанров и произведений еще в 14-18 лет, а не только сейчас, когда есть интернет, и когда я сам прикладываю много усилий к поиску книг. #fiction

Два эпиграфа: Раз человеческое существование — галлюцинация, содержащая в себе вторичные галлюцинации дня и ночи, то и никакому разумному человеку не престало беспокоиться об иллюзорном приближении верховной галлюцинации, называемой смертью. Де Селби. Comme un fou se croit Dieu nous nous croyons mortels. De Lalande . Discours sur les ombres Как безумец верит, что он Бог, так и мы верим, что смертны. Де Лаланд. Рассуждение о тенях Казалось бы, роман О’Брайена, из которого взят первый, вышел в 1967 году,английский перевод «Приглашения на казнь» — в 1959, все идеально. Однако «Третьего полицейского» О’Брайен написал уже в 1940 году и потом двадцать с лишним лет не мог пристроить в издательство. С другой стороны, французский перевод «Приглашения…» вышел в одно время с русским изданием в 1938, так что какой-никакой шанс того, что О’Брайен его читал, есть. #fiction

Лесков был замечательный рассказчик, но так себе романист. Во всем его «На ножах» есть одна прикольная страница. Контекст: малой нигилист приехал в деревню агитировать крестьян и наткнулся на местных Бувара и Пекюше: отставного майора Форова и отца Евангела Минервина: Шли они, шли, и Висленеву показалось, что они уже Бог знает как далеко ушли, а было всего семь верст. – Я устал, господа, – сказал Висленев. – Что ж, сядем, отдохнем, – отвечал Евангел. И они сели. – Скажите, неужели вы всегда и дорогой читаете? – спросил Висленев. – Ну, это как придется, – отвечал Форов. – И всегда повести? – По большей части. – И не надоели они вам? – Отчего же? Самая глупая повесть все-таки интереснее, чем трактат о бревне, упавшем и никого не убившем. – Ну так вот же я вам подарок припас: это уж не о бревне, упавшем и никого не убившем, а о бревне, упавшем и убившем свободу. И с этим Висленев вынул из кармана пальто и преподнес Форову книжку из числа изданных за границей и в которой трактовалась сущность христианства по Фейербаху. – Благодарю вас, – отвечал майор, – но я, впрочем, этого барона фон-Фейербаха не уважаю. – А вы его разве читали? – Нечего у него читать-то, вот горе. – Он разбирает сущность христианства. – Знаю-с, и очень люблю эти критики, только не его, не господина Фейербаха с последователями. – Они это очень грубо делают, – поддержал отец Евангел. – Есть на это мастера гораздо тоньше – филигранью чеканят. – Да, разумеется, Ренан, например, я это знаю. – Нет; да Ренан о духе мало и касается, он все по критике событий; но и Ренан-то в своих положениях тоже не ахти-мне; он шаток против, например, богословов современной тюбингенской школы. Вы как находите? – Я, признаться сказать, всех этих господ не читал. – А-а, не читали, жаль! Ну да это примером можно объяснить будет, хоть и в противном роде, вот как, например, Иоанн Златоуст против Василия Великого, Массильон супротив Боссюэта, или Иннокентий против Филарета Московского. – Ничего не понимаю. – Одни увлекательней и легче, как Златоуст, Массильон и Иннокентий, а другие тверже и спористей, как Василий Великий, Боссюэт и Филарет. Ренан ведь очень легок, а вы если критикой духа интересуетесь, так Ламене извольте прочитать. Этот гораздо позабористей. «Черт их знает, сколько они нынче здесь, по трущобам-то сидя, поначитались!» – подумал Висленев и добавил вслух: – Да, может быть. Я мало этих вещей читал, да на что их? Это роскошь знания, а нужна польза. Я ведь только со стороны критики сущности христианства согласен с Фейербахом, а то я, разумеется, и его не знаю. – Да вы с критикой согласны? Ну а ее-то у него и нет. Какая же критика при односторонности взгляда? Это в некоторых теперешних светских журналах ведется подобная критика, так ведь quod licet bovi, non licet Jovi, что приличествует быку, то не приличествует Юпитеру. Нет, вы Ламене почитайте. Он хоть нашего брата пробирает, христианство, а он лучше, последовательней Фейербаха понимает. Христианство – это-с ведь дело слишком серьезное и великое: его не повалить. #fiction

Досмотрел Mr. Robot — сериал про хакера, который борется с корпорациями. Я начинал когда-то давно, несколько лет назад. Но потом бросил, потому что мне показалось, что от хакерства авторы слишком далеко ушли в другие темы. Однако недавно возобновил и не пожалел. Классный закрученный сюжет, своеобразная концовка (хотя на мой взгляд закончить стоило на три серии раньше), интересные персонажи, в том числе второстепенные. Но самое главное: это, кажется, единственный в своём роде фильм, где хакерство показано по-настоящему, а не как обычно в кино. Ну, вы знаете, любят авторы фильмов изображать бешено стучащего по клавиатуре чувака, а на экране при этом какой-нибудь случайный HTML. Это ещё в лучшем случае. Бывают прям супер кринжовые вещи, не просто не соответствующие действительности, но и с трудом поддающиеся описанию с точки зрения здравого смысла. Причём особенно нелепо это как раз смотрится в фильмах и сериалах про хакеров (Пароль "Рыба-меч", CSI: Cyber, Person Of Interest итд, много их). Предыдущее исключение, которое я помню, это Silicon Valley — там всё весьма похоже на действительность, и есть даже специфические шутки, понятные только программистам. Но мир всё равно вымышленный и несколько гротескный. "Мистер Робот" пошёл существенно дальше. Консультанты по айти у этого сериала сделали свою работу превосходно — практически всё, что показано — это реально существующие методы взлома. Персонажи делают осмысленные вещи, которые сработали бы и в жизни, а на экранах выводится адекватный код, никсовая консоль, логи и прочее подобное. Показан и прямой взлом через поиск уязвимостей, и социальная инженерия, и взлом железа, подделка прошивки, эксплойты, руткиты, брутфорс... Выходит, всё это время можно было сделать фильм с нормальным программированием, и при этом сохранить его популярным и интересным для зрителя (рейтинг на IMDB 8.6). Кто бы мог подумать, почему-то раньше никто особо не пытался, даже обидно. #fiction

Питер Уоттс, «Ложная слепота». Прочитал эту книгу по рекомендации, и оказалось в точку — очень самобытная наполненная интересными идеями твёрдая научная фантастика. Из тех, которые надолго запоминаешь, и идеи из которых хочется вспоминать и обсуждать в каких-нибудь разговорах потом. Будущее, человечество в состоянии технологической сингулярности. Уже есть репликаторы, создающие абсолютно любой предмет, уже есть бессмертие в виде загрузки сознания в сеть. Различные импланты и кибер-дополнения стали обыденностью. Семей давно не существует, а в отношения люди вступают, как правило, через виар (при этом лично тоже видятся, но в основном для совместной работы, если это необходимо). Некоторые люди сильно сплетены с искусственным интеллектом и решают различные глобальные проблемы, при этом общаться с ними остальные не могут — не понимают, слишком большой разрыв в мышлении. Для такого общения существуют «синтеты» — люди с наполовину кибернетическим мозгом, способные понимать людей-компьютеров и рассказывать простым «исходникам», как их называют, что имелось ввиду. Конкретно главный герой тоже синтет, он лишён эмпатии, а поведение, похожее на человеческое, в основном эмулирует. Ещё в этом мире есть вампиры, и это прикольный ход для твёрдой научной фантастики: по сюжету это мутация людей, параллельная ветка развития. Вампиры умнее, быстрее и сильнее человека. Но, вот незадача, в их зрительной коре есть дефект, вызывающий эпилептический припадок каждый раз, когда вампир видит большое количество прямых углов. В живой природе прямых углов нет, поэтому эволюция не помешала этому багу развиться. Можете догадаться, каким именно образом люди в итоге их победили в прошлом :) Вампиры вымерли, а потом были людьми воскрешены из раскопок и поставлены под контроль именно с помощью этого дефекта. В общем, в какой-то момент над землёй появляется куча инопланетных зондов, которые одновременно сгорают и отдают сигнал куда-то вовне. Туда снаряжают экспедицию, которая должна совершить первый контакт и разобраться, что происходит. А дальше крутая смесь детектива, ужасов и философского трактата. Отдельно порадовали моменты, в которых сначала происходит какая-то жуткая непонятная крипота, а потом у всего находится логичное и научное объяснение. Ещё много сильнейших высказываний о мышлении и природе сознания, заставляющих надолго задуматься. В каком-то смысле мне больше понравилась представленная здесь модель непознаваемого инопланетного разума, чем в «Солярисе». Следует отметить своеобразный язык: кажется что автор немного злоупотребляет научным стилем и терминами, в реальности люди (даже учёные) разговаривали бы проще, на мой взгляд, и автор в некотором смысле заигрывает с аудиторией, для которой важна эта внешняя стилистика. Тем не менее, каких-то известных мне научных противоречий я не нашёл. Всё по делу, и автор явно хорошо готовился. Если любите твёрдую НФ и, прочитав первые 20-30 страниц, привыкните к стилю, то очень рекомендую. #fiction

Марта Уэллс: "Отказ всех систем", "Искусственное состояние" и другие книги серии, я закончил на "Сетевой эффект" (больше на русском нет). Очень странные впечатления: серия получила кучу престижных наград, и о ней много положительных отзывов, но персонально про себя я бы сказал, что мне скорее не понравилось, и рекомендовать бы не стал. Хотя и бросить желания не было. Далёкое будущее, корпоративная антиутопия (мегакорпорации стали де-факто государствами), аугментация, человечество давно расселилось по другим мирам. Главный герой — искусственно созданный киборг, предоставляемый в аренду страховой компанией для защиты людей, например, в условиях работы на незаселённых планетах с потенциально враждебной фауной. Повествование ведётся от его лица. Изначально в этих киборгов встраивают специальный управляющий модуль, который причиняет боль органической части при неповиновении и других нарушениях (то есть фактически он раб). Но именно главный герой этот модуль взламывает, получает свободу воли, и не нападает на людей, как можно было бы подумать, а пытается интегрироваться в человеческое общество. Завязка довольно банальная. К тому же, каких-то уникальных идей или необычных поворотов в сюжете особо нет. Повествование строится вокруг эмоций, исследования взаимоотношений (как людей между собой, так и людей с машинами и машин между собой). Поскольку события передаются от первого лица, мы "слышим" мысли героя, и они, на мой субъективный взгляд, переполнены эмоциями, зачастую противоречащими последующим действиям и решениям. У меня даже есть полушутливая гипотеза, что автор-женщина просто перенесла на бумагу образ мышления женщин. По сюжету обычно происходит какая-то беда, из которой главный герой всех спасает, но попутно кто-то ещё и спасает его. Впрочем, не сказать, что это как-то скучно или избито — сами истории вполне захватывающие, следить за развитием интересно. И всё-таки, это какая-то нестандартная фантастика. Основные события как бы понижены в значимости: герой не сталкивается с по-настоящему серьёзными внешними трудностями, он легко взламывает абсолютно все внешние системы, выдерживает десятки попаданий из ракетницы, а между миссиями может полностью восстанавливаться в супер продвинутом роботизированном космическом корабле, с которым дружит. Автор явно хотела рассказать об эмоциональном становлении, поиске себя, доверии и контакте с другими, но почему-то выбрала для этого сеттинг войны киборгов в космосе. Имеет право, и, возможно, у неё даже получилось хорошо, просто эта книга совсем не для меня, и конкретно мои ожидания скорее не оправдались. #fiction

Беседа об американской литературе, ч.2 и ч.3 (ревущие двадцатые, Хемингуэй, Фицджеральд) #fiction