С большим трудом дослушал "Град Обречённый" Стругацких. Это, пожалуй, книга, которая доставила мне наименьшее удовольствие за посление 10 лет. Хотя завязка очень интересная: людей случайно выдёргивают из своего времени где-то в середине 20-го века и помещают в искусственно построенный город, ограниченный стеной бесконечной высоты с одной стороны и пропастью бесконечной глубины с другой, чтобы они участвовали в Эксперименте, суть которого так и не раскрывается. Важно, что участие добровольное, но зачастую людей выдёргивают из каких-то безвыходных ситуаций: из плена, перед казнью итд.
Люди в Городе в целом предоставлены сами себе, но обязаны менять профессию раз в 3 месяца. Новую профессию каждому определяет некая машина неизвестным образом. Еще периодически на город сваливаются странные бедствия: например, нашествие обезьян.
Так вот, лично я ожидал от этого произведения какой-то полудетективной социальной фантастики с закрученным сюжетом и неожиданной развязкой, а получил... плохо скрываемые жалобы авторов на устройство советского общества и вообще мира вокруг. Практически все персонажи в книге тем или иным образом отвратительны, порочны и лишены причин для сопереживания им. А описываемые события быстро скатываются в непробиваемый мрачняк без выводов.
Причем, это всё еще и крайне уныло читать (или слушать). Во-первых, многие вещи близки только человеку определённой эпохи, пережившему определённые события. Во-вторых, авторы очень сильно затягивают некоторые сцены (например, застолья), по-видимому, чтобы увеличить отвращение читателя к персонажам и к человечеству в целом. В-третьих, что я просто ненавижу в литературе: авторы без плавного перехода меняют реалистичные сцены на сюрреалистичные. Мне тупо пришлось гуглить краткие описания некоторых отрывков, чтобы вообще понять, о чем была речь. Представьте, если бы какой-нибудь Раскольников вышел на улицу и увидел бы там вместо людей говорящие бананы, но при этом повествование продолжилось бы так, будто всё в порядке. И тебе, как читателю, приходится ломать голову над тем, что это за бананы: это героя глючит? Или слишком заковыристая метафора? А может я случайно пропустил пару страниц с объяснением?
В общем, я догадываюсь, что советское общество не оправдало некоторые надежды в глазах Аркадия и Бориса, чем, видимо, глубоко их травмировало. В поздних интервью Борис Натанович вообще топил за капитализм по европейскому образцу, при этом в соседнем ответе непоследовательно ругая общество потребления.
Но, пожалуй, хочу оставить в своей памяти тех Стругацких, которые написали Полдень.
#fiction
Ay-Kherel — The Music Of Tuva (ARC Music, 2004)
#traditional#igil#chanzy#Tuva#Russia
«Ай-Херель» на тувинском языке означает «луч лунного света». В 1994 году группу основал однин из талантливейших мастеров обертонного горлового пения Владимир Серенович Соян. В репертуар «Ай-Херел» входит горловое пение, исполняемое в пяти стилях: хоомей, каргыраа, сыгыт, борбангнадыр и эзенгилер. Аккомпанемент исполнен на традиционных тувинских инстументах: игил, чанза, лимбэ.
🔗Spotify | AppleMusic
Oidupaa Vladimir Oiun — Divine Music From A Jail (Friends, 1999)
#throat_singing#kargyraa#khoomei#bayan#accordion#tuvan#Tuva#Russia
Владимир Ойунович Ойдупаа — тувинский музыкант, соединивший в своём творчестве стиль горлового пения «каргыраа» с игрой на баяне. Его манера оказалась настолько самобытной, что сегодня в среде тувинских музыкантов можно услышать выражение «ойдупаа-каргыраа» для описания такого стиля музыки.
Некоторые авторы, в частности Марк ван Тонгерен в книге Overtone Singing: Physics and Metaphysics of Harmonics in East and West, отмечают сходство музыки Ойдупаа с блюзом. И не случайно: и в тувинской, и в афроамериканской музыкальных традициях присутствует лад, известный как бесполутоновая пентатоника. Именно он роднит эти, на первый взгляд, далёкие друг от друга культуры.
Баян начал активно входить в тувинскую музыкальную традицию в 1960-х годах, когда возникли новые лирические жанры, вдохновлённые русской народной и популярной музыкой. Но лишь в конце 70-х — начале 80-х баян впервые стал сопровождать горловое пение, и Ойдупаа быстро стал одним из самых ярких исполнителей на нём в Туве.
Из 55 лет своей жизни 33 года Владимир Ойунович провёл в исправительных лагерях — в Кызыле,Златоусте и Кемеровской области. Альбом Divine Music From A Jail он записал в кабинете начальника одной из колоний. По его словам, именно в эти годы он довёл свою музыку до совершенства.
Во время заключения Владимир обратился в христианство. При этом, в интервью Оюмаа Хомушку он упоминал, что за свою жизнь прочитал много книг по дзен-буддизму и шаманизму, увлекался китайским фольклором, сказками и притчами, которые нередко становились источником вдохновения для его музыки. Синкретическое мировоззрение Ойдупаа, сочитающее тувинский шаманизм и христианство, можно увидеть на примере слов, открывающих песню It Is Echoing All Over The World:
Там, где звучит каргыраа, там нет воин и раздоров.
Там, где звучит каргыраа, там не ссорятся муж с женою.
Там, где звучит каргыраа, нет падёжа скота.
Там, где звучит каргыраа, там присутствует дух Божий.
Во весь голос, во всю вселенную, прославляю имя Твое, Отец мой Небесный! Среди дальнего народа, среди ближнего, через каналы массовой информации, через экран телевизора, через кассетные магнитофоны, в тюрьмах и лагерях, прославляю имя Твое, Отец мой Небесный!
Владимир Ойдупаа повсюду находил слушателей, нередко выступая на вокзалах во время своих поездок. В начале 90-х годов благодаря поклоннику из Японии он приобрёл известность в Европе и давал концерты в Швеции и Швейцарии. Однако вскоре после возвращения из гастролей его вновь арестовали и приговорили к очередному сроку.
В 2007 году Ойдупаа стал участником «Минуты славы», российского телевизионного шоу талантов, аналогичного британскому Got Talent. Однако жюри не позволило ему завершить своё выступление. Татьяне Толстой его пение показалось неблагозвучным, а Юрию Стоянову — диссонирующим и «не радующим слух». Тут остаётся только посочувствовать жюри.
Divine Music From A Jail изначально вышел в Швеции на малоизвестном лейбле Friends в 1999 году. К 25-летию альбома австрийский лейбл Ebalunga!!! подготовил его переиздание, ремастеринг которого сделала номинированная на премию «Грэмми» Джессика Томпсон.
🔗Spotify | AppleMusic | Bandcamp | Telegram
Huun-Huur-Tu — 60 Horses In My Herd (Shanachie, 1993)
#traditional#field_recording#chanting#throat_singing#khoomei#igil#khomus#doshpuluur#dunggur#Tuva#Russia
Хуун-Хуур-Ту, или Хүн Хүртү по-тувински, — тувинская группа, исполняющая широкий набор стилей тувинского горлового пения «хоомей». Термин «хоомей» употребляется как в качестве общего названия тувинского горлового пения, так и для обозначения одного из основных его стилей, традиционно звучащего мягко, с основным тоном голоса в низком диапазоне. Пение в этом стиле подражает звукам ветра.
Группа появилась в 1992 году под названием «Кунгуртук». В первоначальный состав выходили уже довольно опытные музыканты Кайгал-оол Ховалыг, братья Александр и Саян Бапа и Альберт Кувезин. На тот момент они были заинтересованы в сохранении тувинсого фольклора, поэтому играли только на традиционных музыкальных инструментах и исполняли народные песни, содержащие образы тувинской степи. Вскоре после основания группа сменила название на Хуун-Хуур-Ту, что означает «солнечный пропеллер» — визуальный эффект, который возникает, когда солнечные лучи падают на землю сквозь облака. В 1993 году группа совершила поездку в США, где записала свой дебютный альбом 60 Horses In My Herd.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram