Съдържание
Обращаюсь к подросткам! Вас наверняка повергает в экзистенциальный ступор, насколько омерзителен кофе, особенно когда существует божественный нектар под названием чай. Вызывает неподдельный онтологический шок, как взрослые способны пить эспрессо. Как так? Почему бы тогда не пить грязь из придорожной лужи? Жевать асфальт? Все очень просто. Взрослые - злосчастная ошибка природы, биологическая аберрация, спровоцированная агрокультурной и индустриальной революцией. Взрослых должно существовать раз-два и обчелся, но бегемоты демографической пирамиды нагло уклонились от ранней смертности благодаря пенициллину и прочим фармакологическим махинациям. Причем если взять конкретную штуку взрослого и рассмотреть под микроскопом, сам он едва существует. Какой не возьми критерий констатации смерти, каким параметром не отделяй смерть от жизни - энергичность и подвижность, сознательность и активность мозга - взрослый скоротечно угасает по всем мыслимым параметрам, погружаясь при жизни в пограничное состояние как бы живого трупа Не так уж плохо, кроме одного нюанса: взрослому необходимо работать. При этом суточные силы, располагаемые взрослым для трудовых подвигов, эквивалентны жалким нескольким часам сил, имеющимся у подростка. Работодатели придумали Кофе, чтобы ужать микроскопический резерв сил 1 дня взрослого во временное окно, нормированное в трудовом договоре. Дневной запас жизненных сил сжимается в 4-10 часов рабочего графика, после чего взрослый превращается в бесформенную студенистую откисулю, и остаётся нефункциональным до конца своего "свободного" дня, как отработанный материал (coffee crash, аденозин пробивается к рецепторам). В конце концов, наличие кофеина в организме становится базовым состоянием. Мальчик становится *взрослым* достигнув этого, почти сакрального уровня химической интоксикации. Не хотеть кофе на этом уровне - вероломное предательство для организма. Нет, друг, ты хочешь кофе. Оно необходимо прямо сейчас. Диалог разблокируется при любой попытке возиметь свободу воли, и не пить кофе. Вы поступили опрометчиво и организм вас оповестит. Целые классы и подтипы головных болей, имеющиеся в распоряжении вашего организма как игральные карты у лихого картёжного шулера, оставляют ничтожно мало шансов его обыграть. Так кофе стал *вкусным*. Вся кулинарная изобретательность людей была мобилизирована на эту задачу - спасти вкус кофе, и сделать необходимое приятным. Заключенный, как персонаж Кафки, лихорадочно ищет возможность отделать оковы шелком, довольствуясь результатом и считая это свободой. [——судорожно написано под воздействием катастрофического количества кофе, руки трясутся]