Post #481

Также мы смогли увидеть интересный стол, висящее над ним непонятное бревно, рога оленя и чучело глухаря. Каждый предмет имел свою историю, которую мы узнали позже. Наша экскурсия началась с того, что мы присели на стулья и начали слушать. Михаил Юрьевич начал свой рассказ с истории создания «Уральского следопыта». Своё начало журнал «Уральский следопыт» берёт ещё в 1935 году. Тогда Владимир Попов выпустил первый номер с научно-фантастическим рассказом «Слепой полёт» Александра Беляева. То есть, журналу в этом году-юбилей. Исполняется 90 лет с момента его основания. Но если бы было всё так просто, я сейчас не рассказывала бы об истории этого журнала. С 1958 года «Уральский следопыт» становится журналом не только краеведения, но и фантастики. На страницах этого издания были опубликованы тексты самых разных авторов. В том числе увидели свет первые очерки и рассказы студента и молодого писателя Славы Крапивина. Именно под крышей этого журнала объединили свои таланты Владислав Крапивин и художник Евгения Стерлигова. С 1959 года ежемесячно шли публикации. Вдаваться дальше в историю я не буду, кому интересно, сам узнает, но я считаю нужным поделиться с вами тем, что заинтересовало меня. Например, в Советском Союзе журнал «Уральский следопыт» был очень популярен. Для локального регионального издания он выходил просто огромными тиражами, потому что продвигал литературные фантастические произведения. В 70-е и 80-е годы прошлого века отвечал за «Отдел фантастики» литературовед Виталий Бугров. А Владислав Крапивин был в составе редколлегии и многие свои произведения первым делом публиковал в журнале, а после они уже выходили в книгах. Именно редколлегия этого журнала придумала фестиваль фантастики и премию в области литературно-фантастических произведений «Аэлита». Примерно на этой информации Михаил Юрьевич решил перейти к следующей теме. Это был рассказ о самых интересных вещах, находящихся в пресс-центре «Уральского следопыта». Начал он с того самого бревна, но только это оказалось не бревно, а огромный бивень мамонта. Я была в шоке, да и все остальные тоже. Кроме этого, в том небольшом кабинете находился ус гренландского кита, 350-летний моллюск — аммонит, рельс производства Демидовского завода 1917 года, чучело глухаря, стол и тумба из кабинета, в котором работал Павел Бажов, а еще часть гипсового образования из Пермского моря, которое располагалось в прошлом на месте Урала. Просто не редакция, а собрание уникальных предметов, которые можно потрогать или даже подержать в руках. Все, конечно, впечатлились и очень хотели прикоснуться к истории. Когда мы уже были достаточно нагружены информацией, нас отпустили в так называемое свободное плаванье. Мы все встали и могли лично задавать интересующие нас вопросы, а также могли проходить в соседние кабинеты с книгами. Спустя некоторое время Максим Юрьевич решил нам показать, как работает суфлёр. Показать он это решил неспроста, ведь все свои выпуски журнала работники «Уральского следопыта» озвучивают и выкладывают в формате подкастов. Максим Юрьевич включил камеру, поставил специальное устройство и установил телефон с суфлёром. Нам разрешили попробовать поработать с ним. Мы с ребятами стояли и читали, нас правда это очень заинтересовало, и когда мы только вошли во вкус, текст закончился. После этого у нас было ещё много свободного времени, и в одном из полилогов прозвучал интересующий главного редактора вопрос: «А «Каравелла» готовит юных журналистов или юных корреспондентов?» Я была одним из участников этого разговора и начала узнавать это у Севы. Его рассуждения на счёт данного вопроса были очень познавательны. По итогу мы решили, что всё-таки все мы — юные журналисты, но для себя я решила, чтобы признать в себе юного журналиста нужно ещё очень много учиться и работать.