ГЛУБИННОЕ ГОСУДАРСТВО, ТЕНЕВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО И МИР УОЛЛ-СТРИТ
По определению одного британского издания, глубинное государство – это «встроенные в правительство антидемократические властные структуры, на свободу от которых могут претендовать очень немногие демократии».
Как мы уже писали, термин «глубинное государство» ещё в прошлом веке возник в Турции для обозначения элементов – в первую очередь в разведслужбах и вооружённых силах, - которые неоднократно использовали насилие для вмешательства в демократический политический процесс в Турции и его перестройки. Элементы, – кстати говоря – поддерживаемые США.
Иногда определение deep state ограничивается элементами внутри правительства (или «государством внутри государства»), но чаще всего в Турции этот термин по историческим причинам расширяется и включает в себя ещё один показательный элемент – «членов преступного мира».
Мы будем использовать термин «глубинное государство» как раз в широком смысле, включив в него как уровень тайного правительства внутри Вашингтона, так и тех внешних лиц, которые достаточно сильны как в «нижнем», так и в «верхнем» мире, чтобы придавать ему направление.
И уже упоминавшийся Майк Лофгрен, и известный исследователь параполитики Питер Дейл Скотт предполагают симбиоз двух аспектов американского глубинного государства:
1. агентства теневого правительства, такие как ЦРУ и АНБ, которые были созданы публичным государством, но теперь затмевают его;
2. старая власть Уолл-стрит, т.е. могущественные банки и юридические фирмы.
Высокопоставленные чиновники Казначейства, офицеры ЦРУ, банкиры и юристы с Уолл-стрит думают во многом одинаково из-за «вращающейся двери», через которую они легко переходят от частной службы к государственной и обратно.
По словам Лофгрена, не будет преувеличением сказать, что Уолл-стрит может быть конечным владельцем «глубинного государства» и его стратегий, хотя бы по той простой причине, что у нее есть деньги, чтобы вознаградить правительственных служащих второй карьерой, которая по прибыльности выше всяких алчных вожделений и уж точно превосходит мечты наемного государственного служащего.
Как отмечает П.Д. Скотт, в 1950-е годы именно Уолл-стрит была доминирующим комплексом deep state. В него входили не только банки и юридические фирмы, но и крупные нефтяные компании, чьи картельные соглашения успешно отстаивала перед правительством США юридическая фирма «Салливан и Кромвель», выходцами из которой были небезызвестные братья Даллесы.
#DeepState
ПОДВОДНАЯ ЧАСТЬ АЙСБЕРГА
По большому счёту, в настоящее время в США существуют два правительства: первое, с которым его граждане знакомы, действует более или менее открыто; другое – параллельное сверхсекретное правительство, части которого менее чем за десять лет – с конца 40-х гг. – разрослись в гигантскую, обширную самостоятельную вселенную, видимую только внимательному наблюдателю, а во всей своей полноте… только Господу Богу.
Это второе правительство и есть «глубинное государство».
Как пишет республиканский аналитик Майк Лофгрен: Есть видимое правительство, расположенное вокруг Национальной Аллеи в Вашингтоне, а есть ещё одно, более призрачное, более неопределённое правительство, о котором ничего не сказано в законодательстве и которое не видят туристы, посещающие Белый Дом или Капитолий. Первое связано с традиционной вашингтонской партийной политикой: это верхушка айсберга, которую видит ежедневно публика, смотрящая кабельное, и которую теоретически можно контролировать посредством выборов. Подводную часть айсберга я назову глубинным государством, которое ориентируется по собственному компасному, независимо от того, кто формально находится у власти.
Это расширение двухуровневого или двойного государства сопровождалось двумя другими двойственными явлениями: растущим разделением американского общества на два класса — «один процент» и «девяносто девять процентов» — и разделением экономики США на два аспекта: внутренний, всё ещё подвергающийся некоторому государственному регулированию и налогообложению, и международный, относительно свободный от государственного контроля.
Все три тенденции влияли и усиливали друг друга.
Так, например, Уолл-стрит — воплощение «одного процента» — сыграла значительную роль в создании ЦРУ после Второй мировой войны, а три десятилетия спустя, ЦРУ и нефтяные магнаты сыграли значительную роль в глубинном переустройстве американской политики, известном как « революция Рейгана».
#DeepState
ПАРУ СЛОВ ЗА НЕФТЬ
Мне неприятно признавать, что нефтяные магнаты значат больше, чем правительство Соединённых Штатов; но благосклонное отношение к ним со стороны нашего правительства, безусловно, приводит к такому выводу.
Генеральный прокурор Коннектикута Роберт К. Киллиан
В некоторых далёких странах, где компания Exxon вела бизнес, её влияние на местную политику и безопасность было больше, чем у посольства США.
Стив Колл. Частная империя. ExxonMobil и американское могущество
#DeepState
«ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ ПРАВИТЕЛЬСТВА» (COG) И ВОЕННАЯ ОККУПАЦИЯ АМЕРИКИ
В самих США со времён Второй мировой войны секретность использовалась для получения теневых властных полномочий на случай стихийных бедствий и чрезвычайных ситуаций. Кульминацией чрезвычайного планирования стал «Проект Судного дня», также получивший известность как проект «преемственности правительства» (COG).
Эти планы, первоначально связанные с возможной гибелью президента и правительства США в случае ядерной атаки, постепенно менялись, чтобы решить проблему гражданского неповиновения в целом.
«Проект Судного дня» взял на вооружение и расширил планы участия армии в борьбе с антивоенными демонстрациями и городскими беспорядками. В частности, после убийства Мартина Лютера Кинга-мл. в Пентагоне был создано Управление по гражданским беспорядкам и планированию операций, своеобразный командный центр на случай внутренней войны. Кроме того, разработчики COG также учли более ранние планы Министерства юстиции по созданию системы центров содержания под стражей тысяч известных диссидентов, которые должны были быть немедленно арестованы в случае чрезвычайной ситуации.
По сути, ещё в эпоху Рейгана планы COG были адаптированы для противостояния собственному американскому народу.
Как сказал Оливер Норт, один из главных теневых игроков тех лет: «Мы не проиграли войну во Вьетнаме, мы проиграли войну прямо здесь, в этом городе [Вашингтоне]», имея ввиду невозможность подавления антивоенного сопротивления.
Планировщики COG – в числе которых был сам Норт, а также Дональд Рамсфельд и Дик Чейни – учли уроки прошлого. В рамках COG был предусмотрен целый пакет репрессивных механизмов, который был реализован на практике в связи с событиями 11 сентября. Пакет включал: 1) несанкционированное наблюдение, 2) несанкционированное задержание (включая беспрецедентные ограничения права на неприкосновенность личности) и 3) беспрецедентные шаги участию армии во внутренней безопасности и сокращению полномочий местных выборных блюстителей порядка (шерифов).
В частности, в 2002 году было создано Северное командование Вооружённых сил США (NORTHCOM), которое в случае чрезвычайного положения возьмёт на себя контроль над ситуацией. Причем сфера деятельности NORTHCOM охватывает не только территорию США, но Канаду и Мексику, а также акваторию более 900 км от побережья.
#DeepState
ГЛАВНЫЙ ОТРАВИТЕЛЬ
В 2019 году знаменитый в узких кругах журналист Стивен Кинцер написал книгу "Главный отравитель" (Poisoner in chief). "Отравитель" посвящён жизни одного из наиболее одиозных и зловещих сотрудников ЦРУ, Сидни Готтлиба. Широкой публике Готтлиб известен как глава технического директората, который курировал эксперименты по «промыванию мозгов» MK-Ultra.
Помимо темы произведения, которое мы не могли обойти стороной, комментария заслуживает и личность автора. Кинцер работал в Нью-Йорк Таймс, освещал перевороты в Центральной Америке, возглавлял бюро издания в Берлине, где комментировал ситуацию в Центральной и Восточной Европе. Помимо обсуждаемой биографии, Кинцер написал книги о перевороте в Ираке, Руандийском геноциде и инфернальных братьях Джоне и Аллене Даллесах.
Не будем подробно останавливаться на том, что некоторые оценки Кинцера недоброжелатели трактуют как слишком однобокие; отметим другое: в книге "Производство согласия", небезызвестного не будем перечислять регалииНоама Хомски, приводятся сведения, согласно которым сам Кинцер занимался журналистской деятельностью под покровительством ЦРУ, транслируя выгодную Белому Дому повестку. Хомски, конечно, и сам был не прочь получить 270,000 долларов от не убивавшего себя господина Эпштейна, но сейчас не о нём. Подобные же обвинения в работе на ЦРУ возникли вновь, как раз во время публикации книги Кинцера о Готтлибе, подробнее об этом мы расскажем позднее.
По поводу самой книги отметим важную сквозную этическую дилемму, выведенную Кинцером. Дилемма крутится вокруг вопроса необходимости. В заключении сквозит даже оправдание деятельности Готтлиба, якобы он действовал из своих духовно-патриотических побуждений, на самом деле уверовав, что массовые отравления, убийства и эксперименты по стиранию сознания, применяемые к американским гражданам, помогут победить Советский Союз. Кинцер волей-неволей смещает акцент истории, в сторону "на что готов пойти патриотично настроенный человек, получивший власть, ради своей страны", хотя действительно важным и неотвеченным остаётся вопрос о подлинных целях творцов истории.
#DeepState
ЦРУ И СОЗДАНИЕ ГЛОБАЛЬНОЙ НАРКОТОРГОВЛИ
После Второй мировой войны ЦРУ систематически использовало силы, занимающиеся торговлей наркотиками, для увеличения своего тайного влияния — сначала в Таиланде и Бирме, затем в Лаосе и Вьетнаме, а совсем недавно в Афганистане. С экспансией Америки за границу стало возникать всё больше и больше тайных программ, использующих наркоторговцев для разных и, порой, противоположных целей.
В 2004 году Time и USA Today опубликовали материалы о двух главных афганских наркоторговцах, Хаджи Джуме Хане и Хаджи Башире Нурзае, утверждая, что каждый из них поддерживал Аль-Каиду (запрещена в РФ) и что Хан, в частности, «помогал Аль-Каиде создать сеть контрабанды» афганского героина на Ближнем Востоке, в Азии и Европе». Позже выяснилось, что оба торговца одновременно были агентами ЦРУ и что Хан, в частности, «получил крупную сумму денег от Соединенных Штатов».
Такое сочетание – работа на ЦРУ и наркоторговля – может показаться взаимоисключающим лишь на первый взгляд. В 1990-е годы в Венесуэле во время «войны США с наркотиками» ЦРУ сначала создало местное подразделение по борьбе с наркотиками, а затем помогло его руководителю генералу Рамону Гильену Давиле провезти контрабандой не менее одной тонны чистого кокаина в международный аэропорт Майами.
Таким образом, уместно предположить, что ЦРУ и Пентагон намеренно используют наркотики для финансирования вражеских сетей, чьё существование оправдывают их зарубежные операции.
Большое внимание уделяется вербовке тайных агентов, а в нестабильных регионах со слабой властью наркоторговцы с их собственными обширными средствами и сетями являются наиболее очевидными кандидатами на вербовку ЦРУ. Они же, в свою очередь, сами рады работать на американцев, поскольку такой статус даёт им, по крайней мере, временный иммунитет от судебного преследования со стороны США.
Аналогичным образом имеет место регулярное использование ЦРУ двойных агентов. Так, главным организатором взрыва посольства США в Кении в 1998 году был двойной агент Али Мохамед, который в своё время по рекомендации ФБР был освобождён из под стражи Королевской канадской конной полицией. Перед терактом в Мумбаи в 2008 году первоначальная рекогносцировка на местности проводилась двойным агентом Управления по борьбе с наркотиками Дэвидом Хедли (псевдоним Дауда Сайед Гилани), которого «власти США направили работать на них в Пакистане, несмотря на предупреждение о том, что он симпатизирует радикальным исламским группировкам».
Вред ли такие макиавеллиевские планы изначально родились в головах вашингтонских стратегов. Такое развитие событий диктовалось прагматичной логикой имперского колониального господства, которое осуществляли теневые структуры.
Более того, зачастую их логика и их действия отличались от логики и действий проводников официальной политики США (того же Госдепа).
Так, ещё с 1945 года Азия была основным регионом, где ЦРУ игнорировало или отвергало политические директивы Государственного департамента. Интервенции ЦРУ в Азии, особенно те, которые переросли в конечном итоге в войны в Лаосе, Вьетнаме и Афганистане, способствовали установлению постоянных глобальных связей «конторы» с наркоторговцами.
И эта связь, дающая доступ к огромным ресурсам и позволяющая осуществлять несанкционированное насилие, играет важную роль как в американских интервенциях, так в войнах, в которых в принципе невозможно одержать победу. Да и нет в этом смысла, ибо усугубление и так нестабильной ситуации в регионе способствует поддержанию и развитию незаконного оборота наркотиков. Таким образом, совершенно логично, что глобальные связи с наркоторговцами стали постоянным фактором в создании зарубежной американской империи, о которой большинство граждан США никогда не подозревали и уж тем более не просили. И эта тёмная мощь маячит за всеми крупнымт глубинными событиям, включая Даллас, Уотергейт и 11 сентября, которые помогли затмить государственные институты США структурами deep state.
Продолжение следует. Оставайтесь с нами!
#DeepState
Передовые структуры deep state – ЦРУ и Пентагон – изначально создавались как инструменты имперского доминирования за границей. Но почти сразу же их зарубежная активность отразилась и на внутренней политике. Так, они брали под контроль СМИ, чтобы те не болтали лишнего или, наоборот, создавали нужное им общественное мнение.
Кроме того, ещё начиная с Манхэттенского проекта, сиречь, создания атомной бомбы, ряд проектов либо вообще миновал Конгресс, либо шёл под закрытыми статьями бюджета. Своя логика – особенно в военное время – в этом, естественно, была. «Что знают двое, знает свинья», а в обеих палатах Конгресса, как известно, свыше 500 законодателей.
В итоге, как пишет Питер Дейл Скотт, «после Второй мировой войны тайные агентства США, такие как ЦРУ, помогли создать альтернативный мир, в котором власть осуществляется с минимальным контролем, часто вступая в противоречие с провозглашёнными госорганами политическими целями обеспечения правопорядка и часто в сочетании с беззаконными и даже преступными действиями за рубежом».
Главной тренировочной площадкой глубинной политики за рубежом стала Азия. Именно там – в Бирме, Таиланде и Лаосе – под эгидой «борьбы с коммунизмом» США предпринимает тайные операции по созданию местных прокси-армий, финансируемых за счёт наркоторговли.
Наркотики и нефть становятся кровью теневого государства, двигателем его войн, скрывающимся за официальными лозунгами «борьбы с тиранией»
Войны в Кувейте, Ираке и Афганистане были инициирована Америкой по совокупности геостратегических и экономических причин, но прежде всего из-за желания установить доминирующее присутствие США в важном регионе нефтяных запасов (а в последнем случае и для контроля наркотрафика).
Продолжение следует. Оставайтесь с нами!
#DeepState
ВЛАСТЬ ОСТАЁТСЯ СИЛЬНОЙ, ПОКУДА ПРЕБЫВАЕТ В ТЕМНОТЕ
Ключевые глубинные события американское истории – такие как убийство Джона Кеннеди, Уотергейт или 11 сентября – были лишь вершинами айсбергов, которые несли мощные потоки тайных процессов. Эти потоки проламывали строение публичной политической системы, создавая тайные ходы и расширяя влияние тайного правительства и его политическое господство.
Как отмечал гарвардский профессор Сэмюэль П. Хантингтон – сам, в общем-то, не чуждый теневому истеблишменту – «власть остаётся сильной, покуда пребывает в темноте; в лучах солнечного света она начинает испаряться». (Хантингтон, к примеру, консультировал правительство Боты в Южной Африке, как создать мощный аппарат госбезопасности, находящийся вне общественного контроля.)
Сам термин «глубинное государство», кстати говоря, происходит из Турции. Derin devlet – власть, не вытекающая из конституции, но пребывающая вне её и над ней, власть, «более мощная, чем публичное государство».
В США о глубинном государстве впервые заявил Эйзенхауэр, который в 1961 году, уходя с поста президента, призвал ограничить влияние «военно-промышленного комплекса». (И это был чуть ли не единственный раз, когда национальный лидер – до Трампа – заявил о растущем влиянии теневых структур. Впрочем, Эйзенхауэр и сам приложил руку к развитию deep state, санкционировав тайные операции в Иране и Гватемале.)
ВПК действительно стал основой deep state, но со временем в его «состав» вошло множество иных элементов.
Одним из факторов, связывающих выстрелы в Далласе, Уотергейт, «Иран-контрас» и 11 сентября, было фоновое участие во всех этих глубинных событиях высокопоставленного персонала в сфере чрезвычайного планирования, планирования «непрерывности правительства» (COG), что в Пентагоне именуется «Проектом Судного дня». Реализация планов COG по терактам 11 сентября стала кульминацией десятилетий такого планирования и привела к перманентной милитаризации внутри Соединённых Штатов и навязыванию внутри страны институтов и процессов, ранее предназначенных для доминирования за рубежом.
Продолжение следует. Оставайтесь с нами!
#DeepState
ОЧЕРКИ О ГЛУБИННОЙ ПОЛИТИКЕ
Основания глубинной политики или параполитики стоит искать в конце 40х гг. прошлого столетия, когда истощённая войной старушка Европа, скрепя сердце, сняла с себя ответственность за судьбы мира, а США активно примеряли на себя роль юного гегемона, готовясь к «холодной» конкуренции с обширным красным блоком.
Отгремевшая война совершенно не отменила принцип пряника и кнута и демократические государства готовы были пользоваться им не менее активно чем диктатуры-тирании.
В качестве пряника – если выбрал правильную сторону – финансовые вливания и военно- политическая поддержка.
Если выбрал неправильную или ещё не определился – тайные операции с возможностью «правдоподобного отрицания», psyop и прочие covert actions.
Не стоит думать, что в Вашингтоне тогда сидели сплошные лицемеры без стыда и совести. Просто, демократия – привилегия избранных, да и «старые ребята» с Уолл-стрит, пришедшие в ЦРУ и Пентагон, верили, что – по заветам Аль Капоне – добрым словам и револьвером добьёшься гораздо больше…
А чувствительной публике на родине, да, порой, и некоторым обитателям Белого дома лучше не знать, как демократия претворится в жизнь в джунглях, пустынях или в закоулках приходящей в себя Европы. Крепче будут спать…
Очень скоро, те, кто защищает национальную безопасность, понимают, что демократии требуется защита от себя самой. Демократической системе для более эффективного функционирования требуется отнюдь не демократический глубинный стержень.
И если в 1961 году – когда Эйзенхауэр, прощаясь, предостерегал страну от разрастающегося влияния ВПК (читай «теневых структур») – deep state ещё был в юном возрасте, то уже через два года он достаточно окреп, чтобы свалить (в буквальном смысле слова) президента…
Убийство Кеннеди стало вехой в длительной череде глубинных событий, которые всё больше вели к выхолащиванию публичной политической системы США, а методы, опробованные в песках и джунглях, стали привычной практикой в «цитадели демократии»…
Более подробно о становлении, сути и методах глубинного государства поговорим наших следующих очерках.
Оставайтесь с нами!
#DeepState
В этот день в 1942 году появился на свет "крёстный отец" глубинного государства, Манхэттенский проект. Работы по созданию американцами А-бомбы велись в строгом секрете не только от большинства граждан, но и от конгрессменов и даже членов кабинета. Так, даже Гарри Трумэн узнал о бомбе, только избавившись от приставки вице-. Финансирование Проекта в бюджете проходило под совершенно левыми статьями, породив в дальнейшем черные и серые бюджеты. В общем, демократия демократией, а национальная безопасность в условиях войны оказалась важнее. Впрочем, война закончилась, а Левиафан, в смысле deep state уже никуда не делся...
#Deepstate
В этот день 49 лет назад президентом США стал Джеральд Форд. Как известно он занял кабинет отнюдь не в результате «демократических» процедур, а благодаря добровольно-принудительному уходу Ричарда Никсона. А значит, сегодня отличный повод вспомнить Уотергейтский скандал, знаковое событие американской глубинной политики. Отстранение Никсона от власти было мягким, по сравнению с прямой ликвидацией братьев Кеннеди. Тем не менее, событие это было связано с массой страстей и интриг, в которых помимо пресловутых «водопроводчиков» Белого Дома, инсайдеров и «правдолюбцев» из СМИ, была вовлечена и местная «контора» из трёх букв… Левиафан ещё не раз вспомнит Уотергейт… Оставайтесь с нами!
#Deepstate
From viral memes 😂 to military-grade influence operations 🪖, the government is waging a full-spectrum psychological war—not against foreign enemies but against its own citizens 🇺🇸.
The goal? Compliance. Control. Conformity. 🎯
The battlefield is no longer physical—it is psychological 🧠—and the American people are the targets 🎯.
From AI-manipulated narratives 🤖 and National Guard psyops to loyalty scorecards for businesses 📋, the Deep State’s war on truth and independent thought is no longer covert. It is coordinated, calculated, and by design 🔍.
Yet while both major parties—long in service to the Deep State—have weaponized mass communication 📡 to shape public opinion, the Trump administration is elevating it into a new art form 🎨 that combines meme warfare, influencer psyops, and viral digital content 📱 to control narratives and manufacture consensus.
In doing so, President Trump and his influencers are capitalizing on a propaganda system long cultivated by the security-industrial complex 🏰.
#Trump#Deepstate
👂More on Trump's Ear ⚠️