Post #1885

Программа Терского казачьего войска. Утверждена на войсковом круге в г. Ессентуки 1 марта 1992 года. В ней расписаны «Общие положения», виды деятельности – военно-патриотическая, научно-историческая, культурно-политическая, социально-экономическая и правовая. Здесь казаки называют себя субэтносом, «межнациональной (этнической) общностью людей», «этнической формацией», отмечают свое право на самоопределение «наряду с другими народами» и обозначают Терское казачье войско историческим правопреемником войска, существовавшего до 1917 г. Этот маленький документ - источник сведений о том, кем видели себя казаки первых лет возрождения, как они представляли себе свою деятельность. Например, здесь отмечается значение геноцида 1918-1921 гг.«против казачьего народа» и требование к Правительству РФ о даче политической оценки (осуждения) деятельности организаторов геноцида против казачества. Делаются заявления о «полной правовой реабилитации и возвращении казачеству его попранных прав и свобод», «ходатайство в законодательно-правовом порядке о возвращении казаков на места своего исторического расселения из зарубежья и других мест», «требование для казачьих общин, находящихся в местах их исторического расселения, автономизации территорий проживания в соответствии с Законом «О национальном равноправии» и т.д. Среди намеченных целей: участие в местном самоуправлении, возвращении казачьих земельных наделов «без выкупа, т.к. казаки своим трудом фактически давно ее уже выкупили у государства». Между тем, стоит отметить, что одним из начальных положений Программы стоит следующий: «Терское казачье войско не мыслит территории своего исторического расселения вне границ государства Российского». Программка, выпущенная в глубинке – это, конечно, хорошо, а как ее поступлаты было закрепить юридически, на государственном уровне? С помощью Закона «О реабилитации…»? Но он не заработал. Как же случился этот правовой и исторический казус? Где произошел сбой?