Post #641

ЗАПОЗДАЛЫЕ СЛЕЗЫ ХАЗБУЛАТА Записал собиратель фольклора Витислав Ходарев, станица Лысогорская Пятигорского округа Терской области. Память седойского рода и потомков племени вежаройцев-чеченцев сохранила не укрытую временем легенду о соплеменнике своего древнего народа. Я услышал ее от моего кунака – сокурсника по университету. Высоко в горах Кавказа нашло приют для себя племя вежаройцев – гордых, честных и очень трудолюбивых людей. Они днем и ночью ходили за многотысячными отарами овец. Трудовая слава седойского рода и племени вежаройцев росла из года в год. Эти люди любили высокогорные пастбища, свои аулы с каменными саклями, орлами в прозрачном южном небе, свое гнездовье. Детей вежаройцы воспитывали заботой, трудом, любовью к родной земле и ко всему, что окружало их в горах. Особенно ценили в племени честность и преданность своему народу. Однажды у старого пастуха многочисленной отары пропала его любимая овца. Тоской неуемной охватило уважаемого всеми соплеменниками хозяина белой отары овец. Много раз во сне он видел свою пропажу, и овца всякий раз говорила с ним человеческим голосом. Она говорила, что еще жива, не потерялась, и что ее кормит какой-то человек. Через несколько дней хозяин украденной овцы узнал, где ее прятали. Ему еще больше стало жалко белошерстную овцу. Решил он обо всем рассказать старейшинам рода. Они пригласили вора на Высокий совет и потребовали признания от юноши, которого звали Хазбулатом, но он отрицал кражу и не признавался. Парень дал клятву перед лицом старейшин, что овцу у соплеменника не уводил. Тогда хозяин спросил, знает ли он свою овцу, которую ему, якобы, подарили? — Знаю, как свои десять пальцев, — ответил Хазбулат. И еще добавил: — Вот он я, весь на виду. Его ответ был заметно дерзким и обидел седоголовых стариков и пострадавшего от кражи, почитаемого всеми хозяина овцы. — Хорошо, — сказал хозяин, — ты поклялся, что не воровал мою овцу, но мои овцы все помечены. Узнаю я ее по красному пятну, что я сделал на животах всех своих овец. Хозяин еще раз обратился к старейшинам и пояснил, что несколько дней назад всех своих овец он пометил красной краской. — И я свою овцу красной краской пометил на животе, — сказал Хазбулат. Старейшины обязали его показать свою овцу. Подозреваемый в воровстве быстро покинул место, где заседал совет старейшин, и ушел с наблюдателями за овцой. После их ухода пастух сразу же рассказал мудрецам, что он всех овец пометил синей краской и что с такой именно меткой будет овца, приведенная вором. — Вот мы и посмотрим, с каким пятном Хазбулат приведет овцу, с красным или синим, — решили старики. То, что сказал хозяин овцы, быстро подтвердилось. Старейшины определили принадлежность приведенной овцы, но юноша все равно не признавался, что украл ее. И не мог объяснить, почему на животе овцы синее пятно, а не красное. Хазбулат понял, что разоблачен, но все равно не признавался. Только волнение и красное лицо выдавали его. Теперь он должен был выслушать и выполнить приговор седоглавых стариков. А приговоры старейшин всегда бывают строгими, порой жестокими, но они без обсуждений признавались справедливыми. Самым страшным наказанием было изгнание. На этот раз приговор был именно таким. Вору надлежало в этот же день покинуть аул и забыть навсегда, к какому роду-племени он принадлежал. Проводили Хазбулата по-доброму. Снарядили, дали в дорогу много еды и трость-посох. Где жить и как жить, теперь нужно было решать ему самому. Долго шел юноша по уступам гор, по лесистым и каменным перевалам, пока не добрался до уютной маленькой станицы. В ней жили гребенские казаки. И попросил Хазбулат атамана оставить его в станице, честно рассказав, что с ним произошло в родном ауле и как наказали его соплеменники. Так в станице появился первый чеченец-вежароец, которого приютили, а в дальнейшем и полюбили казаки. Хазбулат остался жить среди них, а потом нашел себе красивую молодайку-казачку и женился на ней. Говорили, что он со своей женой Мариной воспитали двух сыновей-красавцев, удалых казаков.