Post #423

Надо пройти через многое, прежде чем сможешь увидеть диких гусей так, как их увидела МО. ЧЛЕНЫ ПЛЕМЕНИ МЭРИ ОЛИВЕР (пер. Н. Пресс) Задолго до меня они жгли костры в темных лесах смерти. Произнести их имена? Их имена - как долгая ветвь звуков. Вам они знакомы. *** Я знаю: от смерти глаз не отвести как от змеи под листьями, скользящей и скользящей; я знаю: сердце её тоже любит, не может отвернуться, не может разрушить чары. Всё желает войти в медленную плотность, стремится обрести покой любой ценой. Стать камнем. *** В тот раз когда хотелось умереть кто-то играл на фортепьяно в одной комнате со мной. То был Моцарт. То был Бетховен. То был Брукнер. На кухне одноухий рисовал цветок. *** Позже, в лечебнице, я пробивалась по багровым рекам помутнения; распарывала в глубине тугие швы ночных кошмаров. Это была хорошая и человечная работа. Ничего общего с прокладыванием дорожки слов, что могут придушить или смягчить живое сердце. Тем временем, в любви и гневе, Йейтс стоял у тел друзей погибших; а Уитмен падал сквозь рукав своего эго. На дальних полях, за закрытыми окнами, стоял юноша - жить ему оставалось недолго, и он об этом знал. Он слушал песню обычной серой птицы из глубины листвы она к нему взывала дикими и нежными словами. Ты знаешь эту важную красноречивую защиту здравого ума. *** Я прощаю им их несчастье, я прощаю их за уход из мира. Но не прощу за то, как они отвернулись, как сорвав покровы стали танцевать со смертью — за боль и за стремленье к забытью на острых лезвиях изысканных стихов, за то, что говорили: таков наш путь. *** Конечно, я все это время шла за ними следом, внимая их советам. *** А человек, который всего лишь мыл кисти за Микеланджело, стоя на коленях на влажном камне, и каждый день смотрел, как с них стекали краски, прожил до сотни лет.