Post #244

«В Шахрисабзе нескончаемо шли праздные рауты. Это был один из тех дней, когда досуг заедали позавчерашними разговорами: о еде, о воде, кухне, непослушных невестках, готовке, детях, нерожденных детях, новорожденных детях и прочей зубной боли вестника французского дома «Домострой». Ташкентянский протеже Евгения Онегина в этот день попал туда же, по воле случая. — Да, я обычно делаю этот замечательный крем из сметаны, а невестка моя потом декорирует торт, — говорила ей, весом с центнер, хозяйка дома. Наша денди умела мыслить не вслух и говорила себе про себя снова и снова: «Говори, ты должна быть приятна в диалоге. Спроси что-то про торты, кухню. Стол ее невестка накрыла очень талантливо. Мысли, как человек, который изобрел духовку и забудь, что ты понятия не имеешь о том, как пользоваться ею». — Как же это прекрасно! А делали крем с помощью миксера? — вымолвила после долгого молчания она. — Да, конечно, деточка. А с чем же еще? Девушки должны знать — сказала заедая жирный кусок теста с жирной, по-глупому злой, улыбкой хозяйка. — Рада за вас — бормоча ответила деточка без миксера У нее в голове красными полосами разлетались несказанные речи: «Да как же ж мне знать? По размеру твоей руки можно предположить, что она твой гидроэлектромиксер и, если бы стало о ней известно миру, она разрушила бы конкуренцию в миксерной отрасли, а саму отрасль съела бы ты». Это была благодать божья, что мысли в этой комнате умел читать только бог». Из дневника подмастерья провинциального узбекского театра «Gapirish» 56го года, Сардора Гафурова