Post #75

Когда читаю этот монолог старца Зосимы, то вспоминаю Чернышевского, где он утверждает, что все люди — эгоисты (разумные и неразумные). По теории Чернышевского люди любят других людей и делают благое только потому, что очень любят себя родимых и свои эмоции от человечества whatsoever: похвалу, благодарность, послушание и повиновение, а иногда любят свои страдания (потому что от этого рождается экстаз собственного превосходства). А иногда еще и чувство собственного превосходства от благотворительности. Но я с этим не могу согласиться. Потому что, как говорит Достоевский, стоит стремиться к деятельной любви, иногда пересиливать себя в ней. Заставлять себя любить лающую бездомную собаку, беспардонного цыганского ребенка-попрошайку и любить самых ближних своих в гневе страшном. Тут теория Чернышевского рушится, потому что он вовсе не учел силу деятельной любви и преодоления себя, где места для эго и смакования чувства превосходства и радостного флера корысти нет.