Post #3864

​Возможно, Глейзер снял не лучший, но самый важный, актуальный, пугающий фильм ушедшего года. Понятно, что приём с дистанцированием от привычной событийной фабулы не нов; и что про Освенцим и в художественном, и в документальном регистре делались гораздо более умные, тонкие, радикальные вещи. Однако «Зона интересов» испепеляет сердца отнюдь не при помощи новаторского киноязыка. Глейзер, большую часть карьеры посвятивший исследованию надмирных, как бы внечеловеческих состояний, провернул этот трюк ещё раз. Сняв большое кино о том периоде, когда чей-то эдемский сад прорастает из усыпавшего преисподнюю праха. Когда адаптивный процесс – один из важнейших эволюционных механизмов – способен превратить разумное существо в бесчувственное животное. Ведь даже зритель, полтора часа слышавший гул раскалённых печей, начинает потихоньку привыкать к этой инфернальной какофонии звуков медленно прогорающей жизни. Когда мы застываем в шаге от банальности зла безвольными, беспомощными свидетелями – не зная наверняка, а всего лишь надеясь, что подобный кошмар больше никогда не повторится; для того Глейзеру и понадобился тот формальный кувырок в финале, обозначающий эстетическую дистанцию между событием и культурной рефлексией. Ведь из сегодняшнего дня, когда новая страшная война – уже не угроза, а данность, подобные исторические страницы перелистываются с ещё более жутким хрустом. Удобств массовому зрителю Глейзер никогда не обещал, а своей аудитории остался верен. #TheZoneofInterest#Ревью