Post #4092

​I Saw the TV Glow – ещё одна неслабая проверка ваших нервов на прочность. Первые два акта мерещится, что это очередной стильный оммаж ушедшей эпохе внутри истории о синефилах, в детстве бросивших вызов взрослому миру – и много лет спустя попытавшихся как-то осмыслить свой проигрыш. Но финальный акт обнаруживает за этим осмыслением и смирением настолько глубокую подавленность и тоску, что не спасёт никакой эскапистский туннель. На самом деле герои даже никакие не синефилы – даром что она приучает его к традиции ночных просмотров, а он, повзрослев, устраивается в кинотеатр. Это кошмарный сон одиночки, осознающего, как когда-то говорил Морфиус – с этим миром явно что-то не так. Слишком остро ощущается нормальность других людей, слишком быстро летят чёртовы годы, слишком невыносимо давление общества, равнодушно укладывающего все твои мечты об иной жизни в гроб. Проблема в том, что Морфиус всегда остаётся по ту сторону экрана – вроде бы и пребывая рядом, но в то же время оставаясь метафизически недосягаемым. Метафора самого «Розового тумана» с мистером Меланхолией предельно прозрачна, но оттого не менее эффективна – ведь это прежде всего драма, замешенная на чистой экзистенции, навязчивом ощущении заброшенности в странный и враждебный мир по чьей-то злой воле. Как раз эту волю разоблачает в своём длинном монологе начинающая актриса Бриджетт Ланди-Пейн, подарив нам один из самых пронзительных перформансов текущего года. И если в том же «Лабиринте Фавна» девочка Офелия, умирая, возвращалась в сладкие грёзы, то Джейн Шёнбрун оставляет своим героям только горечь – и тот самый свет телевизора, что продолжает согревать лишь немногих из нас. Есть ли в этом надежда? Безусловно. Она сохраняется внутри кинематографа, подобного этому. #ISawtheTVGlow#Ревью