Post #4737

​Досмотрел второй сезон «Белого лотоса» – и он поразительным образом не хуже первого. Разве что вместо Гавайев – Сицилия, а классовая сатира переместилась в гораздо более интимное измерение: ни для кого не секрет, что в мире больших денег ничто не продаётся лучше секса, и создатель сериала, Майк Уайт, делает на это сознательный акцент. Поначалу кажется, что Италию репрезентирует набор симпатичных этнических стереотипов, но довольно быстро осознаёшь, что, в отличие от предыдущего сезона, это пространство перемалывает главных героев с аппетитом уплетающего пасту туриста, а не наоборот; даже самый положительный и наивный персонаж, назвавший «Крёстного отца» рудиментом патриархальной эпохи, вполне заслуженно выставлен идиотом и несёт оскорбительный статус вплоть до обескураживающего финала. В лобовой критике капитализма мы бы в тысячный раз наблюдали за тем, как богачи с патрицианской невозмутимостью развращают невинность и красоту – здесь же они сами достаточно невинны перед лицом ощетинившегося рабочего класса: тех же эскортниц, позволяющих себя трахать лишь для того, чтобы эмоционально отыметь самых податливых из своих клиентов, или закатывающих оргии аристократического вида геев с самой, вероятно, зловещей ролью Тома Холландера в карьере. Ещё тут есть живая легенда Ф. Мюррей Абрахам, в основном занимающийся тем, что у зумеров звучит как «хорошенечко навалить кринжа»; в кои-то веки выглядящий на своём месте Тео Джеймс, в дуэте с Мэган Фэйхи вступающий в напряжённое психофизическое противостояние с Обри Плазой и Уиллом Шарпом – и, признаться, мало кто за последние годы настолько мощно прикладывал институт брака, как эти четверо; Дженнифер Кулидж, тотем сериала, не растерявшая ни внутреннего надлома, ни форменную грацию слона в посудной лавке. Только на сей раз вместо неоколониалистских ценностей разбиваются те принципы, что позволяли сохранять верность если не другим, то самому себе.