Post #5113

Вспоминаем «Мастера» – уже культовое кино, отвергающее любые культы Андерсон снимал его уже не просто в статусе зрелого автора, но живого классика, фактически сбывшейся мечты нового американского кинематографа. Надежды, для многих, кстати, недальновидно потускневшей с премьерой этого странного и печального фильма, не нашедшего особого признания ни у академиков, ни тем более в мировом прокате. Понятно, что привычный для Андерсона размах мысли позволяет трактовать увиденное не как бытописание отношений между наставником и учеником, а как историю платонического романа бога и своего самого несовершенного творения; два антипода во всём, начиная внешностью и заканчивая душевным и интеллектуальным равновесием, почти весь хронометраж они выясняют, кто же всё-таки из них друг в друге больше нуждается. Проблема в том, что они оба – аберрированы, неполноценны: одному нужно всё время кого-нибудь слушать, другому – постоянно говорить. Но чем теснее делается союз, тем сложнее первому становится водить за нос второго. Хозяин при ближайшем рассмотрении оказывается напыщенным пустобрёхом и шарлатаном, а его слуга – похотливым закомплексованным невротиком, обретающим в мистических догмах о том, как нехорошо себе лгать, очередной сладостный обман. Фредди Куэлл, предъявивший Фениксу едва ли не самую сложную задачу за всю профессиональную карьеру, позволяет Ланкастеру Додду и его свите творить вокруг него новую реальность лишь потому, что старая причинила ему слишком много боли; основной же конфликт фильма определяется в тот трагический момент, когда экстатический восторг сменяется горькой, непрошенной фрустрацией. Демобилизованный моряк, привыкший захлёбываться в необъятном океане жизни, он внезапно обнаруживает, что вычерпал своего гуру подобно мутной мелкой лужице. Ещё с дебюта в андерсоновских сюжетах нестерпимая, неконтролируемая сила притяжения рано или поздно оборачивалось трением, а за ним и пожаром – просто на сей раз сгорела ни много ни мало новая религия, напомнив фраппированному зрителю, что чем больше мы хотим во что-то верить, тем, как правило, острее ощущаем границы этой веры. И ты либо укладываешься в чей-то безбрежный пляж смиренной невидимой песчинкой – либо любовно подкармливаешь собственное эго фигурками из того же самогопеска. #Разбор#ПТА