Post #5136

​А ещё на примере Сирила хорошо видно, как сценаристы задают поначалу вроде бы традиционно одномерному антагонисту необходимый объем. Если в первом сезоне им руководило привитое режимом честолюбие, то во втором преобразила любовь – но не в арке с Дедрой, как сперва можно подумать, а в сюжете с внедрением к горманцам; одна пощёчина – и весь невысказанный романтический бэкграунд прорывается на поверхность. Причём на временном промежутке преобразование характера происходит и через внешние метаморфозы – от аккуратно уложенных волоска к волоску причёске к символизирующей неповиновение растрёпанной шевелюре. Ну и трагический финал – когда характер определяет не решимость, а сомнение, не поступок, а то, чего он так и не сделал; потому что даже имперские бюрократы во вселенной «Андора» не статичны в исповедуемых принципах и идеалах. «Who are you?» – именно этот вопрос висит в воздухе в последней сцене с его участием и полностью выражает как сверхидею конкретного персонажа, так и всего сериала в целом. Иначе говоря, мы буквально осязаем, чувствуем мир, из которого пришёл Сирил – деталь, недоступная ни одной из полнометражных частей «Звёздных войн»: поначалу из-за нехватки хронометража (и оттого участники классической трилогии настолько архетипичны), потом – из-за в целом сильно просевшей драматургической экспозиции.