Post #4312

— Парень, беги. И я побежал. В безбилетном проезде в электричке всегда есть свой набор правил, соблюдая которые можно надеяться на успех. Это не догмы, не безусловные принципы, скорее ряд действий, которые знакомы каждому участнику этой мистерии. «Идут, идут», — шумят шепотом шаркающие в тамбуре люди. Это знак: кондукторы уже рядом, они идут с двух направлений — с головы и хвоста поезда. А значит нужно высчитывать секунды, надеяться, что остановка будет раньше, чем они до тебя дойдут и когда с шорохом и скрипом откроются двери, нужно бежать изо всех сил вдоль поезда, стремясь убежать от вагона куда идут до вагона, откуда уже ушли. Когда мне было 14–15 лет я постоянно упражнялся в этом спорте. Каждый день я ездил из Петербурга в пригород и обратно. И науку ожидания изучаешь самым практическим способом из всех возможных. Продуваемая ветрами платформа «Обухово», где в воздухе и именах сливаются отзвуки Улицы Жертв Девятого Января и шум от проходящих товарных поездов, разговоры платформных безумцев и детские крики. Сколько часов я здесь провел? Я не знаю, но кажется, что часть себя я здесь точно оставил. Женщина плачет, почему-то решив, что нашла в тебе благодарного слушателя — и рассказывает, что недавно вернулась из колонии, где ей только одного и хотелось: принять ванну и побрить ноги. Мужчина — образ из анекдота: с удочками, с разборной табуреточкой (сиденье — из зеленого брезента), рассказывает другу о том, как они сейчас поедут в Саблино. Мрачные юноши с бритыми головами — лузгают семечки и упражняются с друзьями в скабрезностях. Девушка с веселыми глазами. Офисный клерк с будто бы потухшими глазами. Все это — твои попутчики. Когда поезд наконец приходит, кто-то из них тоже оказывается профессиональным марафонцем безбилетности. Вы заглядываете в мутный пузырь тамбурного стекла — высматриваете, выслушиваете. Вы все вместе чувствует свою отчужденность от большинства пассажиров вагона: вот они, сидят спокойные, разгадывают свои кроссворды, посматривают за окошко и ждут: скоро ли Ушаки? Когда там Торфяное? Мне ехать всего около 20 минут; я спринтер безбилетного спорта — тут пан или пропал. Обычно мне везет: но не в этот раз. Бежим, дышим — с платформы бросаешь шатающийся взгляд на трубы Ижорского завода. Запрыгиваем на выдохе в тамбур — и сразу провал. Кондукторы и мент. Улыбаются. «Пройдемте в головной вагон». На плечо ложится рука милиционера, вы идете куда-то вперед, слегка расталкивая локтями спокойных пассажиров вечернего вагона. За окнами прокручиваются эпизоды весны на фоне индустриального пейзажа, сердце стучит, в голове лишь мысли — они же нас сейчас повезут оформляться в Тосно, а как я домой попаду? Мне же на следующей выходить. И вот вы приезжаете. Двери открываются. Кондукторы басят о чем-то с ментом, весело говоря — «этих в Тосно». Но контроль над нами, группкой безбилетников, они потеряли. Двери открыты, там просвет свободы, но я не решаюсь туда даже посмотреть. Ко мне поворачивается один товарищ по несчастью, смотрит, кивает головой в сторону дверей и говорит: — Парень, беги! И я бегу. Вслед летят крики кондукторов, но я уже не у них: я перемахиваю через забор, прыгаю с перрона, и бегу, бегу, бегу. Домой.