TGTGInsighttelegram intelligenceLIVE / telegram public index
← Python Заметки

TGINSIGHT SIMILAR POSTS

Најди сличен содржај

Изворен канал @pythonotes · Post #198 · 6 јан.

Первая директория в sys.path 🔸 Когда вы запускаете Python-интерпретатор в интерактивном режиме, в системные пути (sys.path) в самое начало добавляется текущая рабочая директория >>> for path in sys.path: ... print(f'"{path}"') "" "/usr/lib/python37.zip" "/usr/lib/python3.7" ... Первая строка пустая, что и означает текущую рабочую директорию. 🔸 Если вы запускаете интерпретатор передавая скрипт как аргумент, то история получается иная. На первом месте будет директория в которой располагается скрипт. А текущая рабочая директория игнорируется. Пишем скрипт с таким содержанием: # script.py import sys for path in sys.path: print(f'"{path}"') Запускаем python3 /home/user/dev/script.py Получаем "/home/user/dev" "/usr/lib/python37.zip" "/usr/lib/python3.7" ... 🔸 Если вы запускаете скрипт по имени модуля то на первом месте будет домашняя директория текущего юзера python3 -m script "/home/user" "/usr/lib/python37.zip" "/usr/lib/python3.7" ... Скрипт должен быть доступен для импорта На что это влияет? На видимость модулей для импорта. Если вы ждёте, что, запустив скрипт по пути, сможете импортировать модули из текущей рабочей директории, то вы ошибаетесь. Придётся добавлять путь os.getcwd() в sys.path самостоятельно или заранее объявлять переменную PYTHONPATH. #basic

Hashtags

Резултати

Пронајдени 1 слични објави

Пребарај: #qajars

当前筛选 #qajars清除筛选

Во второй половине XVI века идея «контрмиллениального суверенитета» — светской власти, сакрализованной вне ожидания конца времён — получила развитие в трёх мусульманских империях: Могольской, Османской и Сафавидской. В Индии, при дворе Великого Могола Акбара (1556–1605), эта концепция была обогащена гностическим суфизмом и адаптирована под индуистскую духовность. Напротив, в Узбекской империи, куда контрмилленаризм был занесён иранскими эмигрантами, он уступил место суннитскому мышлению и восстановлению чингизидской легитимности. Османская империя, восприняв суверенитет как форму «божественного халифата», отвергла шиитско-суфийскую философию власти в пользу суннитской теории халифата, подчинив духовную и правовую сферы султану как главе шариатской иерархии. Даже в Иране идея сакрализованной монархии оказалась нестабильной. После утверждения шиизма как государственной религии в XVI веке, Сафавиды установили двойственную политику: они сделали шиитскую иерархию основой религиозной жизни и одновременно сохранили орденский суфизм (в лице кызылбашей) как идеологию армейской элиты. Однако при этом жёстко подавлялись все иные суфийские ордена, за исключением временно терпимого ордена Нематоллахи. После падения Сафавидской державы и начала правления династии Каджаров в конце XVIII века, религиозное лидерство окончательно перешло к независимой шиитской иерархии. Ага Мохаммад Хан Каджар основал новую империю при активной поддержке шиитских улемов. Его преемник, Фатх-Али Шах, официально признал правовую зависимость от моджтахедов, что означало снижение монаршего статуса — шах оставался светским главой, но религиозная власть теперь принадлежала духовенству. При этом шиитская иерархия начала кампанию против суфизма. Наиболее жестокие репрессии обрушились на орден Нематоллахи. Его лидер Масум Али Шах, вернувшийся из Индии, стал объектом гонений. В 1790 году толпа, подстрекаемая влиятельным моджтахедом Ака Мохаммадом Бехбехани — прозванным «суфи-кош» (убийца суфиев), — растерзала его ученика Моштака Али Шаха. Сам Масум Али Шах был убит около 1800 года, а оставшиеся суфии были изгнаны, арестованы и преданы суду за ересь. Несмотря на эти гонения, орден Нематоллахи выжил. При шахе Мохаммаде (1834–1848) давление ослабло, и даже суфий получил пост премьер-министра. В конце XIX – начале XX века орден сохранился в двух ветвях: одна — аристократическая, с центром в Тегеране (во главе с Сафи Али Шахом), другая — в сельской Гонабаде (с лидером Нур Али Шахом). Обе линии дожили до эпохи Пехлеви, свидетельствуя о стойкости суфийской традиции в условиях давления шиитской ортодоксии и государственной централизации. — Saïd Amir Arjomand, Kings and Dervishes. Sufi World Renunciation and the Symbolism of Kingship in the Persianate World, University of California Press, 2025. pp. 266-268 #sufism#safavids#qajars#суфизм#сафавиды#сефевиды#каджары