Мы уже знаем, что на текущую сессию интерпретатора изменение PYTHONPATH никак не повлияет. Но если вы запустите дочерний процесс, то он унаследует окружение текущего процесса, а значит и изменения в любых переменных будут на него влиять.
Вот небольшой пример:
Объявляем переменную
user@host:~$ export PYTHONPATH=/path1
Запускаем интерпретатор
user@host:~$ python3
Проверим что в sys.path
>>> import sys
>>> print(sys.path)
['', '/path1', '/usr/lib/...', ...]
Добавляем что-то в переменную
>>> import os
>>> os.emviron['PYTHONPATH'] = '/path1:/path2'
>>> print(sys.path)
['', '/path1', '/usr/lib/...', ...]
Изменений нет. Но давайте запустим дочерний процесс и посмотрим там
>>> os.system('python3')
# теперь мы находимся в другом процессе
>>> import sys
>>> print(sys.path)
['', '/path1', '/path2', '/usr/lib/...', ...]
Тоже самое будет и с subprocess, так как по умолчанию текущее окружение тоже наследуется.
>>> import subprocess
>>> subprocess.call(['python3', '-c', 'import sys;print(sys.path)'])
['', '/path1', '/path2', '/usr/lib/...', ...]
______________________
Лучшей практикой является передача энвайронмента явно через аргумент env!
import subprocess
subprocess.call(cmd, env={'PYTHONPATH': '...'})
Это поможет точно понимать какое окружение будет у запускаемого процесса и при этом не изменять окружение текущего процесса.
#basic
Various Artists — Turquie Aşik: Chants D'Amour Et De Sagesse D'Anatolie (Inedit, 1991)
#traditional#baglama#ashik#Turkey
Ашики — странствующие поэты-барды, сопровождающие свою песню, будь то традиционный эпический рассказ или более короткое оригинальное произведение, игрой на багламе или сазе. Традиция ашиков — в первую очередь турецкая и азербайджанская. Также она встречается в нетюркских культурах Южного Кавказа и Балканского полуострова. На этом альбоме представлены мужские и женские песни турецких ашиков о любви и мудроси в сопровождении саза.
🔗Spotify | AppleMusic
Ali Ekber Çiçek — Bektashi Music: Ashik Songs (Musiques & Musiciens Du Monde, 1982)
#traditional#baglama#ashik#sufi#Turkey
Бекташи — суфийский орден, распространённый в Турции, Албании, Северной Македонии и Боснии. Он назван в честь суфийского святого Хаджи Бекташи Вели (حاجی بکتاش والی) и близок к шиизму благодаря особому почитанию Али, зятя пророка Мухаммеда.
Жизнь Хаджи Бекташи обросла легендами, одна из которых гласит, что в облике голубя он прибыл в Румский султанат — тюркское государство в Анатолии, существовавшее с XI до XIV века на землях бывшей Византии. Там Бекташи и провёл большую часть своей жизни. Последователь другого суфийского святого X века, Ахмеда Ясави (احمد یسوی), он поселился в деревне Кыршехир, где проповедовал среди небольшой группы своих учеников.
Учение бекташи, как и многие другие суфийские традиции, во многом противоречило ортодоксальному исламу, поэтому многие последователи хранили его в тайне. Во время ритуала «сама» учитель, или баба, разливал ученикам вино. Затем один или несколько поэтов-музыкантов пели, а остальные участники — мужчины и женщины — танцевали серну. Так нарушался запрет на употребление алкоголя и исполнялась музыка, неодобряемая многими мусульманскими общинами.
Альбом Bektashi Music: Ashik Songs раскрывает традиции ордена, сохранившиеся в творчестве ашиков — странствующих поэтов-музыкантов, сродни европейским бардам. Искусство ашиков уходит корнями в музыкальные традиции древних тюркских племён Центральной Азии, переселившихся в Анатолию в XI веке. С XIII века часть ашиков приняла традиции бекташи и сохранила их в своём творчестве.
Песни ашиков-бекташи, называемые нефес («дыхание вдохновения»), представляют собой распевную импровизированную поэзию, сопровождаемую игрой на сазе. Мелодии здесь просты, ведь главная задача музыки — поддерживать слово. Для бекташи сила слов всегда выше музыки.
В традиции ашиков-бекташи путешествие само по себе — проповедь. Поэтому нефес обращаются к темам бренного и вечного, любви к Богу, покорности божественному порядку, почитанию семьи Пророка и отказу от притворства и тщеславия.
🔗Spotify | AppleMusic | Telegram