Најди сличен содржај

В Сочи 7—8 сентября состоялся XIII Профсоюзный форум БРИКС. Форум предварял X встречу министров труда и занятости стран БРИКС, которая проходит в Сочи сегодня, 9 сентября. Участниками форума стали представители ведущих профсоюзных объединений, а также национальные делегации, возглавляемые министрами труда, стран БРИКС, а также стран, выразивших намерение присоединиться к группе в ближайшем будущем. Об этом сообщает сайт Конфедерации труда России — общероссийского профсоюзного объединения, делегация которого также участвует в работе форума. Президент Конфедерации труда России Борис Кравченко, касаясь важнейших задач участников Профсоюзного форума, отметил, что драматические изменения глобальной экономики оказывают непосредственное влияние на национальную трудовую сферу и требуют системной работы национальных объединений профсоюзов при защите трудовых интересов. По мнению профсоюзного лидера, эти изменения диктуют необходимость координации усилий в рамках глобальных объединений профессиональных союзов, и эта деятельность, как он подчеркнул, не должна встречать административных препонов со стороны государственных органов. “Работники базовых, производящих секторов экономики, работники морского и воздушного транспорта, работники общественного сектора должны, на наш взгляд, беспрепятственно осуществлять через свои национальные профсоюзные структуры эту координацию в рамках глобальных профсоюзных объединений, — заявил Борис Кравченко. — Эта практика характерна для подавляющего большинства стран расширяющегося БРИКС, она должна стать всеобщей на пространстве этого объединения”. Сообщается, что Профсоюзный форум БРИКС принял декларацию, в которой подчеркивается важность совместных усилий объединений трудящихся стран БРИКС для обеспечения максимальной реализации и защиты основополагающих прав работников как основу для справедливого развития общества. #ILO

Кратко о положении права на забастовку в системе норм Международной организации труда (2/2) Отметим, кроме того, что Комитет экспертов по применению конвенций и рекомендаций, также имеющий обширную практику рассмотрения случаев нарушения права на забастовку преимущественно в контексте соблюдения норм Конвенции № 87, в некоторых случаях рассматривал право на забастовку в контексте применения Конвенции № 105 об упразднении принудительного труда. Эта конвенция, — хотя и не содержит упоминания “права на забастовку”, — указывает, что ратифицировавшие ее государства “обязуются упразднить принудительный или обязательный труд и не прибегать к какой-либо его форме”, в том числе “в качестве средства наказания за участие в забастовках”. В контексте применения Конвенции № 105 в докладе 1974 года Комитетом экспертов рассматривалось турецкое законодательство, которое, среди прочего, вводило существенные ограничения и запреты на проведение забастовок и предусматривало в числе наказаний за нарушение предписанных ограничений и запретов тюремное заключение, включающее выполнение обязательных работ. Многолетняя практика Комитета по свободе объединения и Комитета экспертов по применению конвенций и рекомендаций позволила Комитету экспертов в 1994 году в общем обзоре “Свобода объединения и коллективные переговоры”, в котором праву на забастовку была посвящена отдельная глава, прийти к следующему выводу: “В отсутствие четкого положения о праве на забастовку в основных текстах надзорным органам МОТ пришлось определять точную сферу действия и значение конвенций по этому вопросу. Этими органами, прежде всего, являются Комитет по свободе объединения в рамках специальной процедуры, созданной для рассмотрения жалоб о нарушениях свободы объединения, и настоящий Комитет в соответствии со статьями 19 и 22 Устава”. В том же докладе после краткого описания практики рассмотрения права на забастовку начиная с 1950-х годов надзорными органами МОТ, — Комитетом по свободе объединения и Комитетом экспертов, — Комитет экспертов указал: “В свете вышеизложенного Комитет подтверждает свою основную позицию, согласно которой право на забастовку является неотъемлемым следствием права на организацию, защищаемого Конвенцией № 87”. #ILO

Кратко о положении права на забастовку в системе норм Международной организации труда (1/2) Вопрос важный и в полной мере сохраняющий актуальность, в том числе в контексте передачи Административным советом Международного бюро труда спора о праве на забастовку в Международный суд ООН. Поэтому вновь хотел бы обратить на него внимание. Изучение достаточно длительной практики применения права на забастовку надзорными органами МОТ подводит к ясному выводу о том, что право на забастовку является неотъемлемым элементом правовой системы Международной организации труда, будучи производным от права на свободу объединения, которое регулируется в основном Конвенциями № 87 и 98. Рассматривая конкретные аспекты реализации права на забастовку, надзорные органы выводят защиту этого права, прежде всего, из норм Конвенции № 87. В своих подходах к праву на забастовку надзорные органы МОТ опираются на устоявшуюся практику толкования и применения норм о свободе объединения, которая к настоящему времени имеет почти 70-летнюю историю, если вести ее отсчет от первых решений Комитета по свободе объединения начала 1950-х годов, когда были заложены основы систематического рассмотрения вопросов реализации свободы объединения структурами Международной организации труда. Например, Комитет по свободе объединения в разные годы принял значительное количество решений, в которых обозначил свое отношение к праву на забастовку в контексте применения Конвенции № 87. Комитет непосредственно выводил из норм Конвенции № 87 как право на забастовку как таковое, что было закреплено в ряде его решений, так и различные аспекты этого права, в частности — объявление забастовок федерациями и конфедерациями профсоюзов и наделение профсоюзных организаций исключительным правом объявлять забастовки. Рассматривая в 1998 году дело по жалобе Конфедерации свободных профсоюзов Кот-д’Ивуара на действия правительства, — обвинения включали в себя, среди прочего, массовые увольнения за участие в забастовках, — комитет указал на “важность уважения права на забастовку, которое естественным образом вытекает из права на организацию, которое защищено положениями Конвенции № 87”. Примечательно, что в связи с делами о нарушении профсоюзных прав в Греции в комитет в своих решениях 2007 и 2011 годов отметил, что “организации, занимающиеся защитой социально-экономических и профессиональных интересов трудящихся, должны иметь возможность использовать забастовочные действия для укрепления своей позиции при поиске решений проблем, возникающих как следствие основных тенденций социальной и экономической политики, непосредственно отражающихся на интересах членов этих организаций и всех трудящихся в целом, особенно в вопросах занятости, социальной защиты и уровня жизни”. При этом, такой аспект как увольнение работников в качестве санкции за участие в забастовке рассматривается Комитетом по свободе объединения как нарушение прав в контексте применения норм Конвенции № 98. #ILO

В Женеве 12 июня в рамках 112-й сессии Международной конференции труда были представлены результаты очередного мониторинга нарушений профсоюзных прав по всему миру, который ведет Международная конфедерация профсоюзов. Генеральный секретарь объединения Люк Триангль отмечает, что “общая картина свидетельствует о жесткой и непрекращающейся атаке на гражданские свободы, права и интересы трудящихся”. В десятку “худших стран для трудящихся” в этом году попали — Бангладеш, Беларусь, Эквадор, Египет, Эсватини, Гватемала, Мьянма, Филиппины, Тунис и Турция. В шести странах в прошлом году были убиты 22 профсоюзных активиста: в Бангладеш, Колумбии, Гватемале, Гондурасе, Филиппинах и Республике Корея. В целом, в рейтинге отмечается, что “худший регион для трудящихся” — Ближний Восток и Северная Африка, где права на коллективные переговоры, вступление в профсоюз и регистрацию профсоюза были нарушены во всех странах региона. Рейтинг указывает, что в подавляющем большинстве стран мира, — 87% (или 131 стране из рассматриваемых в рамках исследования), — за последний год происходили нарушения права на забастовку, в том числе аресты и давления в отношении профсоюзных лидеров и активистов. В частности, в мае 2023 года к двум годам тюрьмы были приговорены девять лидеров профсоюза работников отеля-казино “NagaWorld” в Пномпене (Камбоджа), среди них — председательница профсоюза Ситар Чхим, находившаяся под арестом до вынесения приговора с ноября 2022 года. Их обвинили в “подстрекательстве к совершению преступления” в связи с проведением забастовки в “NagaWorld” в апреле 2021 года. Забастовка была организована в ответ на увольнение компанией более 1 300 работниц и работников, из которых 1 100 были членами профсоюза. С серьезными ограничениями права на забастовку сталкиваются трудящиеся и профсоюзы во Франции. Сообщается, что после протестов против пенсионной реформы более 1 000 активистов Всеобщей конфедерации труда подверглись судебным преследованиям за участие в демонстрациях. Кроме того, лидер Национальной федерации горняков и энергетиков (в составе Всеобщей конфедерации труда) Себастьян Менесплье был вызван на допрос в полицию по обвинению в “совершении или попытке совершения преступления, связанного с созданием опасности для других лиц путем умышленного нарушения нормативных требований безопасности” в связи с коллективными действиями энергетиков, протестовавших против пенсионной реформы. В Великобритании консервативное правительство ввело в действие новый закон, ограничивающий право на забастовку для работников железнодорожного транспорта и некоторых общественных служб — так называемый Акт о минимальном уровне обслуживания (Minimum Service Level Act). В британском Конгрессе тред-юнионов указывают, что ограничения коснутся каждого пятого работника, и называют закон не иначе как “драконовским” (буквально: draconian). На фото: одна из акций против принятия закона (фотограф: Daniel Leal, AFP). Лозунг на плакате: “Право на забастовку — это право на надежду”. В Международной конфедерации профсоюзов подчеркивают, что “забастовка — это фундаментальное, международно признанное право трудящихся и важнейший инструмент трудящихся и их организаций, профсоюзов, для защиты своих интересов, и используется, в основном, в качестве последней меры, когда все иные средства диалога исчерпаны”. Вместе с тем, отмечают в Международной конфедерации профсоюзов, во многих странах, — и среди них Великобритания, — принимаются акты, вводящие чрезмерные ограничения права на забастовку и подрывающие нормы международных конвенций. #ILO

В минувшую пятницу, 7 июня, в рамках работы 112-й сессии Международной конференции труда, проходящей в Женеве, состоялась плановая встреча президента Конфедерации труда России (крупнейшего независимого российского профцентра) Бориса Кравченко с генеральным директором Международного бюро труда Жильбером Унгбо. Во время встречи были обсуждены вопросы, вошедшие в повестку дня всемирной конференции, среди них — всеобщий доступ к системам социальной защиты и достижение стандартов достойного труда, проблемы защиты прав работников, занятых в так называемой “экономике ухода”, влияние факторов биологической опасности на жизнь и здоровье работников, ситуация с соблюдением основополагающих норм и принципов в сфере труда. Отдельного внимания заслуживает доклад генерального директора Международного бюро труда “На пути к обновленному общественному договору”. В докладе нашла отражение профсоюзная повестка, включающая необходимые меры и действия для выхода из череды глобальных кризисов. Этот доклад также входит в повестку 112-й сессии конференции. Жильбер Унгбо и Борис Кравченко также обсудили различные аспекты взаимодействия по всем направлениям деятельности Международной организации труда, достинув общего понимания относительно необходимости возвращения к полноформатному сотрудничеству российских социальных партнеров с МОТ. #ILO

В понедельник, 3 июня, в Женеве начала свою работу 112-я сессия Международной конференции труда. В работе конференции принимают участие национальные делегации из 187 государств-членов Международной организации труда (МОТ), представляющих правительства, трудящихся и работодателей. В трехсторонней делегации от Российской Федерации принимают участие лидеры и специалисты Конфедерации труда России. Об этом сообщает в профсоюзном объединении. Один из ключевых вопросов повестки дня — обсуждение разработки стандартов по защите работников от биологических угроз. В рамках этой темы планируется разработка конвенции и рекомендации МОТ, призванного обеспечить защиту рабочих мест от биологических угроз. Дискуссия о достойном труде в экономике ухода также занимает центральное место в повестке. Экономика ухода включает услуги по уходу за больными, детьми, пожилыми и людьми с ограниченными возможностями, и особое внимание в связи с этим уделяется вопросам улучшения условий труда и обеспечения социальной защиты работников сектора. Кроме того, в ходе конференция состоится дискуссия о фундаментальных принципах и правах в сфере труда. Такие дискуссии происходит на Международной конференции труда регулярно раз в несколько лет и охватывают ключевые проблемы и изменения в сфере труда. В этом году в фокусе обсуждения вызовы трудовой сфере, связанные с негативными последствиями изменений климата и последствиями пандемии COVID-19, международной напряженностью, экономическими и политическими кризисами, трансформациями в сфере труда и ростом неформальной занятости. (Фото: Violaine Martin, ILO) #ILO

Иллюстрация ко вчерашней публикации: три ключа в воротах штаб-квартиры Международной организации труда как символ трехсторонней структуры МОТ, основанной на взаимодействии правительств, трудящихся и работодателей. Фото, по всей видимости, сделано в 1926 году. #ILO

Некоторые мысли в связи с трехсторонней структурой Международной организации труда (3/3) То есть сила профсоюзов в рамках Международной организации труда была связана с силой и влиянием профсоюзов на национальном и международном уровнях и способностью профсоюзов проводить коллективные действия на национальном и международном уровнях. Эта логика, — становившаяся предметов дискуссии внутри профсоюзного движения, — сыграла важнейшую роль в формировании подходов международных профсоюзных объединений к работе и механизмам МОТ. Благодаря этому профсоюзному движению на протяжении нескольких десятилетий удавалось закрепить достигнутые права и гарантии в национальных законодательствах и в международных актах в сфере труда. В рамках деятельности Группы трудящихся в Международной организации труда профсоюзному движению удалось добиться значительных успехов в разработке международных трудовых норм, которые к настоящему времени регулируют широкий спектр социальных, трудовых и профсоюзных прав. Одновременно профсоюзы создавали и развивали практики реализации прописанных прав и стремились расширять механизмы контроля за их исполнением — как на национальном уровне, так и в рамках МОТ. Частью процессов изменения глобальной расстановки сил, начиная с 1990-х годов, является существенное институциональное ослабление профсоюзного движения как на национальном, так и на глобальном уровнях на протяжении трех последних десятилетий. Это очевидно обуславливает сокращение влияния профсоюзов в Международной организации труда и создает возможность для действий, направленных на ослабление системы международных трудовых стандартов. Направление социального развития мира, в том числе развития системы международных трудовых стандартов, будет непосредственно связано с организованной активностью, — как в МОТ, так и за пределами МОТ на национальном и международном уровнях, — работодателей и трудящихся, а также, в конечном счете, с их ясно обозначенным стремлением и способностью прийти к совместному пониманию и соглашению о необходимости восстановлении глобального социального баланса. #ILO

Некоторые мысли в связи с трехсторонней структурой Международной организации труда (2/3) Готовность к диалогу и компромиссу, — при этом, как указывал один из руководителей Международной организации работодателей Ханс Кристиан Эрстед, “не ставя под угрозу экономики своих стран, делая необдуманные уступки требованиям рабочих”, — создавала на протяжении длительного периода в XX веке возможность поддерживать глобальный баланс и позволяла реализовать модель трехстороннего взаимодействия правительств, трудящихся и работодателей с тем, чтобы, — в теории, но не всегда на практике, — обеспечить равенство трудящихся и работодателей в рамках производственных отношений и переговорного процесса. Трехстороняя модель стала основой систем социального партнерства во многих странах мира и основой и ключевым элементом структуры и механизмов МОТ, в том числе ее надзорных механизмов. Традиционно подход международного профсоюзного движения к работе в Международной организации труда был ориентирован на содействие расширению функций и полномочий организации и ее органов. Этот подход был сформулирован профсоюзами около ста лет назад. Одним из ведущих “разработчиков” этого подхода был Эдо Фиммен, голландский профсоюзник, стремившийся развивать интернациональные связи и интернациональное видение профсоюзов, — это одна из наиболее ярких и влиятельных фигур в международном профсоюзном движении в межвоенный период. В брошюре 1922 года он писал: “Национальные профсоюзные федерации, составляющие Международную федерацию профсоюзов, потребовали создания Международного бюро труда с максимально широкими полномочиями для работы над вопросами международного социального законодательства. Такое учреждение создано не было”. Вместе с тем, Фиммен отмечал, что это “не является причиной, по которой нынешнее Бюро труда не должно быть поддержано”. “Напротив, — писал Эдо Фиммен, — Бюро труда cможет вести эффективную работу, ограждать свои полномочия от посягательств и расширить свое влияние в будущем, только если трудящиеся в странах, входящих в Лигу наций, будут использовать свою силу как на национальном, так и на международном уровнях с помощью и посредством своих профсоюзных и политических организаций”. Эдо Фиммен, таким образом, напрямую связывал эффективность международного института с тем, насколько в его деятельности заинтересовано организованное рабочее движение и насколько оно готово использовать его в качестве инструмента своей борьбы. Но также он обращал внимание на способность организованного рабочего движения вести активную деятельность также и вне структур МОТ. #ILO

Некоторые мысли в связи с трехсторонней структурой Международной организации труда (1/3) Хотя в рамках МОТ разрабатываются в том числе международные трудовые стандарты, призванные защищать права как работников, так и работодателей, — например, в части свободы объединения, — основной задачей МОТ с момента ее основания является разработка норм, защищающих, прежде всего, права трудящихся и их организаций — профсоюзов. Это следует как из самих принципов, заложенных в Уставе МОТ, а именно — в преамбуле и в менявшихся элементах Устава — Хартии труда, а затем в Филадельфийской декларации, так и из духа и логики разрабатывавшихся организацией конвенций и рекомендаций. На это указывается, в частности, в консультативном заключении Постоянной палаты международного правосудия 1926 года о компетенции МОТ в части регулирования, эпизодически, личного труда работодателей. В связи с нормами принятой в 1925 году Конвенции № 20 о ночной работе в хлебопекарнях сторона работодателей обратилась к Административному совету Международного бюро труда с просьбой запросить мнение Постоянной палаты международного правосудия, относится ли регулирование личного труда работодателей к компетенции МОТ. В своем заключении Постоянная палата международного правосудия указала, что “как следует из рассмотрения положений [Версальского] договора, Высокие Договаривающиеся Стороны явно намеревались предоставить Международной организации труда очень широкие полномочия по сотрудничеству с ними в отношении мер, которые должны быть приняты для обеспечения гуманных условий труда и защиты трудящихся”. В “резолютивной” части заключения палата выразила мнение, что “к компетенции Международной организации труда относятся разработка и предложение трудового законодательства, которое, с целью защиты определенных категорий работников, также регулирует, эпизодически, ту же работу, выполняемую самим работодателем”. Также стоит обратиться к позиции генерального директора Международного бюро труда Альбер Тома, изложенной им в 1931 году в предисловии к книге, посвященной первым десяти годам деятельности МОТ. Он, среди прочего, отмечал: “Год за годом во второй части доклада директора на конференции мы стремились показать, как во всех сферах, — рабочее время, заработная плата, гигиена, безопасность, занятость, безработица и так далее, — в интересах всех рабочих или какой-либо большой профессиональной группы, работа Бюро поддерживалась и развивалась требованиями рабочих, течениями общественного мнения и научными исследованиями”. Основная логика такого подхода связана с тем, что трудящиеся и их организации, профсоюзы, являются традиционно наиболее институционально слабой стороной в производственных отношениях. В связи с этим, трудящимся и их организациям необходима поддержка на законодательном и политическом уровне. С этим пониманием неравенства сторон в производственных отношениях связан, в частности, сформулированный надзорными органами МОТ и не раз упоминавшийся ими подход к праву на забастовку, как к “важнейшему средству трудящихся и их организаций для защиты своих интересов”. В период формирования МОТ и на протяжении многих десятилетий деятельности организации понимание неравенства в производственных отношениях публично разделялось, помимо профсоюзов, также правительствами и работодателями. Ясное осознание, с одной стороны, хрупкости всеобщего мира в первые годы после завершения Первой мировой войны, а с другой стороны, связи социальных вопросов с вопросами мирного развития человечества, — на фоне возникновения и расширения радикальных революционных проектов и движений в разных точках мира, — создали основу для глобального взаимодействия организаций трудящихся и работодателей для разработки международных стандартов в сфере труда и, собственно, создали основу для возникновения МОТ. #ILO

Кратко о положении права на забастовку в системе норм Международной организации труда (2/2) В контексте применения Конвенции № 105 в докладе 1974 года Комитетом экспертов рассматривалось турецкое законодательство, которое, среди прочего, вводило существенные ограничения и запреты на проведение забастовок и предусматривало в числе наказаний за нарушение предписанных ограничений и запретов тюремное заключение, включающее выполнение обязательных работ. Многолетняя практика Комитета по свободе объединения и Комитета экспертов по применению конвенций и рекомендаций позволила Комитету экспертов в 1994 году в общем обзоре “Свобода объединения и коллективные переговоры”, в котором праву на забастовку была посвящена отдельная глава, прийти к следующему выводу: “В отсутствие четкого положения о праве на забастовку в основных текстах надзорным органам МОТ пришлось определять точную сферу действия и значение конвенций по этому вопросу. Этими органами, прежде всего, являются Комитет по свободе объединения в рамках специальной процедуры, созданной для рассмотрения жалоб о нарушениях свободы объединения, и настоящий Комитет в соответствии со статьями 19 и 22 Устава”. В том же докладе после краткого описания практики рассмотрения права на забастовку начиная с 1950-х годов надзорными органами МОТ, — Комитетом по свободе объединения и Комитетом экспертов, — Комитет экспертов указал: “В свете вышеизложенного Комитет подтверждает свою основную позицию, согласно которой право на забастовку является неотъемлемым следствием права на организацию, защищаемого Конвенцией № 87”. #ILO

Кратко о положении права на забастовку в системе норм Международной организации труда (1/2) Изучение достаточно длительной практики применения права на забастовку надзорными органами МОТ подводит к ясному выводу о том, что право на забастовку является неотъемлемым элементом правовой системы Международной организации труда, будучи производным от права на свободу объединения, которое регулируется в основном Конвенциями № 87 и 98. Рассматривая конкретные аспекты реализации права на забастовку, надзорные органы выводят защиту этого права, прежде всего, из норм Конвенции № 87. В своих подходах к праву на забастовку надзорные органы МОТ опираются на устоявшуюся практику толкования и применения норм о свободе объединения, которая к настоящему времени имеет почти 70-летнюю историю, если вести ее отсчет от первых решений Комитета по свободе объединения начала 1950-х годов, когда были заложены основы систематического рассмотрения вопросов реализации свободы объединения структурами Международной организации труда. Например, Комитет по свободе объединения в разные годы принял значительное количество решений, в которых обозначил свое отношение к праву на забастовку в контексте применения Конвенции № 87. Комитет непосредственно выводил из норм Конвенции № 87 как право на забастовку как таковое, что было закреплено в ряде его решений, так и различные аспекты этого права, в частности — объявление забастовок федерациями и конфедерациями профсоюзов и наделение профсоюзных организаций исключительным правом объявлять забастовки. Рассматривая в 1998 году дело по жалобе Конфедерации свободных профсоюзов Кот-д’Ивуара на действия правительства, — обвинения включали в себя, среди прочего, массовые увольнения за участие в забастовках, — комитет указал на “важность уважения права на забастовку, которое естественным образом вытекает из права на организацию, которое защищено положениями Конвенции № 87”. Примечательно, что в связи с делами о нарушении профсоюзных прав в Греции в комитет в своих решениях 2007 и 2011 годов отметил, что “организации, занимающиеся защитой социально-экономических и профессиональных интересов трудящихся, должны иметь возможность использовать забастовочные действия для укрепления своей позиции при поиске решений проблем, возникающих как следствие основных тенденций социальной и экономической политики, непосредственно отражающихся на интересах членов этих организаций и всех трудящихся в целом, особенно в вопросах занятости, социальной защиты и уровня жизни”. При этом, такой аспект как увольнение работников в качестве санкции за участие в забастовке рассматривается Комитетом по свободе объединения как нарушение прав в контексте применения норм Конвенции № 98. Отметим, кроме того, что Комитет экспертов по применению конвенций и рекомендаций, также имеющий обширную практику рассмотрения случаев нарушения права на забастовку преимущественно в контексте соблюдения норм Конвенции № 87, в некоторых случаях рассматривал право на забастовку в контексте применения Конвенции № 105 об упразднении принудительного труда. Эта конвенция, — хотя и не содержит упоминания “права на забастовку”, — указывает, что ратифицировавшие ее государства “обязуются упразднить принудительный или обязательный труд и не прибегать к какой-либо его форме”, в том числе “в качестве средства наказания за участие в забастовках”. #ILO