Недавно делал быстрый прототип асинхронного приложения в котором требовалось вызывать много синхронного кода. Да, я знаю, что это не лучший дизайн, но нужно было быстрое решение на один процесс и без очередей. Поэтому я выполнял код в потоках.
Выглядело это примерно так:
from fastapi.concurrency import run_in_threadpool
async def execute(data: DataRequest) -> DataResponse:
try:
result = await run_in_threadpool(sync_function, data)
return DataResponse(data=result)
except Exception as e:
return DataResponse(
error=str(e),
success=False,
)
В общем работает нормально. Для всех вызовов под капотом используется общий тредпул, всё работает предсказуемо.
Но потребовалось изменить количество запускаемых в пуле потоков (по умолчанию создается 40 воркеров).
Так как дело происходит с FastAPI, делается это через lifespan используя настройки anyio:
import anyio
@asynccontextmanager
async def lifespan(app: FastAPI):
limiter = anyio.to_thread.current_default_thread_limiter()
limiter.total_tokens = 100
yield
# если вдруг нужно вернуть обратно
limiter.total_tokens = 40
Зачем менять количество воркеров?
- уменьшить, если оперативки мало (один тред занимает ~8мб)
- увеличить чтобы выдержать нагрузку
Если есть предложения получше при тех же вводных - предлагайте😉
#async
CO₂ против тяжёлой нефти
Лабораторные тесты на месторождении Восточный Молдабек показали: закачка CO₂ повышает коэффициент вытеснения тяжёлой нефти более чем на 5 п.п. по сравнению с заводнением.
Газ растворяется в нефти, снижает вязкость и межфазное натяжение, вызывает её разбухание — нефть легче проходит пористую среду. Азот почти не растворяется и действует «поршнем»: прибавка скромнее (≈2,5–3,6%), зато он доступен и не вызывает коррозию. Пропан, благодаря высокой растворимости, дал прирост до 3,6%, метан — меньше.
Значительная часть добычи в РФ приходится на зрелые фонды с трудноизвлекаемыми запасами Поволжья, Тимано-Печоры и Западной Сибири, где вязкость и низкая проницаемость ограничивают нефтеотдачу.
Норматив утилизации попутного газа не ниже 95% открывает окно для газовых методов (метан/азот) без сложной логистики, а CO₂-EOR можно связать с улавливанием на НПЗ и ТЭЦ, совмещая прирост добычи с хранением углекислого газа. Даже +2–5 п.п. на крупных залежах — это существенный прирост извлекаемых запасов и продление жизни инфраструктуры.
Газовые EOR — практичный мост к повышению нефтеотдачи и кластерам CCS. Приоритет — пилоты с точным скринингом пластов, расчётом углеродного баланса и экономикой трубопроводов/поставок CO₂.
#нефтедобыча#ccus#россия
БИОЭНЕРГО
Перейти на сайт
Деконструкция зеленой повестки: Трамп отменяет гранты для CCS
В конце мая министерство энергетики США сообщило об отзыве грантов для ряда декарбонизационных проектов, включая установки по улавливанию и хранению углерода (carbon capture and storage, CCS). Среди них – CCS-проекты по улавливанию, хранению и использованию углерода на электростанциях, химических производствах и цементных заводах. Среди крупных получателей грантов – Calpine ($540 млн), ExxonMobil, Heidelberg Materials и другие американские компании.
Минэнерго США уже похвалило себя за отмену грантов, заявив, что это позволит сэкономить $3,6 млрд для американских налогоплательщиков. Эффект может быть меньше – если получатели грантов (по примеру кейсов US AID, EPA и др.) подадут на Министерство в суд с требованием сохранить финансирование. Отзыв грантов может оказать существенное влияние на текущую ситуацию в индустрии (несмотря на сравнительно небольшие масштабы отзываемых грантов) и заставить участников рынка переоценить перспективы использования CCS в США. Сейчас в Америке реализуется свыше 300 проектов (включая 29 действующих проектов и свыше 140 на стадии активной реализации), объем рынка таких проектов составил $1,68 млрд в 2023 г. Бум в секторе создали налоговые льготы (в рамках механизма налоговых кредитов «45Q») и поддержка со стороны Агентства по защите окружающей среды (EPA) и на региональном уровне. Отзыв грантов может повысить опасения пересмотра действующих механизмов поддержки и поставить многие проекты «на паузу».
CCS иногда рассматривается как мост между традиционной и «зеленой» энергетикой, т.к. позволяет «декарбонизировать» используемое ископаемое топливо. Именно из-за этого многие заявленные к реализации CCS-проекты находятся на Юге и Среднем Западе США, вблизи крупных нефтегазовых месторождений (CO2 часто используется для закачки в пласт для повышения нефтеотдачи действующих месторождений). Но, возможно, сейчас Администрация США готова сделать решительный шаг в будущее без "зеленой повестки".
#Трамп#CCS#CCUS
Не могу не написать о первом «Низкоуглеродном диалоге» #Сколтех по декарбонизации ТЭК и энергоёмкой промышленности, который мы недавно провели. Наш Центр по энергопереходу и #ESG представил исследование по технологиям улавливания, хранения и использования углерода (#CCUS). Основные моменты:
✔️ Отрасль CCUS в России находится только в начальной стадии своего формирования, однако текущая климатическая повестка, очевидно, стимулирует российских экспортёров рассматривать и этот метод декарбонизации, позволяющий создавать новые возможности по «озеленению» своей продукции.
✔️ Для того, чтобы эти возможности были реализованы, на горизонте 5-10 лет необходим переход от концепций и лабораторных проектов к реальным коммерческим «пилотам» с привлечением международного опыта. Сам факт начала в РФ широкомасштабной государственной дискуссии о декарбонизации ТЭК уже очень важен, но надо понимать, что Европа, США пока находятся значительно впереди в области реализации проектов CCUS.
✔️ Рамочные законодательные нормы РФ уже начали обретать черты, но их необходимо развивать и наполнять конкретикой в подзаконных актах, в частности - в отношении CCUS. Со стороны бизнеса мы видим заявления о наличие планов по использованию CCUS у ПАО «НОВАТЭК», Газпрома, «Газпром нефти», НМЛК, ПАО «НК «Роснефть» и ПАО «Татнефть».
✔️ Россия обладает высоким потенциалом по применению технологий CCUS благодаря большому потенциалу по хранению СО2 (включая его использование для повышения нефтеотдачи), а также благодаря наличию значительного количества крупных источников антропогенных выбросов СО2.
✔️ Тем не менее, существуют и барьеры по развитию данной технологии, в частности:
❌ регуляторные: отсутствие регулирования в области CCUS, отсутствие рынка углерода, отсутствие государственно поддержки;
❌ технологические: многие технологии находятся на ранней стадии развития не только в России, но и в мире;
❌ экономические: высокая капиталоёмкость проектов и низкая рентабельность (фактически, CCUS-проекты – это своего рода инфраструктурные проекты, которые очень привязаны к точкам эмиссии и хранения СО2, что делает их менее рентабельными чем, например, добыча и разведка).
✔️ Для успешного развития проектов CCUS в России видятся необходимыми следующие шаги:
❗️ Создание реестра истощённых месторождений, подходящих для хранения СО2.
❗️ Поиск и характеризация минерализованных водоносных пластов, в особенности рядом с источниками эмиссии, оценка возможных объёмов хранения СО2.
❗️ Создание реестра крупных эмитентов, подходящих для использования технологии улавливания СО2, и формирование кластеров из эмитентов по географическому принципу (наиболее привлекательным регионом для
проектов по улавливанию СО2 видится Волго-Уральский регион, также перспективным может быть Центральный регион, в частности - московская агломерация и юг СФО: Томск,Кемерово, Новокузнецк, Новосибирск, Барнаул, Бийск).
❗️ Создание механизмов стимулирования развития проектов CCUS.
❗️ Создание пилотных проектов CCUS в различных отраслях самостоятельно и в партнёрстве с зарубежными компаниями.
Интересно было услышать коллег из российских компаний, уже сейчас работающих над технологиями CCUS. В частности, Наталья Лесина из ООО «Лукойл-Инжиниринг» отметила, что стратегическая цель ПАО "ЛУКОЙЛ" - сократить выбросы на 20% к 2030 году, и к ней компания движется по трём направлениям:
1 улавливание (рассматриваются крупные источники выбросов – это Пермнефтеоргсинтез, Волгоградский НПЗ; ведётся поиск наиболее рентабельных технологий по улавливанию дымовых газов),
CO₂ в ресурс
«Татнефть» разрабатывает технологии, при которых углекислый газ нефтедобычи перестает быть отходом и становится инструментом повышения нефтеотдачи, сырьем для химии и объектом геологического хранения.
На Биклянском месторождении уже испытана закачка CO₂ в высокообводненные скважины - коэффициент извлечения нефти вырос на 15%. Для сверхвязкой нефти эффект еще заметнее: жидкий CO₂ растворяется в ней мгновенно и кратно снижает вязкость, ожидаемый прирост нефтеотдачи - до 10%. Часть CO₂ планируется закачивать в водоносные пласты на постоянное хранение.
Отдельное направление - биоконверсия. Выявленные штаммы микроорганизмов живут при высоких концентрациях CO₂ и перерабатывают его в метан и уксусную кислоту. Это уже не просто утилизация выбросов, а производство нового сырья из отхода.
Для российской нефтянки, где давление по ESG-повестке пока ниже, чем у западных мейджоров, «Татнефть» показывает прагматичную модель - декарбонизация через экономическую выгоду, а не регуляторное принуждение.
Если технологии выйдут на промышленный масштаб, компания получит одновременно прирост добычи и углеродные единицы.
#татнефть#ccus#циркулярнаяэкономика
БИОЭНЕРГО
Перейти на сайт
БИОЭНЕРГО в MAX
🚢BIMCO запускает первую проформу чартера для перевозки CO₂, формируя новый сегмент рынка.
Международная ассоциация судоходства BIMCO представила стандартный тайм-чартер CO2TIME 2026 — первый контракт, разработанный специально для перевозки сжиженного углекислого газа (LCO₂).
Документ ориентирован на быстро развивающийся сегмент CCUS(carbon capture, utilisation and storage), где морская логистика становится ключевым элементом цепочки.
С операционной точки зрения, CO2TIME 2026 адаптирует классические принципы газовых чартеров под специфику CO₂-перевозок, включая распределение ответственности, управление рисками и особенности эксплуатации. Это позволяет снизить неопределённость для судовладельцев, фрахтователей и инвесторов, создавая унифицированную правовую базу для нового рынка.
Ключевым фактором внедрения является рост инфраструктуры CCUS, особенно в Европе и Азии, где формируются цепочки транспортировки от точек улавливания к хранилищам. Морской транспорт в этом контексте выступает связующим звеном, обеспечивая масштабируемость и гибкость логистики.
В отраслевом контексте появление стандартизированного контракта сигнализирует о переходе рынка CO₂-перевозок от концептуальной стадии к практической реализации, что также снижает барьеры входа для новых участников и ускоряет развитие специализированного флота.
📌BIMCO — основана в 1905 году, крупнейшая международная ассоциация судоходства, объединяет судовладельцев, операторов и брокеров, некоммерческая организация.
#shipping#CO2#CCUS#charter#maritime