TGTGInsighttelegram intelligenceLIVE / telegram public index
← Python Заметки

TGINSIGHT SIMILAR POSTS

Најди сличен содржај

Изворен канал @pythonotes · Post #60 · 31 мар.

Вторая по частоте future-функция, которую я использовал, это абсолютный импорт from __future__ import absolute_import Что она делает? Изменения, которые вносит эта инъекция описаны в PEP328 Покажу простой пример. Допустим, есть такой пакет: /my_package /__init__.py /main.py /string.py Смотрим код в my_package/main.py # main.py import string Простой пример готов) Вопрос в том, какой модуль импортируется в данном случае? Есть два варианта: 1. модуль в моём пакете my_package.string 2. стандартный модуль string И вот тут вступает в дело приоритет импортов. В Python2 порядок следующий: помимо иных источников, раньше ищется модуль внутри текущего пакета, а потом в стандартных библиотеках. Таким образом мы импортнём my_package.string. Но в Python3 это поведение изменилось. Если мы указываем просто имя пакета, то ищется именно такой модуль, игнорируя имена в текущем пакете. Если мы хотим импортнуть именно подмодуль из нашего пакета то, мы должны теперь явно это указывать. from my_package import string или относительный импорт, но с указанием пути относительно текущего модуля main from . import string Еще одной неоднозначностью меньше 😎 Подробней про импорты здесь: https://docs.python.org/3/tutorial/modules.html #2to3#pep#basic

Резултати

Пронајдени 1 слични објави

Пребарај: #clientaccounts

当前筛选 #clientaccounts清除筛选
English Law Report

@enlawreport · Post #1943 · 26.02.2026 г., 16:16

The Law Society vs Ministry of Justice: борьба за проценты по клиентским счетам В Англии и Уэльсе разгорается принципиальный спор, который на первый взгляд кажется техническим. Речь о процентах по клиентским счетам юристов. Но на деле это вопрос о том, кому принадлежит клиентские деньги и кто будет финансировать систему правосудия. Министерство юстиции предлагает внедрить схему ILCA, Interest on Lawyers’ Client Accounts. Суть проста: 75 процентов процентов по «пуловым» клиентским счетам и 50 процентов по индивидуальным счетам будут изыматься государством. Деньги не планируется целевым образом направлять на доступ к правосудию. Они пойдут в общий бюджет ведомства для «укрепления системы». Формально это подается как инструмент поддержки justice system. По факту профессиональное сообщество видит в этом квазиналог на клиентские средства. The Law Society выступило резко против. В официальном ответе на консультацию позиция предельно жесткая: схема не имеет убедительной финансовой модели, не демонстрирует устойчивого эффекта и создает серьезные правовые и практические проблемы. Ключевой аргумент: проценты по клиентским счетам это деньги клиента. Сейчас они либо перечисляются клиенту, либо по согласованию используются для покрытия банковских и административных расходов. Если государство забирает львиную долю этих процентов, издержки никуда не исчезают. Их просто переложат на клиента через рост гонораров. Особенно уязвимы legal aid провайдеры. Многие из них уже работают на грани рентабельности. Дополнительная нагрузка может привести к закрытию фирм и расширению так называемых legal aid deserts, территорий без реального доступа к юридической помощи. Есть и системный конфликт. Правила SRA требуют выплачивать клиенту «справедливую сумму процентов». Появление параллельного режима контроля со стороны MoJ фактически дублирует существующую регуляторную архитектуру: SRA, FCA, Legal Ombudsman, Legal Services Board, Legal Aid Agency. Плюс риск вмешательства в конфиденциальность, если для контроля потребуется анализ клиентских счетов. Отдельная проблема в том, что схема не зеркалит зарубежные модели IOLTA в США, Канаде или Австралии. Там средства, как правило, направляются именно на проекты доступа к правосудию. В британской версии деньги растворяются в общем бюджете. Реакция членов сообщества показательная: по данным опроса, 95 процентов респондентов выступили резко против. Практически все отметили, что в случае внедрения схемы им придется принимать решения, негативно влияющие либо на доступ к правосудию, либо на инвестиции в развитие фирмы. На макроуровне контекст тоже важен. Юридический сектор вносит около 38 млрд фунтов в экономику и порядка 15 млрд фунтов налогов. HMCTS только за один финансовый год собирает свыше 830 млн фунтов судебных сборов, значительная часть которых уплачивается через солиситоров и их клиентов. При этом маржинальность многих фирм остается минимальной. По данным Financial Benchmarking Survey 2025, прибыль на equity partner в 2024 году фактически составила около 1,2 процента, если исключить проценты по клиентским счетам. Если смотреть стратегически, это не просто вопрос бухгалтерии. Это вопрос границы между публичным интересом и частными средствами клиента. Налог ли это, сбор, изъятие или особая форма обязательного перераспределения? Четкого ответа в консультации нет. Срок подачи откликов продлен до 9 марта 2026 года. The Law Society призывает фирмы направлять собственные ответы и поднимать вопрос на уровне депутатов. Для нас, как наблюдателей за английским правом, это кейс о том, как фискальные интересы государства сталкиваются с фундаментальными принципами доверительного управления клиентскими средствами и с экономикой профессии. И как тонкая деталь regulatory design может повлиять на доступ к правосудию сильнее, чем громкие реформы процессуального права. #EnglishLaw#AccessToJustice#LegalProfession#ClientAccounts#Regulation