Темур Умаров

Касым-Жомарт Токаев, вполне возможно, не кривит душой, когда говорит, что хотел бы трансформировать политическую систему Казахстана. Однако дальше обстоятельства и внутри страны, и вокруг нее могут складываться так, что демократизацию каждый раз придется откладывать, а вместо этого укреплять президентские позиции. https://carnegieendowment.org/politika/87878

В соответствии с распоряжением Министерства юстиции Российской Федерации от 8 апреля 2022 года Московский центр Карнеги, представлявший в России Фонд Карнеги за международный мир (США), прекратил свою работу. Тем не менее Фонд Карнеги за международный мир продолжает публиковать аналитику о России, Украине и соседних странах, в том числе и на русском языке. Мы собрали эти материалы на новом сайте Carnegie Politika, а в этом канале будем регулярно рассказывать об обновлениях на сайте.

Председатель Китая Си Цзиньпин совершит первый зарубежный визит после огромного перерыва в 2 года 7 месяцев и 26 дней (последний раз Си ездил в январе 2020-го в Мьянму). Первой страной, которую председатель посетит объявлен Казахстан 14 сентября. После, Си должен посетить саммит глав государств ШОС в Самарканде. В последний раз председатель КНР был с визитом в Центральной Азии в июне 2019 года: в Таджикистане на Совещании по взаимодействию и мерам доверия в Азии и в Кыргызстане (тоже) на саммите ШОС. С последнего визита в Казахстан прошло пять лет, в Узбекистан — шесть. И тогда тоже оба визита были привязаны к международным саммитам. Эксклюзивно (без привязки к многосторонним событиям) Си посещал регион в далёких 2013-2015 годах. Тогда визиты стали поворотным моментом в отношениях стран Центральной Азии и Китая — был объявлен запуск инициативы "Пояс и Путь". Станет ли поворотным моментом нынешний визит? Возможно. Контекст нынешнего визита интересный: бурлящие процессы внутри каждой из стран региона (протесты, транзиты, реформы и т.д.), меняющаяся роль России здесь после начала войны в Украине. Китай ещё после январских событий в Казахстане понял, что нужно больше внимания уделять соседней Центральной Азии. А Центральная Азия смотрит на Китай с большим интересом после того, как Россия стала изолированным и токсичным партнёром. Ещё в Самарканде, по идее, состоится первая встреча Си Цзиньпина с Владимиром Путиным после начала войны в Украине. Путин захочет добиться поддержки от своего коллеги. Конечно, он не будет, как в своё время с Токаевым, просить Си признать Д/ЛНР. Максимум на что можно рассчитывать — это услышать повторение тезисов о том, что КНР "с пониманием относится" к российским интересам в вопросах безопасности в Европе и выступает против дальнейшего расширения НАТО.

Независимый Узбекистан сегодня на два года старше среднестатистического узбекистанца/узбекистанки (31 vs 29) Для многих из нас День независимости большую часть осознанной жизни был праздником, который ассоциируется разве что с концом летних каникул и началом учебного года. Руководство страны пыталось придать важность этому празднику, за день до него скорбя по репрессированным и расстрелянным джадидам и другим представителям узбекской интеллигенции, развешивая по всем городам страны флаги и светящиеся сине-бело-зелёные гирлянды, транслируя видео танцующего президента на пышном концерте в Ташкенте. Но все это казалось неубедительным и искусственным из-за контраста между наративами, исходящими из телевизора и из уст старших родственников. И действительно, откуда историям про борьбу за независимость взяться у советских людей, не заставших даже Сталина. Дома маленьким узбекистанцам рассказывали про референдум, на котором все проголосовали за сохранение Союза. Родители, дяди, тёти и бабушки с дедушками своими рассказами о прошлой жизни, в которой "все дружно жили" и "за 50 рублей ездили отдыхать на море", бессознательно обнуляли все старания руководства страны придать важность независимости. Но одновременно эти воспоминания казались не более чем ностальгически милыми рассказами, благодаря которым черно-белые фотографии тех времён обретали цвет. Нежившим в СССР обратно в СССР не хотелось (и особенно не хочется сейчас), а Узбекистан они скорее хотят видеть развивающимся по турецкой модели, чем советской. И потом, как бы любимые дедушки и бабушки ни хотели, они прекрасно понимали, что Союз остался в прошлом и его не вернуть. Однако в этом году один ровесник этих самых любимых дедушек и бабушек попытался все-таки СССР вернуть. На фоне войны в Украине День независимости в Узбекистане чувствуется совершенно иначе. Когда в бывшей столице некогда общей страны решили, что одна из бывших советских республик "искусственна" и потому должна быть возвращена обратно, День независимости в Узбекистане перестал быть обычным выходным. С тех пор как "возвращение СССР" перешло из теорий в жизнь, стала понятна ценность независимости. В добавок к существующей теоретической важности День независимости приобрёл важность практическую. По-другому стала звучать главная строчка из песни Юлдуз Усмановой "O'zbekiston", которой всегда завершался концерт в День независимости: Hech kimga bermaymiz seni O'zbekiston Никому не отдадим тебя, Узбекистан

Помимо главной проблемы российской внешней политики (решения принимаются не в МИДе), есть ещё одна, о которой пишет Александр Габуев: в Кремле не воспринимают постсоветские страны отдельными. Кажущаяся близость замыливает глаза — зачем вкладываться в изучение региона, с которым всё и так понятно. Россия долго не пользовалась своим огромным потенциалом в изучении региона, отчасти это связано с тем, что решения в Кремле принимаются исходя от рисков, а не возможностей. И в отношении Центральной Азии тоже наметился некий сдвиг только тогда, когда Россия становится более изолированной, а важность оставшихся партнёров выросла в разы. Новый посол России в Таджикистане Семён Григорьев — хороший пример некой перемены. В отличие от всех остальных российских дипломатов, занимающихся Центральной Азии, посол Григорьев — востоковед, говорит на персидском, пушту и дари, работал в Афганистане, Иране и политическим советником миссии ОБСЕ в Таджикистане. То есть сам понимает все особенности страны, в которой находится. Это первый за последние два десятилетия такой случай. Перемены видны и в поведении Кремля. Если помните, первый зарубежный визит Путина с начала войны был в Туркменистан через Таджикистан. Это был ещё и первый визит Путина в Центральную Азию с начала пандемии, а в Таджикистан Путин впервые с 2017 года отправился просто так, без привязки к многостороннему мероприятию. Учитывая, как президент опасается за своё здоровье и не любит в лишний раз контактировать с людьми (не говоря уже о зарубежных поездках), то это важный (хоть и вынужденный) сдвиг приоритетов, который ничего хорошего Центральной Азии не несёт.

Опровергнутый пост Медведева про северные территории Казахстана всех неслучайно так сильно встревожил. Текст хоть и был удален, но он отражает ожидания наиболее воинственной части российского общества и хорошо вписывается в нынешнюю политическую дискуссию внутри России, где практически не осталось табу. Похожие претензии к Казахстану регулярно встречаются в заявлениях российских официальных лиц, не говоря уже о неофициальных. А главное, пост Медведева просто переносит на отношения с Казахстаном ту логику, которой Россия уже руководствуется в отношениях с Украиной. И если в одном случае Кремль считает подобную аргументацию достаточной для оправдания военного вторжения, то что мешает ему поступить так же и в других случаях? Чем разные республики бывшего СССР отличаются в этом отношении друг от друга? Да, пока в Москве вроде бы считают казахский режим дружественным, но российские критерии дружественности становятся все более подвижными. В тройке тесно связанных друг с другом режимов бывшего СССР Россия – Беларусь – Казахстан последний явно выбивается из общего ряда и пытается найти свой путь – с обновлением высшего руководства, без враждебности с Западом, с более открытой и рыночной экономикой. Очевидно, что чем дальше, тем сильнее будут расходиться траектории развития России и Казахстана, создавая между ними все новые источники напряжения. Поэтому есть сомнения в том, что Москва – со всеми ее рычагами давления на Нур-Султан – будет готова с легким сердцем отпустить своего союзника идти по другому пути. https://carnegieendowment.org/eurasiainsight/87625

Дмитрий Медведев утверждает, что его страницу в VK взломали и опубликовали угрозы в адрес Грузии и Казахстана. Вот кусочек: «В нынешнем веке власти Казахстана начали реализовывать инициативы по переселению внутри республики разных этнических групп, которые…

Война США с Китаем неизбежна? Рассказываем о столкновении века — и можно ли его избежать 2022-й — это год, когда словосочетание «мировая война» вновь перестало быть лишь фразой из учебника истории. О новой мировой войне — будет ли она, можно ли ее избежать — с февраля этого года много говорят (и у нас был текст об этом). Говорят, конечно, в контексте российского вторжения в Украину, но и другие поводы тоже есть. Например, недавно обострился конфликт в Косово, а сегодня накалились отношения между США и Китаем, когда спикер Палаты представителей США Нэнси Пелоси приземлилась на Тайване. Российско-украинский конфликт по-прежнему приковывает к себе все международное внимание, а Кремль заявляет, что конфликтует не конкретно с Киевом, а, скорее, с США. Однаки сами Штаты видят в России не полноценного противника, а скорее глобального спойлера. Главный противник — Китай, и Вашингтон заявляет об этом прямо. Многие международные эксперты уверены: если американо-китайские отношения продолжат развиваться так же, как сейчас, вооруженный конфликт между ними неминуем. Специально для Kit научный сотрудник «Фонда Карнеги за международный мир» и китаист Темур Умаров (подпишитесь на его телеграм-канал @TemurUm) рассказывает об этом конфликте максимально подробно — и очень увлекательно: откуда он взялся (дело, конечно, не в одном только Тайване), как развивался, что может быть дальше. И, конечно, какова в этом роль России — прямо скажем, она довольно грустная. Письмо Темура Умарова Kit уже ждет наших подписчиков в почтовых ящиках. А стать читателем можно здесь — и тогда мы сразу пришлем вам наш новый текст.

Визит Нэнси Пелоси на Тайвань — тот самый случай, когда отчетливо слышишь, как крутятся колесики в механизме Истории. То, как пройдет визит, что будет говорить на острове спикер Конгресса, конечно, важно. Но еще важнее долгосрочные последствия. Сегодняшний день заметно повышает риск военного конфликта с участием Китая и США в ближайшие 5-10 лет. Исторические события часто бывают не результатом каких-то объективных закономерностей, а итогом стечения обстоятельств. Все как в обычной жизни, где действуют люди со своими характерами, взаимоотношениями, в условиях неполной информации, и очень часто — на эмоциях. Идея посетить Тайвань — личное желание 82-летней Пелоси, которая после ноябрьских промежуточных выборов в Конгресс почти наверняка лишится своего поста (формально — в январе), а потому хочет успеть сделать исторический жест. Ее аргументация, которую я слышал в пересказе информированных американцев, примерно такова: "На фоне войны в Украине очень важно поддержать демократию по всему миру, особенно перед лицом главного соперника США, коммунистического Китая. Си Цзиньпин должен знать, что мы своих друзей поддержим и один на один с более сильной страной не оставим. В 1997 году спикер Палаты представителей Ньют Гингрич уже летал на Тайвань, так что этот визит — даже не прецедент, и нечего слишком чувствительно относиться к реакции кровавого диктатора". А потому берет — и летит, кто ж ей запретит? Команда Байдена и сам президент пытались Пелоси отговорить, рассказывали об этом СМИ. Знакомые китаисты в администрации в крайнем напряжении, потому что прекрасно понимают возможные последствия. Но... это США, и там есть правда независимый парламент, и он место для дискуссий, а субординация внутри партии далеко не такая, как в Компартии Китая. И президент не может приказать Пелоси не лететь, раз она так решила, а Пентагон не может не обеспечивать ее безопасность — все же третий человек в государстве. Беспокойство всех вменяемых людей в администрации и за ее пределами вполне понятно: они хорошо понимают ту призму, через которую этот визит будет рассматривать Си Цзиньпин. Даже если генсек поверил Байдену после двухчасового разговора 28 июля и понимает, что визит Пелоси — безответственная выходка ее самой, а не спланированная Вашингтоном провокация, он не может не реагировать жестко. С 2017 года, когда к власти в США пришел Дональд Трамп, Пекин видит постепенное размывание политики "одного Китая", которой Вашингтон придерживался c 1979 года и которая являлась залогом стабильности в Тайваньском проливе. На словах США придерживаются этой политики, а своими действиями выстраивают отношения с Тайванем как с реальным государством: укрепляют его обороноспособность, нормализуют дипломатические контакты, поощряют общественную дипломатию и убеждают союзников следовать своему примеру. Визит Пелоси — важная веха. И если сейчас никак не отреагировать, то после президентских выборов 2024 года станет только хуже. Поэтому надо действовать сейчас и крайне решительно. Си довлеет и политический календарь КНР. В августе руководство партии соберется на курорте в Бэйдайхэ для обсуждения кадровых решений ХХ съезда КПК, который пройдет в середине осени. На съезде Си, в нарушение возникших после Дэна неформальных традиций, пойдет на третий срок — с возможностью остаться у руля столько, сколько позволит здоровье. В такой чувствительный момент не реагировать на американскую провокацию невозможно. Особенно учитывая, что Си все десять лет своего правление убеждал элиту и сограждан, что Китай — великая держава, интересами которой никто не смеет помыкать. И, конечно, КНР — совсем не та страна, какой она была в 1997-м.

Дмитрий Медведев утверждает, что его страницу в VK взломали и опубликовали угрозы в адрес Грузии и Казахстана. Вот кусочек: «В нынешнем веке власти Казахстана начали реализовывать инициативы по переселению внутри республики разных этнических групп, которые можно квалифицировать, как геноцид русских. И мы не намерены закрывать на это глаза. Пока туда не придут русские, порядка не будет.» Все это выглядит, конечно, сумасшествием, если не вспомнить все предыдущие посты Медведева про искусственность украинского государства. Если решения в Москве теперь принимаются нерационально, а в Кремле руководствуются псевдоисторией и искаженным представлением о справедливости, то чем отличается Украина от других бывших российских колоний/ советских государств? (хотя вот коллеги уверены, что был взлом)

За ночь несколько тревожных новостей из Китая/Тайваня: — Китай запретил импорт более 100 тайваньским фирмам из пищевой и сельскохозяйственной промышленности. — В воздушном пространстве провинции Фуцзянь ввели ограничение движения (по крайней мере из-за этого Xiamen Airline скорректировала некоторые рейсы. Будет ли война? Обсуждаю тут с Медузой: https://meduza.io/feature/2022/08/02/kazhetsya-nensi-pelosi-vse-taki-letit-na-tayvan-nesmotrya-na-vse-predosterezheniya-i-ugrozy-kitaya-chto-teper-budet

На фоне войны в Украине (вполе справедливо и объяснимо) Афганистан перестал казаться чем-то стоящим внимания. Но и там много чего важного происходит. Вот мудрый Аркадий Юрьевич @arkadyDubnov делится мыслями после конференции в Ташкенте. Если кого и нужно обязательно читать, то его: https://t.me/arkadyDubnov/288