Post #13859

Совет мира, которому не с кем договариваться 19 февраля в Вашингтоне США намерены провести первое «рабочее» заседание Совета мира по Газе. Формально — запуск практической фазы проекта. По факту — попытка вдохнуть жизнь в конструкцию, у которой до сих пор нет ни устойчивой поддержки, ни работающих механизмов. Даже выбор даты выглядит симптоматично: начало Рамадана автоматически снижает уровень участия мусульманских стран. Это накладывается на общее недоверие к инициативе, возникшее еще на этапе ее создания. Январская церемония в Давосе, куда были приглашены десятки государств, собрала менее двух десятков участников. Причина — не логистика, а политика: устав Совета воспринимается рядом стран как попытка США выстроить параллельный центр принятия решений в обход ООН. Вашингтон утверждает, что мандат Совета ограничен Газой и вписан в рамки резолюции Совбеза ООН, а заседание 19 февраля должно стать донорской конференцией. Речь идет о миллиардах долларов. Проблема в том, что деньги предлагают собрать под проект, у которого нет ответов на ключевые вопросы безопасности. Большинство государств не готовы инвестировать, не понимая, будет ли разоружен ХАМАС и согласится ли Израиль на дальнейший вывод войск. Посредники — Египет, Катар и Турция — месяцами обсуждают с ХАМАС идею поэтапного разоружения, однако все эти консультации упираются в базовый факт: ХАМАС публично и последовательно заявляет, что разоружаться не намерен. В лучшем случае речь идет о затяжном и частичном процессе, который сам ХАМАС не считает своей целью и который Израиль открыто не поддерживает. Гражданская часть проекта выглядит не менее уязвимой. Национальный комитет по управлению Газой, созданный для замены ХАМАС, за месяц так и не смог войти в сектор. Попытки спецпосланника Совета мира Николая Младенова сформировать гуманитарный «входной пакет» упираются в отсутствие согласия Израиля. В итоге Совет мира выходит на старт без консенсуса, без четкого силового решения и без реального контроля над территорией, которой он должен управлять. В таких условиях первое «рабочее заседание» выглядит не началом процесса, а попыткой придать институциональную форму политическому вакууму. @TsinkerAlex