Ликолампи

Какъ и собиралась, буду потихоньку цитировать изъ "Трехъ допросовъ по теоріи дѣйствія", интервью, которое Александръ Филипповъ взялъ у Глѣба Павловскаго въ 2013 году, - хотя обрывками не передашь ни композиціи, ни интонаціи діалога. Вотъ для начала реплика Павловскаго: ⬇️

The Fairie Queen. Which to secure, no skill of leach's art Mote him availle, but to returne againe To his wound's worker, that with lowly dart, Dinting his breast, had bred his restless paine, Like as the wounded whale to shore flies thro' the maine.

См. The Occult Philosophy in the Elizabethan Age Фрэнсисъ Йейтсъ ⬇️

🤔

Contro il mondo moderno ⬇️

Возникло подозрѣнiе, не подмѣнился ли нѣкогда мой внутреннiй Екклесiастъ Фукуямой.

Вчера был у посла Евросоюза в Мскве. Пили плохой кофе и долго разговоривали. Цитировать не стану, а выводы такие: Боррель не врал - идея мирного соглашения в любой форме отброшена, заодно с идеей гарантий. Решение по санкциям, включая европейские, и по условиям будущей сделки – признавать/не признавать - примет сенат США. Украине volens nolens предстоит воевать до конца. Западу предпочтительна победившая Украина, но сойдет и Украина проигравшая – как мотив для будущих эскалаций. Итак, партии войны в Мскве и Вашингтоне обнялись и маршируют в едином направлении - #СистемаРФ одобряэ

❗️Глава Евродипломатии Жозеп Боррель в ходе визита в Киев впервые в истории Евросоюза пожелал, чтобы конфликт был разрешен военным, а не дипломатическим путем. "Эта война должна быть выиграна на поле боя", - написал Боррель в Twitter. Заявлений о приоритетности военной победы над политическим решением конфликта лидеры Евросоюза не делали ни во время войны в Югославии, ни в Ливии, ни в Афганистане, в которых в рамках структур НАТО принимали участие большинство стран сообщества.

Однако! ⬇️ (Не знаю, впрочем, правда ли впервые. Сам твит https://twitter.com/JosepBorrellF/status/1512778418445860864 говорит: "This war will be won on the battlefield" и дальше про новую военную помощь.)

Давно хочу поделиться наблюдением что практически у большинства тех кого я знаю из лиц принимающих решения и распоряжающиеся бюджетами, личными или государственными, есть какой-то устойчивый стыд современности. Не свежей, возникшей в этом году, а продолжающееся уже не одно десятилетие. У них практически полностью отсутствует ощущение что вокруг создаётся хоть что-то что должно быть сохранено для следующих поколений, столетий, общем, будущего. Поэтому в течение этих лет мне, например, удавалось находить средства на проекты про "общественную ценность здесь и сейчас", но во всём что касалось сохранения современного культурного наследия, искусства, цифровых ресурсов всегда было полное непонимание кому и зачем это нужно. Это касается и культурной сферы, публичная и финансируемая часть которая почти на 99% живёт прошлым, и архивной сферы которая живёт не просто прошлым, а это эдакий "концлагерь истории", выпускающий из своих недр по чуть-чуть исторической реальности. Даже сейчас, когда на фоне первого, но не последнего цифрового цунами, из-за которого информационное пространство в России сильно сжимается, есть низовой запрос от реальных пострадавших от потери знаний и данных людей и отсутствует аналогичный запрос от тех кто принимает решения. Почему так? Пока у меня ответ только через стыд. Большая часть элиты испытывает эпохальный стыд, не в смысле масштабов, а в смысле эпохи в которой, видимо, по их мнению не происходит ничего значимого. #thoughts

Fuller's Profane and Holy State. The mighty whales which swim in a sea of water, and have a sea of oil swimming in them.

ВОЙНА ИЛИ CAR-T Как было очевидно с самого начала, «кощеева игла» российской обеспеченности фармпрепаратами лежит не в поле массовых заболеваний – от гипертензии до диабета, а в области редких и дорогих болезней. И вот первый серьезный удар нанесен в области онкогематологии. Немецкий производитель оборудования и технологий для трансплантации костного мозга и CAR-T-клеточной терапии Miltenyi Biotec в конце марта приостановил поставки своих продуктов в Россию, предположительно, на фоне логистических проблем. Наиболее сильно это решение ударит по пациентам, проходящим CAR-T-терапию в онкологических центрах, в т.ч. детском НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева, поскольку аналогов технологиям Miltenyi Biotec на отечественном рынке нет. (От себя добавим что и не будет в ближайшие годы). Суть CAR-T-терапии при лечении рака заключается в том, что из крови пациента извлекают Т-лимфоциты и модифицируют их, вставляя в генетический код последовательность, которая кодирует химерный рецептор антигена к белку CD19, экспрессируемый на поверхности раковых клеток. После чего лимфоциты уничтожают их. Они размножаются в лаборатории и вводятся в организм пациента, где борются с пораженными клетками и продолжают самовоспроизводиться, в течение 2 недель замещая до 90% от всех Т-лимфоцитов пациента. Преимущество технологии заключается в том, что больной получает собственные клетки, которые не вызывают аутоиммунных реакций. Недостатки - высокая стоимость, поскольку препарат создается для каждого больного индивидуально, и сложная технология его получения. Miltenyi Biotec поставлял российским лабораториям, работающим с CAR-T, вирусные векторы для генетической модификации лимфоцитов, но не предоставил лицензию на саму технологию. НМИЦ им. Н.Н. Петрова, занимающийся разработками в области CAR-T и также использующий векторы Miltenyi Biotec, заявлял о намерении в будущем создать собственный. Но до реальных успехов тут очень далеко. Ожидается, что на то, чтобы компенсировать дефицит с нуля, понадобится 3-5 лет. CAR-T-терапия стала одним из наиболее значимых прорывов XXI века в лечении онкозаболеваний. Ее используют в тех случаях, когда пациенту не помогла терапия 2-й, 3-й или 4-й линии, и единственное, что оставалось ему в прошлом - паллиативная помощь (хотя даже в России есть случаи использования ее в качестве 1-й линии). Терапия CAR-T-клетками позволяет добиться значительных успехов: у 90% пациентов с лимфобластным лейкозом и 30-40% с лимфомами, считавшимися неизлечимыми, наступает полная ремиссия. Первый препарат на основе CAR-T, тисагенлеклейсел от Novartis, был зарегистрирован в США в 2017 г., после чего на мировой рынок вышло еще несколько таких разработок. В июне 2021 г. Novartis подал регистрационное досье в России, ранее ожидалось, что препарат может быть одобрен до конца 2022 г. Но усиление санкций и проблемы с транспортным сообщением могут, если не полностью прекратить процесс, то отложить его на месяцы и годы. Пока CAR-T-терапия в России остается уделом нескольких академических лабораторий, которые могли производить препарат для 3-4 пациентов в месяц, но прекращение поставок от Miltenyi Biotec поставило под угрозу даже их работу. Приостановка поставок также вызвала серьезный дефицит оборудования для трансплантации костного мозга и необходимых для этого реагентов. Хотя заменить их будет несколько проще, чем технологии CAR-T, на это уйдут многие месяцы, на протяжении которых сотни больных будут оставаться без помощи. Обвинять немцев в отсутствии человеколюбия тут, пожалуй, не следует. Для биопрепаратов ключевой историей является скорость их доставки потребителям и вообще логистика. Нет свободного перемещения людей, материалов и технологий между Россией и Европой, нет и самих технологий. И это логично. Почти весь 20-й век войны были, а эффективной онкогематологии не было. Это такой цивилизационный выбор: война или CAR-T.