Post #371

Что значит «я хуже всех»? Сегодня память прп. Сисоя Великого († 429). Монах-отшельник, подвизался в Египетской пустыне в пещере прп. Антония Великого. Провел там 60 лет. Получил от Бога дар чудотворения (однажды своей молитвой вернул к жизни умершего мальчика). Сохранились некоторые его реплики. Так, на вопрос, как он мог достичь непрестанного памятования о Боге, преподобный ответил: "Это еще немного, сын мой, важнее того - считать себя ниже всех, потому что такое уничижение способствует приобретению смирения". Когда преподобный Сисой умирал, окружавшие старца ученики увидели, что лицо его просияло. На вопрос, что ему открылось, Сисой ответил, что пришли Ангелы за его душой, а он просит их дать ему еще хоть краткое время на покаяние. "Сисой, тебе ли каяться?" - возразили ученики. Но преподобный сказал: "Поистине я не знаю, сотворил ли я хоть начало покаяния". После этих слов преподобный успел сказать, что видит Самого Господа, и святая душа его оставило тело. \\\ Нам сегодня может быть непонятно такое миросозерцание, такое переживание христианства - «считать себя ниже всех». Зачем вообще сравнивать себя с кем-то, можно спросить? И вообще, я понимаю, что да, я человек испорченный, но ведь все-таки не убийца, не насильник, не растлитель, не вор. Как можно говорить, что я хуже всех? И зачем вообще загонять себя под плинтус, если жизнь и так загоняет? В наш век неврозов, нервных расстройств, насилия, войн хочется радости в Церкви найти, а не обострения чувства вины. Знаю, что многих современных верующих немного напрягает вся эта история: "я хуже всех". Выскажу свое предположение. Святые отцы, подобные Сисою, не искали в христианстве самоуничижения и не копались в своих грехах. Они искали Бога, и реально общались с Ним, отрекшись от всего мирского ради Него. И Господь открывал им некую правду о жизни и о себе, давал познание всей глубины повреждения человеческой природы. Потрясенные этой картиной, подвижники плакали и говорили о себе: "я хуже всех". Это не было сравнением с другими. Дескать, сидит монах со списком имен монастырской братии, и решает, выше он кого-то или ниже. Нет. Это просто смирение - когда все вещи предстают перед тобой такие, как они есть. Некий духовный реализм. Увидеть истинное состояние своей души. Тогда и не такая реплика из тебя вырвется. Чем ближе к свету, тем более видны пыль, трещины, неровности. И еще одна мысль. Каждому святому Бог давал какую-то свою особенность, свою харизму, свою особую добродетель, через которую человек и спасался. Кто-то был пронизан радостью о Господе и согревал ею всех приходящих. А кто-то получил вот такую добродетель плача о грехах своих и всего мира, плакал всю жизнь и другим говорил: плачьте, и так спасетесь. Это все нельзя сымитировать, натянуть на себя одежды прп.Сисоя и других великих отцов древности. Нужно каяться в своих грехах, насколько можем, радоваться благодати Божией, когда она нас посещает. Быть, а не казаться. И быть проще. Бога искать, исполнять Его заповеди. И благодать все сделает. А святые подвижники древности навсегда останутся для нас духовным ориентиром, камертоном христианства. Но только и их слова и поступки порой нуждаются в некотором "переводе", объяснении для нас сегодняшних. Слишком оторваны мы от понимания вещей, которые в те времена в комментариях не нуждались.