Post #13403

Укоренённые в реальности По мотивам размышлений Ричарда Рора «Мудрость — это иной способ познания, который открывает нам более высокий, всеобъемлющий уровень понимания. Мы называем это трансформацией или недвойственным мышлением». — Ричард Рор, Things Hidden Ричард Рор рассматривает мудрость как путь преображения, основанный на смирении, честности и укоренённости в реальности. Существует такая мудрость, которую можно обрести только в пограничных пространствах: в страдании, рождении, смерти и возрождении (или — по иной схеме — в порядке, беспорядке и новом порядке). Этому невозможно научиться, читая только книги. Есть истины, которые раскрываются лишь тогда, когда мы достаточно опустошены, достаточно растеряны, достаточно нестабильны. Вот в чём гениальность Библии: она не даёт нам возможности разрешить всё в рамках академического богословия. Более того, практически ничего в Библии не написано с прицелом на учебную аудиторию. Чтобы услышать Писание, нужно подойти к нему со смирением и терпением, отбросить свою повестку и позволить Духу открыть более глубокий смысл. Иначе мы услышим лишь то, с чем уже согласны, или то, что намеренно искали. Разве это не очевидно? Как писал апостол Павел: «Мы возвещаем … не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого» (1 Кор 2:13). Такой способ учения направлен скорее на трансформацию, чем на передачу информации. А это полностью меняет и фокус, и цель. Абсолютно ясно: Иисус исцелял, касался сердец, учил и преображал людей — без всяких предварительных условий. От них не требовалось богословское образование. Его мудрость не основывалась на философии или схоластике, несмотря на то, как много внимания западная церковь уделила средневековой системе. Учение Иисуса было о реальном и нереальном, о временном и вечном — и, исходя из этого, о том, как жить внутри реальности. Это требовало не образованности, а смирения и честности. Тысячу раз Он говорил: Бог приходит к нам под видом нашей собственной жизни. Позже это стали называть тайной Воплощения, или, как выразился Вальтер Брюггеман, — «скандалом конкретности». Подумайте о стиле учения Иисуса. Да, Он несколько раз учил в храме, но основная часть Его слов рождалась в движении, на улицах, в пустыне, на природе. Он говорил языком того, что видел вокруг: птицы, цветы, облака, дети, женщины, убирающие дом, землевладельцы и арендаторы — всё это становилось Его метафорами. Удивительно, как позже мы сделали из Его слов абстрактное систематическое богословие. Он учил притчами, историями, образами, а не догматами. Это был скорее «путь тьмы» — в смысле тайны — чем яркий свет разума. Но именно через конкретность Иисус проводил людей к всеобщему Свету. Именно в частном открывается универсальное — это всегда понимали поэты. Такой подход, укоренённый в реальности, ведёт к мудрости. И, следовательно, — к настоящему преображению.