Содержимое
Встреча с Воскресшим Христом Отец Ричард исследует, как мистическая встреча Павла с воскресшим Христом привела его к принятию парадоксального мышления. Встреча с Воскресшим Христом по дороге в Дамаск изменила для Павла всё. Он пережил великий парадокс: распятый Иисус на самом деле был жив! И он, Павел, «грешник», на самом деле был избран и возлюблен. Это вытолкнуло Павла из привычного дуалистического мышления «или/или» к мистическому мышлению «и то, и другое». Истина в парадоксальном языке заключается ни в утверждении, ни в отрицании какой-либо из сторон, а именно в разрешении перетягивания каната между ними. Человеческий разум обычно работает по логическому принципу противоречия, согласно которому что-то не может быть одновременно истинным и ложным. Однако именно это и разрушает более высокая истина (например, Бог одновременно один и троичен; Иисус одновременно человек и Бог; хлеб и вино одновременно являются материей и Духом). К сожалению, начиная с Реформации и Просвещения, образованные западные люди, такие как я, утратили связь с парадоксальным, мистическим, созерцательным мышлением. Мы потратили как минимум пять веков на то, чтобы становиться на чью-то сторону — что сегодня так очевидно в нашей культуре! Мистический опыт изменил не только способ мышления Павла, но и его способ бытия в мире. Вдруг этот гонитель — и, возможно, убийца — христиан становится «избранным сосудом» Христа, посланным «нести имя Моё перед язычниками, и царями, и сынами Израилевыми» (Деян. 9:15). Это растворяет строгую границу между добром и злом, между «своими» — «иудеями» и «чужими» — «язычниками». Парадокс был преодолён в самой личности Павла. Теперь он знает, что он и грешник, и святой, и мы тоже должны довериться тому же. Эти два кажущихся противоречия не отменяют друг друга. Когда конфликт преодолён в нас самих, мы осознаём, что каждый из нас — живой парадокс, и так же каждый другой человек. Мы начинаем видеть жизнь по-настоящему духовно. Возможно, поэтому Павел любит учить диалектически. Он представляет две кажущиеся противоположными идеи, такие как слабость и сила, плоть и дух, закон и благодать, вера и дела, иудей и грек, мужчина и женщина. Дуалистическое мышление обычно выбирает одну сторону, отвергает другую и останавливается на этом. Павел так не делает. Он ставит нас на рога дилеммы и приглашает бороться с парадоксом. Если мы останемся с ним в полном напряжении, мы поймём, что он в конечном счёте приводит к примирению на более высоком уровне, за пределами основного конфликта, с которого начинает почти каждый из нас. Павел — первый явный преемник Иисуса как недуалистического учителя. Он создаёт мистические основания для христианства. Это тайна участия во Христе. Это не то, чего мы достигаем своими заслугами. Это то, в чём мы уже участвуем, и часто мы просто этого не знаем. Мы все уже находимся в этом христовом сознании, в этом троичном потоке жизни и любви, движущемся в, вокруг и сквозь всё; мы просто этого не осознаём.