Post #13452

Дар переживания реальности Отец Ричард Рор предлагает, как мы можем почитать свои эмоции, не становясь чрезмерно привязанными к ним: Когда речь идёт о почтении к нашим эмоциям, нам нужно сказать и сильное «да», и сильное «нет». Мы должны начать с «да», потому что так многие из нас были воспитаны — семьёй и религией — не чувствовать свои чувства. Они думали, что делают нам одолжение, потому что не хотели, чтобы эмоции управляли нашей жизнью. К несчастью, это придало моральный оттенок самому факту наличия чувств, не только «негативных», таких как гнев, обида или страх, но и позитивных — удовольствия, счастья и даже желания. Явное или подсознательное послание «Это неправильно. Это плохо» искалечило нашу способность ценить, страдать или допускать полное значение реальности. Эмоции — это прежде всего дар Бога, чтобы мы могли прикасаться к реальности иначе, чем через мозг. Пастор Питер Сказзеро подтверждает, что наши эмоции — центральная часть нашей человечности и наших отношений с Богом и людьми: Как и большинство христиан, я был научен, что почти все чувства ненадёжны и им нельзя доверять. Они колеблются то вверх, то вниз и являются последним, на что мы должны обращать внимание в духовной жизни. Верно, что некоторые христиане впадают в крайность — следовать своим чувствам… Однако чаще встречаются христиане, которые не верят, что им позволено признавать свои чувства или выражать их открыто. Это особенно касается таких «трудных» эмоций, как страх, печаль, стыд, гнев, обида и боль. Но как мы можем слышать, что говорит Бог, и оценивать происходящее внутри, если мы отрезаем себя от наших эмоций? Чувствовать — значит быть человеком. Минимизировать или отрицать то, что мы чувствуем, — значит искажать то, что значит быть носителем образа Божьего. В той мере, в какой мы не способны выражать свои эмоции, мы остаёмся ограниченными в способности любить Бога, других и самих себя. Почему? Потому что наши чувства — это часть того, что значит быть созданным по образу Бога. Исключать их из нашей духовности — значит отсекать существенную часть нашей человечности. Ричард размышляет о риске чрезмерного акцентирования важности наших чувств: Поскольку эмоции так долго подавлялись, отрицались и считались всегда ошибочными, это, вероятно, одна из главных причин того, что мы скатились в чрезмерно «умственную» форму христианства. Сейчас мы заново открываем ценность эмоций, но в этом есть опасность качнуться маятником в другую сторону — предположить, что эмоции всегда правильны, всегда хороши. Но когда мы принимаем эмоции как они есть, в них нет никакого когнитивного баланса. Мы не спрашиваем: «А это разумная реакция? А это соразмерная реакция?» В итоге у нас появляется много сентиментальности и драмы, накачивания эмоций по пустякам. Мы тратим часы на создание внешних драм, особенно когда внутри нет драмы, нет внутренней живости или удовлетворения. В рамках меньшего «я» мы склонны делать из всего большое дело.