Post #13469

Какими были чувства у тех, кто жил тогда, когда великие державы тайно и предательски делили Европу? И есть ли основания считать, что история повторяется? Это вопросы, которые сделал актуальными наше время. Мы должны постоять за Латвию, найти точки взаимопонимания и не поддаваться страху — так в интервью LTV признал доктор теологии, эксперт по духовным практикам и учитель контемпляции Юрис Рубенис. Атмосфера сейчас всё же отличается от 1939 года Говорят, что времена ходят по кругу, и, возможно, мы сейчас испытываем какие-то похожие чувства с тем, что было у наших предков в конце тридцатых годов прошлого века: что в воздухе ощущается какое-то дыхание предательства, что ожидается нечто роковое, какой-то поворот? Что вызывает у вас это чувство — 23 августа тогда и 23 августа теперь? 23 августа 1939 года, конечно, очень сильно повлиял на всю нашу историю и продолжает влиять до сих пор. Иногда, глядя на торг великих держав, многие люди очень механически говорят: ну, примерно та же атмосфера и сейчас. Мне кажется, что нет, всё же нет. Но, конечно, мы призваны помнить некоторые уроки. А именно: что же необходимо малым народам, чтобы они могли плыть в больших бурях, где великим державам время от времени кажется, что именно они определяют всю атмосферу и климат. И я думаю, что самое важное, наверное, в таких обстоятельствах — в какой степени общество, люди могут находить точки единства друг с другом. И я понимаю это не так, что мы все должны думать одинаково, не так, что у нас у всех должна быть одинаковая перспектива. Но очень важно, какие есть точки, где наше видение, наши ценности пересекаются. Потому что общество, которое внутренне враждебно друг другу, на самом деле довольно легко победить или манипулировать таким обществом. И это — тот большой вопрос. В наше время уже очень сложно говорить о точках единства потому, что многие сразу слышат в этом подтекст, что это значит, будто кто-то уже подготовил какую-то единую идеологическую картину. И теперь, мол, мы все должны в неё войти. Но всё же, несмотря на то, что это, может быть, некоторым кажется утомительным или скучным — мы все люди, и у нас у всех есть не только поверхность жизни, но и глубинное измерение жизни, я позволю себе так сказать. И в этом глубинном измерении мы, может быть, по-настоящему ощущаем, что значит быть человеком. И от того, насколько у нас развито это глубинное измерение, иногда зависит очень, очень многое и в нашей внешней жизни. И также то, могут ли разные люди всё же в каких-то точках понять друг друга и встретиться. Какие аргументы заставляют вас провести различие между 1939 годом и нынешним временем? Я думаю, что мир всё же другой, чем был тогда. Я думаю, что Латвия в иной ситуации. Также, если мы говорим о таких параметрах внешней безопасности. Тогда, я думаю, мы были очень атомизированы, обособлены каждый сам по себе. Я думаю, что многие европейские страны, нынешние страны Европейского Союза, хорошо осознают необходимость единства и много для этого делают, как мы видим. Но это, конечно, непросто. Я думаю, что совершенно иное также и наше внутреннее отношение к этим событиям, что мы как бы больше способны следить за внешними процессами, и Латвия может быть более вовлечена также и своим голосом, и представлена не только здесь, но и в Европейском Союзе, в европейском пространстве и даже шире. ⸻ Некомфортно видеть приём Путина на Аляске Что у вас было на уме, когда вы увидели кадры, где президент США Дональд Трамп встречается с российским лидером Владимиром Путиным на Аляске? Ну, не очень комфортно видеть, не так ли? Человека, который является представителем агрессивной империалистической политики, которому не составляет труда отправлять на смерть десятки или даже сотни тысяч молодых мужчин из своей страны, не комфортно видеть в такой очень мягкой приёмной среде, где ему улыбаются и делают комплименты. Но такова реальность, с которой нам приходится считаться. Зачастую во главе великих держав выходят сложные люди. Возможно, есть определённые качества характера, которые определяют, почему и можешь ли ты выйти в первый эшелон.