Post #13765

Первое воплощение «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богом… Всё через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть». — Ин. 1:1, 3 Опираясь на мудрость францисканского богословия, отец Ричард Рор пишет, что Воплощение начинается прежде всего с рождения космоса, задолго до рождения Иисуса: Что делал Бог в те первые мгновения творения? Был ли Бог совершенно невидим до начала Вселенной? Существует ли вообще такое понятие, как «до»? Почему Бог вообще сотворил мир? Какова была цель творения? Является ли сама Вселенная вечной, или же она, как и Иисус, есть творение во времени, каким мы его знаем? Признаем: мы, вероятно, никогда не узнаем ни «как», ни даже «когда» произошло творение. Но вопрос, на который религия прежде всего пытается ответить, — это вопрос «зачем». Есть ли какие-то основания говорить, зачем Бог сотворил небо и землю? Что было у Бога на сердце? Было ли в этом какое-то божественное намерение или цель — или же нам вовсе не нужен Творец-Бог, чтобы объяснить существование Вселенной? Большинство вечных традиций мудрости предлагали свои ответы, и обычно они звучат примерно так: всё, что существует в материальной форме, есть порождение некоего Первоисточника, который изначально существовал только как Дух. Этот бесконечный Первоисточник каким-то образом излил Себя в конечные, видимые формы, сотворив всё — от камней и воды до растений, живых организмов, животных и человека. Это самооткровение Того, Кого мы называем Богом, в физическом творении было первым Воплощением (общее обозначение любого «облечения духа в плоть»), задолго до личного, второго Воплощения, которое христиане связывают с Иисусом. Когда христиане слышат слово «воплощение», большинство из нас думает о рождении Иисуса, Который личным образом явил радикальное единство Бога с человечеством. Но я хочу предложить мысль о том, что первым Воплощением был момент, описанный в первой главе Книги Бытия, когда Бог вступил в единство с физической Вселенной и стал светом внутри всего сущего. Именно поэтому, как мне кажется, свет становится темой первого дня творения. Таким образом, Воплощение — это не только «Бог, ставший Иисусом». Это событие гораздо более широкое, и потому Иоанн прежде всего говорит о присутствии Бога в общем слове «плоть» (Ин. 1:14). Иоанн говорит о всеобъемлющем Христе, Которого мы продолжаем встречать в других людях, в горе, в былинке травы или в скворце. «Христос» — это имя первообраза, изначального Замысла (Логоса, или Слова), через Которого «всё начало быть, и без Него ничто не начало быть» (Ин. 1:3). Такое видение переосмыслило, оживило и расширило мою собственную веру, и, как мне кажется, именно в этом может заключаться уникальный вклад христианства среди религий мира.