Post #13951

Отец Ричард Рор описывает, как ранняя церковь следовала практике Иисуса, утверждая всеобщее человеческое достоинство. В Деяниях апостолов есть выразительная фраза, которой описывают эту новую иудейскую секту, нарушающую привычный порядок в Фессалониках. Там христиан привели к городским властям и назвали «людьми, которые переворачивают весь мир… они нарушают указы кесаря» (Деян. 17:6–7). Никого не вызывают в городской совет лишь из-за внутренних убеждений или новых настроений, если только они не нарушают общественный порядок. Почти все исцеления Иисуса и его чудеса над природой фактически перестраивали социальные отношения, а значит — и социальный порядок. Когда он ел с людьми из низших слоёв общества, прикасался к «неприкасаемым», исцелял в субботу и сотрудничал с такими новыми и дерзкими фигурами, как Иоанн Креститель у реки, он переворачивал традиции своего общества. Иисус отказывается жить по системе чести и стыда, которая господствовала в средиземноморской культуре его времени. Он отказывается соответствовать тому, что считается почётным, и отказывается стыдить то, что люди считают постыдным. Это не приносит ему много друзей. Возможно, именно это больше всего раздражает священников и старейшин. В ответ на его игнорирование долговых и ритуальных кодексов чистоты они решают убить его (см. Мк 3:6; 11:18; Мф 12:14; Лк 19:47; Ин 11:53). В системе чести и стыда статус человека, его образ себя и смысл жизни в основном формируются тем, как его видят другие. Система, окружавшая Иисуса, не побуждала людей задаваться вопросом: «Кто я на самом деле перед Богом?» (как учил Иисус) или «Что я думаю о себе?» (как это принято в нашей культуре), а скорее: «Как меня видит моя деревня?» До сих пор многие культуры строятся на той или иной системе чести и стыда. Значение человека почти полностью зависит от того, как его видят семья и друзья. Это очень эффективный механизм социального контроля. Во времена Нового Завета честь и стыд действительно считались моральными ценностями, которым люди чувствовали себя обязанными следовать. Если ситуация требовала возмездия, нужно было мстить. Не ответить возмездием считалось бы аморальным, потому что означало бы отказаться от чести человека, его семьи и, возможно, даже всей деревни. Когда Иисус говорит: «Не противьтесь злому», он тем самым подрывает всю систему чести и стыда. Это один из самых сильных аргументов в пользу того, что Иисус учил ненасилию. Когда слушатели Иисуса были призваны жить вне рамок своих культурных систем, им было предложено новое основание для своей идентичности — в Боге. Кто мы в Боге, теми мы и являемся. На этом заканчиваются все взлёты и падения. Наша ценность больше не зависит от того, нравится ли нам наша семья или деревня, красивы ли мы, богаты ли или послушны законам. Послание Иисуса чрезвычайно подрывное для общества, основанного на чести и стыде. Но, разрушая прежние основания, он предлагает новое, более прочное: основание не на стыде и не на чувстве вины, а на том, кем они — и мы — являемся в Боге.