Post #14081

«Мне нравится думать о природе как о бесчисленных передающих станциях, через которые Бог говорит с нами каждый день, каждый час… Как я разговариваю с маленьким цветком? Через него я говорю с Бесконечным. А что такое Бесконечное? Это тот тихий, едва слышный голос… тот самый кроткий, тихий голос». — Джордж Вашингтон Карвер, The Man Who Talks with the Flowers Чернокожая фермер и автор Лия Пенниман размышляет о вере агронома и изобретателя Джорджа Вашингтона Карвера (1864–1943): Доктор Джордж Вашингтон Карвер был глубоко верующим христианином и имел обыкновение вставать до рассвета, чтобы идти молиться в лес. Он считал природу системой Божьего вещания и признавал, что именно «разговоры» с растениями вдохновляли его многочисленные научные открытия и патенты. Он объяснял так: «Читать о природе — это хорошо, но если человек пойдёт в лес и будет внимательно слушать, он узнает больше, чем из книг, потому что там говорит голос Бога». В разговоре с Пенниман Крис Болден-Ньюсом, сооснователь фермы Sankofa Community Farm в Пенсильвании, добавляет: «Я практикую афро-инкулированное (афроамериканское) католическое христианство… Очень многое в католической традиции берёт начало в африканском, укоренённом в земле контексте, который существовал задолго до её оформления и переосмысления в Центральной Европе. Католическая церковь в целом лишь постепенно возвращается к своим истокам. Начиная с 1971 года, со времён Павел VI, Церковь выражает экологическую озабоченность, которая к 2015 году стала настоятельным призывом в словах Франциск: Если мы подходим к природе и окружающей среде без этой открытости к изумлению и восхищению, если мы больше не говорим языком братства и красоты в наших отношениях с миром, то наше отношение становится отношением господина, потребителя, безжалостного эксплуататора, неспособного ограничить свои сиюминутные потребности. Напротив, если мы чувствуем глубокое единство со всем существующим, тогда умеренность и забота возникают сами собой. Бедность и простота Франциск Ассизский были не просто внешним аскетизмом, но чем-то гораздо более радикальным: отказом превращать реальность в объект, который можно лишь использовать и контролировать. [1] В своей основе католицизм — и, как мне кажется, это отражает и общий дух африканской духовности — это практика глубокого почтения к переплетению материи и духа, а также признание незаменимой роли предков: будь то кровные предки, канонизированные святые или культурные предки, такие как Баба Джордж Карвер. В центре этого мировоззрения — понимание того, что Бог избирает соединяться с творением в Йешуа (Иисусе). Это фундаментальное единство духа и материи означает, что я не могу сделать ничего в материальном мире, что не имело бы духовных последствий — и наоборот. Я проявляю то же уважение к пауку и змее, что и к людям. Это мои ценные друзья… Когда я вижу змею в своём саду, я чувствую благословение, приветствую её одним из древних имён и благодарю. Все существа несут нам Божью мудрость — они действующие посредники и живые сакраменталии духов-хранителей земли».