Post #1040

Нам с трудом дается пересмотр установок, при помощи которых мы воспринимаем мир. Более того, нередко, даже восприняв (но не обязательно поняв) новые идеи, мы воздерживаемся от их приложения к повседневной жизни. Слишком естественны установки или аксиомы, с которыми мы подступаемся к пересмотру. Оттого тяжело разбирать свой взгляд на атомы, готовясь рассмотреть нечто не как эссенциальное ядро собственного «Я» или, более того, от чего-то избавиться. Тем не менее не смолкает, теряясь на страницах истории, предложение поставить себя на место Другого, не исчезает и пристальная критическая ревизия того, что мы имеем. Стиль мышления всегда предполагает хотя бы минимальные константы. Что-то оседает в языке, выражаясь в грамматике и синтаксисе, что-то отзывается куда глубже – в выбираемых образах, различимых свойствах и предполагаемых аналогиях. Это находит выражение в культуре, которая отлично справляется с функцией медиума, рассказывающего об опыте существования. К примеру, мы легко откликнемся на слово «барокко», вспомнив пышные убранства и набор художественных приемов. В подсказке, данной нам памятью, впитавшей представления о художественном явлении, что часто описывают в оппозиции к классицизму, под коридорами слов промелькнет эссенциалистский мотив из логики Аристотеля, склонной оперировать парой субъект/атрибут. Кажется, тема исчерпана, если нет нужды пускаться в скрупулезное раскрытие нюансов. Имеется конвенциональное понимание, собеседникам станет ясно, о чем идет речь, а ответ валидирует включенность произнесшего в интеллигентное общество. Жиль Делёз возразит: это только задубевшая от многократного использования оптика. Почти 40 лет назад он прервал эту школьную генетику мысли своим обращением к Готфриду Лейбницу, у которого заприметил разработку логики на схеме субъект/глагол, и к барокко, для которого предложил смелую трактовку. Первый росчерк пера, намечающий новый маршрут на карте идей, звучал так: «Le Baroque ne renvoie pas à une essence, mais plutôt à une fonction opératoire, à un trait. Il ne cesse de faire des plis.» — G. Deleuze, «Le Pli. Leibniz et le Baroque» «Понятие «барокко» отсылает не к какой-либо сущности, а скорее к некоей оперативной функции, к характерной черте. Барокко непрестанно производит складки». «Складка. Лейбниц и барокко» Фраза дает ключ: изображенное как-либо не пребывает в неприкосновенном равновесии. Наше образное мышление, наша способность к смыслопорождению прерывает любую паузу. Почти всегда мы видим чуть больше, а ловкий художник способен поставить это себе на службу. Стиль выигрывает, когда обращается к действию. Барокко живо иллюстрирует, как стилистическое устройство сообщает принцип, а не застывший нормативный свод правил и канонов. Делёз предлагает подойти к природе барокко не с вопроса «что это?», а с озадаченности эффектом - «что оно делает?». Вместо описания субстанциальных признаков или свойств сущности наше внимание переводится на проявление основы.