Post #409

Даже когда пишу, не понимаю, как правильно подступиться к этому тексту. Хочется избежать однозначно трагической интонации. И как верно расставить акценты не совсем понятно. Но затягивать больше не буду, потому что обращаюсь к снимкам, которым уже год. Почему так долго откладывал, сказать не могу. Есть люди, которые часто спрашивают меня, зачем я делаю то, или это, зачем общаюсь с теми, или этими. Не понимая, как мне из подобной деятельности или общения извлечь выгоду. Практически никто не спрашивает, почему я играю в футбол. Есть только восхищение и уважение. Хотя это никогда ничего мне не принесёт. Только заберёт. Существует такой турнир, называется «Целый Петербург». На них выступают дети с ограниченными возможностями. Также в прошлом году приезжали девушки из ФК «Звезда» и другие команды, собранные из здоровых игроков, чтобы таким образом оказать поддержку. Вот тренер, удивительно чуткий, большой человек, несущий на своих плечах огромную ответственность; Вот кэп, никогда не утрачивающий своего энтузиазма и нацеленности на победу; Кирилл, большое сердце, тренирует деток, а в свободное время помогает проводить тренировки для ребят с церебральным параличом; Антон с синдромом Дауна. Сказал, что хочет забить десять голов. Вижу, как на матчи «Зенита» выводят ребят с инвалидностью. Наверное, с формулировкой: «Чтобы подарить незабываемые эмоции». Хорошо. Помню, как в школу к нам приходил Андрей Аршавин. Я в тот день не мог там присутствовать. Показывали фотографии потом, завидовал. Но недолго. Пару дней. Если бы меня вывели на Петровский, в своё время, что бы это значило? Пятнадцать лет назад, мне, мелкому, было бы прикольно. Но и стрессово. И страшно. И я обязательно бы почувствовал себя странно, задумался бы для чего всё это, и о цирковой обезьянке вспомнил бы. Есть понимание, что спустя годы сиюминутные радость и восторг могли бы перерасти в шрамы, а то и в травму. После тренировок у ребят часто нет возможности для нормального восстановления, этим попросту некогда заниматься. Кому-то с утра на учёбу, кому-то на работу. Родители заняты тем же. Сводить детей на массаж, или в бассейн попросту нет времени, или средств. Вывести детей на поле большого стадиона, это выигрышный ход для обеих сторон, допустим. Но если погружаться в это глубже? Во всём этом куча обречённости, бессмысленности, но со стеной холода удаётся бороться. Благодаря людям, в первую очередь, тренеру, благотворительным организациям. Людям, которые горят желанием помочь. На тренировках, на матчах столько любви и тихого взаимоуважения, чуткости. Мамы, болеющие за своих сыновей, понимающие, что, в дальнейшем, возможно, у детей будут болеть суставы, они будут чувствовать себя хуже, а футбол это только усугубляет. Братья, сёстры, даже друзья, которые приходят, чтобы поддержать. Начни мне малолетнему врач, или взрослый говорить что-то про суставы, про боль и необратимые последствия, я бы не послушал и продолжил играть. Меня бы ждали ребята во дворе. Ничего бы не выходило, было бы унизительно, против здоровых-то, но зато в этом было бы очень много жизни. Смеха, шуток, курьёзов. Где-то даже эпичности. На поле я встретил важных людей, прошедших через всю мою жизнь и идущих рядом до сих пор. Помню, был момент, когда в школу-интернат привезли много пар обуви для детишек. Это были обычные кеды, которые для ребят с инвалидностью, с их плоскостопием, ну вообще никак не рекомендованы. Только вред. И ни слова про стельки ортопедические. Это всё похоже на полумеры. Имитацию благородности. Как угодно можно это назвать, но эта небрежность и слепота – хуже тьмы. Стою на турнире, фотографирую. Сколько добрых людей действуют в тишине, в тени, не кричат об этом. В согласии. Парни играют с девушками, кричат, падают, смеются, радуются. Показывают предел своих возможностей. Кому-то из них потом на работу, у кого-то встреча с любимым, кто-то из них пойдёт в кино, а кто-то останется на следующий день дома с родителями.