Post #3871

Понятно, людям сейчас не до 130-летнего юбилея какого-то там Алексея Евграфовича Костерина. Мало ли кто родился в марте 1896 года в какой-то Новой Бахметьевке (Жирновский район Волгоградской области). И умер в ноябре 1968 в Москве. Обычный участник Гражданской войны и становления Советской власти на Кавказе. Мало ли их, репрессированных в тридцатых годах большевиков с дореволюционным стажем, писателей, кто учился вместе с Есениным и Янкой Купалой в Народном институте им. Шанявского. Да мало ли кто дружил с Андреем Платоновым. Кто вышел из КПСС и кого выгнали из Союза писателей. Согласен, не пересчитаешь. Но таких, кто понял ужас происходящего и нашел в себе мужество стать правозащитником, таких мало. И вот поэтому, не найдя никаких публикаций и упоминаний не то что на Родине, вообще у всякого рода оппозиции, и без всяких претензий на свою исключительность, напоминаю. Алексей Евграфович Костерин с 1945 по 1953 год жил в станице Усть-Медведицкой (г. Серафимович, Волгоградская область), где и происходит переосмысление происходящего. Виктор Политов говорил, что на его юношеское мировоззрение начинающего поэта повлияло общение с писателем Костериным. Тогда ему казалось странным, что не так надо строить социализм. Что каждый народ имеет своё право на самоопределение. И, особенно, смелость Костерина в высказываниях в отношении Шолохова. После 1953 года, когда появилась возможность, Костерин переезжает в Москву. И уже всю оставшуюся жизнь посвящает правозащитной деятельности. Он одним из первых в СССР заговорил о депортации Крымских татар. О самоопределении народов. О воссоздании Донской республики, пусть автономной и "нового социализма", но всё же отдельной, как Чеченская и Ингушская. О четком воссоединении Ростовской и Волгоградской областей в одну целую республику, провозглашенную и признанную советской властью ещё в марте 1918 года. Советский диссидент, основатель Украинской Хельсинкской группы генерал Пётр Григорьевич Григоренко считал его своим учителем. Неудивительно, что фигура Костерина сегодня неудобна всем. И хотя бы только поэтому его нужно было вспомнить.