Фатьянова

РКН прислал Дождю около 30 писем счастья про «Проект» https://tvrain.ru/news/roskomnadzor_uvedomil_dozhd_o_blokirovke_bolee_20_publikatsij_o_putine_ego_okruzhenii_i_kadyrove_napisannyh_po_materialam_proekta-544256/

Может быть будет странно это услышать, но я счастлива. Точнее, сегодня впервые за месяц как я уехала из России, я ощутила себя счастливой. Мне несказанно повезло, что в сложившихся обстоятельствах, я занята 24/7, будь то работа, общественная деятельность, суды, посты, походы на рынок или в банк. Я всюду спешу, ничего не успеваю, решаю вопрос с перевозкой собаки, залетаю на эфир, даю интервью, созваниваюсь в зум с питерскими друзьями, встречаюсь с друзьями в Тбилиси, планирую маршруты на время приезда друзей сюда или просто делаю уборку. Всегда есть дела и нет времени на грустные мысли. И это не потому, что я занимаю себя лишь бы чем, чтобы блокировать реальность. Это полноценная жизнь с любимой работой и приятными хлопотами. Я приняла ситуацию осознанно, как взрослая. Настало время гордиться собой и принять, что могут быть моменты счастья, не смотря на то, что я не там, где хочу быть. Спасибо вам, что вы всегда рядом. Я это чувствую каждую минуту: вашу поддержку и заботу. Вы — любовь.

В Петербурге началось рассмотрение уголовного дела против Максима Резника по существу. Сказать особо и нечего. Максим Львович сильнейший политик нашего города: прямолинейный и смелый. За это его и закрыли под домашний арест перед в выборах и не дали участвовать в них, за это он продолжает сидеть взаперти и находится под уголовным преследованием. Никаких причин для этого нет, кроме как политических. Никаких иллюзий нет, кроме как веры в хорошее. Единственное, что каждый может сделать, чтобы помочь Максиму в этой ситуации, — писать про это в сетях, придавать огласке, рассказывать знакомым и ходить на суды, точнее, к судам. Под предлогом коронавирусных ограничений на заседания слушателей не пустят, но вот постоять рядом, улыбнуться и сказать пару добрых слов Максиму, когда он в суд заходит и или выходит из него, можно. И это надо делать. Жаль, я не могу прийти к суду.

Подали с юристом аппеляционную жалобу на решение Городского суда о моем аннулированнии во Второй апелляционный суд общей юрисдикции. Когда ж эти выборы кончатся...

«Антон тут рядом» — моё место силы уже долгие годы. Я даже не помню точно, как впервые узнала про фонд, кажется, я знала всегда. Не помню сколько лет назад впервые пришла на Троицкую, чтобы познакомиться и стать волонтером. Помню Юлю, которая тогда меня встретила и провела экскурсию по мастерским, помню аутичных студентов, которые спешили обнять и пожать руку. С первой секунды было тепло и как дома. С тех прошло много лет, десятки маркетов, где я продавала продукцию на стенде Антона, несколько фестивалей, забегов, аукцион, тренинг от проекта «Autism friendly», инклюзивные экскурсии со школьниками в Манеж, поход на матчи Зенита, где выступает Оркестр тут рядом, не сосчитать сколько событий, тусовок волонтеров. Даже представить сложно сколько керамики, сделанной руками аутичных мастеров я скупила, сколько открыток с цитатами подписала. Во время избирательной кампании я выбила у начальника штаба выходной, прямо во время сбора подписей. Голова шла кругом, казалось, что ещё день в таком темпе и я посыплюсь. Я сразу написала Даше, главной по волонтерам, чтобы записаться на маркет. И несколько часов выходного дня провела на стенде, продавая продукцию магазина и рассказывая людям про фонд. Это было счастье, я не устала еще больше, наоборот, наполнилась силами на неделю вперёд. Сейчас я в Тбилиси, а «Антон» там, в Петербурге. И всё равно, где-то тут рядом. Со мной. Каждое утро я пью из кружки «Я не боюсь», которые по нашему заказу сделали в мастерской. Их всего две, одна у меня. Ем из антоновских тарелок, пишу в блокноте, сплю на подушке с обезьяной, хожу в носках с кошками и зебрами, когда холодно, надеваю толстовку «тут рядом», а на телефоне всегда наклейка «свобода!» из антоновского стикерпака. Всё это я увезла с собой. Не взяла какую-то одежду, зато взяла очень мне дорогое, что делает мой быт моим. Цитата, с которой я писала пост об отъезде: «Хочу собрать всех друзей в одну упаковку», тоже не моя. Она принадлежит студенту с аутизмом Егору. Но лучше описать мои ощущения просто нельзя. Фонду на днях исполнилось 8 лет. Он стал большим и узнаваемым, особенно в Петербурге. И может создаться иллюзия, что все на свете про «Антон тут рядом» знают, каждый помогает и нет никаких проблем. На самом деле, конечно, не так. Регулярными пожертвованиями сейчас собирается только 368 тысяч рублей от 635 человек. Вдумайтесь, что такое 368 тысяч для фонда, который помогает сотням студентов и их семьям, работает с детьми и взрослыми, у которого около 20 разных программ помощи и 5 площадок в городе. Когда на создание жизненного маршрута людей с аутизмом тратятся миллионы в год, когда в очереди на участие в проектах фонда десятки людей. Мне кажется, что ежемесячный платеж в несколько сотен рублей, стоит того, чтобы внести частичку своей помощи в возможность людям с аутизмом не жить в ПНИ, а жить. Просто жить как мы с вами. Я давно не просила вас задонатить. Я знаю, что многие итак помогают всем: от правозащитников до СМИ, на которые давят. Но я попрошу все же поддержать моё место силы. Потому что оно место силы для тысяч аутичных людей, которые благодаря фонду учатся жить самостоятельно, ходят на работу, заводят друзей и живут полной жизнью. Вот ссылка для оформления подписки: https://antontut.ru/payments/. На сайте вы можете в режиме реального времени видеть, сколько людей уже помогает фонду, увидите, как сумма вырастет, когда вы оформите своё пожертвование, а после, — будете получать отчеты, как тратятся деньги. «Жизнь — это когда живешь нормально». Ведь так?

Ну что, суд ожидаемо встал на сторону представителей ТИКа и прокуратуры. В иске отказали, нарушений не увидели. Представитель прокуратуры так лихо отбивалась от иска, что умудрилась даже сказать, что я не только избираться не имею права, но и избирать (хочется верить, что оговорилась 😂). Что дальше? Подаём аппеляцию, идём в Верховный суд и доведём дело до ЕСПЧ. Раз так сильно наши оппоненты «любят» закон, придётся по судам походить ещё немного.

Сегодня в городском суде проходит первое заседание по нашему иску о незаконном аннулировании моего выдвижения. Напомню, что принятое ТИК 18 решение об аннулировании никакого отношения к закону не имело. Во-первых, в избирательном законодательстве нет такой процедуры. Есть только выдвижение: заявляешь о своем решении участвовать в выборах, открываешь избирательный счёт и ведешь сбор подписей в поддержку своего выдвижения. А дальше уже регистрация кандидата. После сдачи подписей комиссия проверяет собранные подписи, поданные изначально документы, первый финансовый ответ и… выносит решение о регистрации или отказе в регистрации. В моём случае ждать регистрации не стали. Во-вторых, не смотря на то, что перед выборами появился закон, запрещающий лицам, причастным к экстремистским организациям избираться несколько лет, на момент моей аннуляции, решение суда о признании штабов экстремистской организацией НЕ вступило в законную силу. В-третьих, отдельного решения суда по мне лично никогда не было. На момент снятия было только решение суда первой инстанции, не вступившее в силу. Более того, на момент подачи мной документов о выдвижении, отправлялись запросы во все необходимые инстанции, из всех пришёл ответ, препятствий для сбора подписей не было. Тему про то, что этот закон, слепленный на коленке с целью не пустить сторонников Навального и сильных оппозиционеров на выборы, противоречит Конституции, я оставлю в стороне. Тут всем всё ясно. Увидев темпы сбора подписей, поддержку жителей, узнаваемость в округе, на все формальности просто плюнули. Обслуживающая интересы Макарова и городской власти комиссия сделала всю грязную работу. Наплевав на закон, нарушила мои права на свободные выборы, право быть избранной, принцип равенства кандидатов, а главное, право тысяч жителей округа, оставивших за меня подпись, иметь своего представителя в парламенте. Так что мы продолжим добиваться признания этого решения незаконным в Санкт-Петербургском городском суде, будьте уверены, пойдём и дальше. Буду держать в курсе.

Думали, что выборы давно закончились и страсти улеглись? А вот и нет, всё только начинается. Я к вам с новостями из судов по отмене результатов выборов на участках Третьего округа. Вчера в Приморском районном суде прошло три предварительных заседания по нашему административному иску, который мы подали еще в сентябре. Изначально по участкам Чёрной Речки иск был только один, но судья в итоге разделила его на три: по думским, заксовским и муниципальным выборам. Зачем это было делать не понятно, слушаться все три дела всё равно будут в одни и те же даты. По всем искам у нас приняли уточнения требований; привлекли к процессу заинтересованных лиц: территориальные комиссии 18 и 28, ну и СПбИК, куда без него. А вот в самом важном, ходатайствах об истребовании видео с участков, списков избирателей и увеличенных форм протоколов, отказали. Без всяких внятных оснований. Настрой судьи понятен, но мы сдаваться не собираемся. Теперь нашим юристам во главе с Ксенией Михайловой предстоит внимательно знакомится с делом, так как представители комиссий по запросу суда принесли немало бумажек. Следующие судебные заседания по всем трём искам назначены на 19 января. А от Петроградского районного суда, к слову, до сих пор ждём даты предварительного заседания.

Двое петербуржцев пожаловались на фальсификации в избирательной комиссии. Теперь дело хотят возбудить против них самих На последних парламентских выборах в Петербурге двое горожан — экоактивист Дмитрий Сергеев и его мать — пришли на участок №1662 в Петроградском районе. Каждому из них выдали четыре бюллетеня, но в урну они опустили только три. За кандидатов в петербургское Заксобрание мать и сын голосовать не стали: политика, которого они поддерживали, сняли с выборов. Неиспользованные бюллетени избиратели унесли домой. Но когда Дмитрий Сергеев посмотрел на итоги выборов на своем участке, то решил, что их сфальсифицировали. В протоколе комиссии Сергеев прочитал, что количество выданных бюллетеней совпадает с количеством обнаруженных в избирательных урнах. Это не может быть правдой: два бюллетеня он и его мать унесли с собой. Избиратель написал заявление в прокуратуру. Но прокуратура не нашла нарушений в том, что цифры в протоколе избиркома не сходятся с реальностью. Голоса члены комиссии считали открыто, в присутствии наблюдателей — а значит, закон не преступили, говорится в ответе районной прокуратуры (он есть в распоряжении «Ротонды»). Зато в прокуратуре задались вопросом, не нарушили ли закон сами избиратели, которые унесли с участка бюллетени. И направили обращение в районный отдел полиции — чтобы там решили, нужно ли привлечь Дмитрия Сергеева и его мать к административной ответственности. Уносить бюллетени с участка закон не запрещает. Тем не менее, в прошлом было несколько случаев, когда на избирателей составляли за это протоколы по статье о самоуправстве. Жительницу Башкирии полиция хотела оштрафовать за вынос бюллетеня на 300 рублей — суд, впрочем, дело прекратил. На петербургском участке №1662, где члены комиссии при подсчете голосов не заметили пропавших бюллетеней, наблюдатели фиксировали и другие происшествия. Оттуда сообщали о подозрениях на «карусель»; посреди ночи между днями голосования в школу, где эта комиссия расположена, прошла неизвестная с пакетами; перед началом подсчета голосов на участок пришли спортивного вида молодые люди. Петроградский район, где расположена комиссия №1662, был одним из самых скандальных во время последних выборов. Там баллотировалась (и победила) Марина Лыбанева — дочь бывшего спикера Законодательного собрания Петербурга Вячеслава Макарова.

Вау! Книга о том, как в России шьют административно и уголовки за посты и репосты. Сделано волонтерами, на основе статей «Медиазоны». Книгу прочитать и скачать бесплатно можно тут.

«Люди, которые надевают желтые звезды, выставляют себя жертвами геноцида, которого нет, и тем самым издеваются над памятью погибших. Если так будет продолжаться, тогда в принципе желтую звезду можно надевать по любому поводу. Например, если кто-то будет протестовать против платной парковки». Противники вакцинации сравнивают себя с евреями в период холокоста и прикрепляют к одежде желтые шестиконечные звезды. В странах Западной Европы и США движение антипрививочников тоже использует этот символ для протеста. Мы поговорили с экспертами о том, что не так с этим трендом.

Суд взыскал со спецкора журнала «Холод» 300 тысяч рублей по иску петербургского политика, экс-депутата от «Яблока» Александра Кобринского. Политик обвинял журналистку в распространении порочащих сведений из-за текста о его сексуальных отношениях со студентками В Петроградском районном суде закончился процесс по иску о защите чести и достоинства, который Александр Кобринский подал к журналистке Софье Вольяновой. Речь в иске шла о тексте «Блистательный профессор», где говорится о том, что Александр Кобринский, будучи преподавателем РГПУ им. Герцена и организатором Летней школы по русской литературе, вступал со студентками в сексуальные отношения. Политик оспаривал два эпизода из этого текста — в них студентки анонимно рассказывают, что Александр Кобринский снимал их на камеру и связывал против их воли. Суд частично удовлетворил требования экс-депутата. Он обязал Софью Вольянову написать на своей странице в Facebook опровержение и выплатить Александру Кобринскому 300 тысяч рублей компенсации. Журналистка заявила, что будет обжаловать решение суда. Текст «Холода», в котором несколько студенток обвинили Александра Кобринского в том, что он склонял их к сексуальным практикам против их воли, вышел больше года назад. Его публикация спровоцировала конфликт в петербургском «Яблоке». Двое яблочников вошли в инициативную группу, чтобы проверить достоверность расследования. Они встретились с девушками, которые делились своими свидетельствами с журналисткой Софьей Вольяновой, и выпустили доклад: в нем говорится, что героини текста существуют в реальности и что их слова соответствуют изложенному в «Холоде». В «Яблоке» рассматривать этот доклад не стали: лидер партии Николай Рыбаков сказал «Ротонде», что изучать «приватную» жизнь Александра Кобринского у него «нет ни времени, ни желания», а само расследование — лишь частная инициатива людей, которые на тот момент своё членство в «Яблоке» не подтвердили. Сам Александр Кобринский тогда назвал подготовку доклада попыткой расколоть партию. С заявлением о харрасменте со стороны Александра Кобринского неанонимно выступила член «Яблока» Марианна Ильина. После этого политик обратился в арбитраж петербургского «Яблока» — и этот партийный орган признал заявление Марианны Ильиной ложным и порочащим честь и достоинство Александра Кобринского.