Post #1002

Во дворе дома 72 на Набережной Мойки в Петербурге в день восстания декабристов разыгралась грустная и одновременно печальная драма. Когда читал воспоминания, то хотел завыть и сказать: Рылеев один из казнённых лидеров декабристов послушай свою жену и перестань выпендриваться. «Но здесь ожидала нас трудная сцена. Жена его выбежала к нам навстречу, и когда я хотел с нею поздороваться, она схватила мою руку и, заливаясь слезами, едва могла выговорить: — Оставьте мне моего мужа, не уводите его — я знаю, что он идет на погибель. ...я уговаривал ее такими словами, как будто супруга и мать должна была понимать мои чувствования, но это было холодно для ее сердца. Рылеев, подобно мне, старался успокоить ее, что он возвратится скоро, что в намерениях его нет ничего опасного. Она не слушала нас, но в это время дикий, горестный и испытующий взгляд больших черных ее глаз попеременно устремлялся на обоих — я не мог вынести этого взгляда и смутился. Рылеев приметно был в замешательстве, вдруг она отчаянным голосом вскрикнула: — Настенька, проси отца за себя и за меня! Маленькая девочка выбежала, рыдая, обняла колени отца, а мать почти без чувств упала к нему на грудь. Рылеев положил ее на диван, вырвался из ее и дочерних объятий и убежал», — вспоминал очевидец и декабрист Николай Бестужев. У меня в тиктоке и инсте есть недословный пересказ этой истории. @FedorPishet