Post #6437

10. Похожая история произошла вскоре и с В. Гроссманом, который написал роман «Жизнь и судьба», где ВПЕРВЫЕ в советской литературе проводилась параллель между Гитлером и Сталиным. Роман был отдан в журнал «Знамя», но там сочли его антисоветским и передали рукопись в ЦК КПСС. А уже там было решено передать это дело в КГБ, чтобы тот провел обыск в доме писателя и изъял все документы, связанные с этим романом. Что же такого крамольного написал в своем произведении Гроссман? Это было продолжение романа «За правое дело», который увидел свет еще при жизни Сталина – в 1952 году. Само название книги говорило о том, что в ту пору писатель еще не сомневался, ЗА ЧТО ВОЮЕТ советский народ – за правое дело (книга повествовала о Сталинградской битве). Но потом Сталин умер, в 1956 году грянул ХХ съезд и в голове у Гроссмана (как и многих других его коллег-соплеменников), как будто переключился некий тумблер – все они переквалифицировались в антисталинистов. И некогда ПРАВОЕ дело (победа над фашизмом, который угрожал всем народам, но евреям ОСОБЕННО) для них превратилось в НЕПРАВОЕ. И Гроссман стал ПЕРВЫМ советским писателем-евреем, кто сравнил нацизм и сталинизм. Вот как об этом написал один из рецензентов: «Фашизм в романе изображен не только как социально-историческое явление, а как некая тёмная сила, разрушающая жизнь. Фашизм устанавливает отношения между людьми, основанные на страхе и агрессии. Достаточно вспомнить встречу в лагере фашиста Лисса со старым большевиком Михаилом Сидоровичем Мостовским. Мостовской — революционер, представитель ленинской гвардии слушает размышления Лисса о том, почему должен победить фашизм. Он говорит, что человек есть «ничто по сравнению с идеей», цель, если она великая, не должна оцениваться с точки зрения критериев морали и нравственности. Лисс говорит, что у Мостовского нет оснований ненавидеть нацизм, поскольку Гитлер лишь учился у Сталина и «кто на нас смотрит с ужасом, тот и на вас смотрит с ужасом». Слушая его, Мостовской с ужасом понимает, что и сталинизм и фашизм основаны на общих убеждениях. Мостовской искренне считал, что социализм — это свобода, поэтому можно было принести в жертву социализму многое, в том числе настоящую свободу. Поэтому Мостовской не был против репрессий в 1937 году. Теперь он понимает, что и сталинизм и фашизм — это тоталитарная лестница, во главе которой один человек. Этой системе служат такие люди, как Неудобное, палач по своей сути, который подписывает огромные списки для отправки в лагеря.