Post #6660

17. После неудачи с «Современником» Солженицын нацелился на «Таганку», надеясь, что на её сцене ему всё-таки удастся заявить о себе, как о драматурге. Но в октябре 1964 года сняли Н.Хрущёва и «лагерная» тема оказалась под запретом. А как мечталось увидеть зэков и шалашовок на сцене, да ещё распевающих песни, которые мог бы сочинить Владимир Высоцкий! И лишь в мае 1991 года Олегу Ефремову удастся воплотить эту идею в жизнь – на сцене МХАТ имени Чехова (зря что ли он разделился на две части за четыре года до этого!) был поставлен спектакль «Олень и шалашовка». К тому времени страна уже мчалась на всех парах к своей гибели под хриплые песни Высоцкого про «наследие мрачных времён» и фильмы про «сталинские репрессии», снятые на основе лагерной прозы, которую когда-то нельзя было экранизировать и инсценировать, а теперь на это было дано высшее кремлёвское одобрение. Ведь ещё в конце 1980-х Солженицын в СССР был идеологически реабилитирован, поэтому никаких препятствий к постановке его произведений быть не могло. Кроме этого, надо учитывать и тот моральный фон, который установился в стране, – впереди уже зримо маячил бандитский капитализм (беспредел), где главными героями нации должны были стать не летчицы или монтажницы, а шалашовки – блядушки по-лагерному. Напомним, что запустил этот процесс в 1989 году кинорежиссер-«иудеец» Пётр Тодоровский, снявший «Интердевочку» (или «Интершалашовку») – фильм про валютных проституток.