Post #6699

23. Итак, Александра Солженицына выпускали на Запад как важного участника оперативной многоходовки, разработанной в недрах ЦК КПСС и КГБ. Целью этой операции под названием «Кентавр» было внедрить «Ветрова» в западное диссидентское сообщество как по светской линии, так и по религиозной. И то «Великопостное письмо», которое Солженицын написал в марте 1972 года на имя Патриарха Московского и всея Руси Пимена, могло быть не только его инициативой, но и тех людей, кто уже тогда планировал его выведение за кордон. В своём письме писатель возмущался отсутствием позиции церкви по вопросу воспитания новых поколений: дескать, дети с рождения попадали в плен атеистической пропаганды, а иерархи хранили молчание. Ещё чуть-чуть – и христианство, по его словам, на российских просторах можно будет сдавать архив. В письме это звучало так: «Русская история потекла бы несравненно человечнее и взаимосогласнее, если бы церковь не отреклась от своей самостоятельности, и народ слушал бы голос её…». Вспомним, что Солженицын, кого только не поучал: и своего собрата-писателя в письме против цензуры в адрес Съезда писателей (1967), и церковных иерархов, и даже вождей Советского Союза. Короче, играл по-крупному, набирая себе очки не столько на родине, сколько на Западе, куда он «намылился» после женитьбы на второй жене (молодой), которая стала рожать ему наследников одного за другим (за три года сразу трёх).