Post #7170

Съёмка была ночная. Где-то на задворках «Мосфильма» была построена очень забавная декорация. Мак-Кинли, Донатас Банионис, сходит с кучи песка, и начинается розыгрыш. Они играют в весёлую игру, они делают вид, что это - ах! - какой-то мессия, пришелец с небес, суперзвезда, бог! Мак-Кинли, в белом хитоне, говорит: нет, я чиновник, член лицензионного совета! - но хиппари всё равно его окружают. Это был не танец, не пантомима, а почти жизнь, хорошая такая возня - и тут из них же, из этой толпы выскакивает их главарь, Певец, Володя со своей гитарой, очень хорошо вступает музыка и начинается эта потрясающая песня «Вот это да!»... Далее под хор Мак-Кинли тащили, усаживали и играли для него одного свою мистерию «Мы рвём, и не найдём концов», и весь этот розыгрыш обрывал крик петуха - это был конец первой серии (во время сдачи фильма в Госкино эту сцену прикажут вырезать именно из-за песни «Мистерия хиппи» с её подтекстом: «…Долой ваши песни, ваши повести!/ Долой ваш алтарь и аналой!/ Долой угрызенья вашей совести!/ Все ваши сказки богомерзкие — долой!..». Цензура с этим «Долой!» категорически не согласилась, поскольку прекрасно понимала, к кому именно этот призыв был обращён. Но это было всё, на что была способна советская цензура. Заткнуть рот этому агитатору по-настоящему она не могла – это было не в её компетенции. Вырезать из фильма – пожалуйста! Но запретить ему концертировать по стране и распространять свои песни на магнитофонах – «дудки», или «накуси, выкуси!».