Post #472

Внезапно поняла, что нужен текст про инклюзию без инклюзии. Я сейчас расскажу несколько кейсов (они реальные, происходили со мной), по ним будет понятным контекст. 1. Когда мы запускали крауфандинговый проект, я искала совершенно разных людей и разные компании, которым писала письма о нашем проекте, с просьбами помочь, ну и о наших взаимовыгодных предложениях (рекламная интеграция, например). В том числе я написала авторке канала одной из крупнейших компаний на российском рынке, которая писала как раз про инклюзию. Ее ответ был примерно таким: я не хочу писать на канале пост про краудфандинг, чтобы не размывать контент. Но и с пожеланием удачи и роста, потому что проект наш хороший. Я тоже не люблю размывать контент. Например, я не публикую на канале объявления о поиске тьютора родителями, но у меня есть инструкция, что можно сделать родителю, если он/она обращается ко мне с таким вопросом. Ведь это же как раз тема включения человека в свой фокус: найти способ, как человек или проект будет в твоем контенте гармоничен — это ли не инклюзия? Да, не всем все нравятся, отказаться — это тоже про инклюзию. Но сделать попытку поиска компромисса мне кажется исключительно важным действием. 2. За последние два месяца я поучаствовала в четырех конференциях. Две из них были полностью онлайн, а две — в гибридном формате. И вот одна из гибридных конференций (не буду ее называть, потому что сам проект крутой и важный) очень сильно подвела всех онлайн участников. В первый же день стало понятно, что не слышно ничего. Бочка, эхо, не разобрать — полный набор. Дальше случилась работа по аудиториям, и все стало еще хуже, там вообще никакого внимания к онлайн участникам, спикер был сосредоточен на офлайне, все наши вопли-сопли в онлайне гасились «заботливой поддержкой», которая говорила «сейчас-сейчас». Ух, как же это было плохо и неправильно! В конце дня они написали, что учли все ошибки и во второй день исправятся. Несложно догадаться, что во второй день был такой же ад. Если не хуже. Я потеряла полностью два выходных дня, нервы и ментальное здоровье. Я злилась, но продолжала есть кактус, потому что поддержка чате говорила, что вот сейчас-сейчас всё поправят. Я не просто потеряла выходные и восстановление ресурса, но и усугубила свое состояние. И эта конференция была платная. На сцене руководитель конференции весело отчитывался, что в онлайне их смотрят несколько тысяч. Я сидела, сопоставляла сумму за билеты и думала, почему нельзя было позаботиться о качественной трансляции? Это же про инклюзию. И про то, как на нее наплевали с высокой колокольни. 3. Миллион примеров вроде бы доступной среды, когда пандусы под углом 45 градусов, когда везде поребрики мешают движению, когда не думают про эффективность размещения визуальных подсказок или про шрифт Брайля и так далее, когда объявленная доступность на самом деле недоступна. Мысль такая: мы можем быть евангелистами инклюзии, просветителями и теми, кто информирует других. Но нам надо стараться и самим быть инклюзивными, принимающими и понимающими. Если у нас принятие сформировано в виде «вообще-то такие дети могут учиться в общих классах, но… », то мы не про инклюзию. Или «мы готовы принять человека с инвалидностью в штат, но… » (и это не связано с трудовыми компетенциями), то это тоже не про инклюзию. Да, конечно, причины отказа могут быть объективными. Но в таком случае у нас в голове общее право для всех людей с инвалидностью всё равно есть. То есть, по умолчанию можно всем и всё (в пределах закона и в рамках социального договора), но дальше уже идет набор факторов, который действовал бы и в мире нейротипичных людей. Да, я понимаю, что это может сложно синхронизироваться — темные мысли будут выдаваться за благие дела, но очень часто при первом удобном случае видно, как у нас в голове на самом деле всё устроено.