Онколог Леоненков

Вечер этой субботы был омрачен новостью: ушел из жизни Михаил Иосифович Школьник. Мой учитель и наставник, благодаря ему я состоялся как специалист онкоуролог. Человек-эпоха, человек-бренд, он не был публичной личностью, не выступал на конгрессах, но при этом его знали все. «Только к Школьнику»- советовали пациентам знакомые, врачи и сарафанное радио. Врач от бога, хоть и не люблю этот оборот, но как раз к нему он очень подходит. Толпы людей в коридоре под кабинетом, потому что позвонили накануне, а он сказал: «приходите завтра». Не через неделю, не через месяц, не запишитесь на прием, а завтра. Готовый всегда помочь даже непрофильным пациентам, пристроить к маммологу, ревматологу, позвонить однокурснику-главврачу другой больницы, договориться. Обходы всего отделения утром и в конце рабочего дня. Феноменальная память. «Я вас помню, 7 лет назад я оперировал вашего отца. Правая почка была, верно?» И это не заглядывая в медкарту, а просто с порога. Блестящий хирург. При мне начал осваивать простатэктомии, тогда еще в начале 2000-х не частая операция. Гордился результатом: прооперировал за 1.5 часа! кровопотеря всего 100 мл! мочу удерживает с первых суток! Мог договориться со всеми, так как сам всем помогал и все это ценили. Я ушел в онкоцентр 15 лет назад, но он оставался рядом, хоть и не виделись. Часто созванивались, он просил за кого-то, я просил совета по кому-то. И вот ушел. Ушла эпоха, ушел бренд, ушло имя… Но мы будем его помнить.

Дорогие друзья! Вчера завершился мой визит в Южную Корею, где я в течение 10 дней стажировался и обучался робот-ассистированной хирургии. Огромное спасибо корейским коллегам, которые стали моими менторами в эти дни и продемонстрировали блестящую технику роботической хирургии, отточенную многолетним опытом: профессору Чангу (Jae Seung Chung), профессору Паку (Sang Hyun Park) и профессору О (О Cheolgyu). Так же выражаю благодарность директору нашего онкоцентра члену-корреспонденту РАН, профессору Моисеенко В.М. за возможность данной поездки и директору клиники Haeundae Paik Hospital Sung-Soo Kim за организацию моего приема в клинике. На фото: в операционной; с докторами после рабочего дня; директор Kim вручает сертификат.

Продолжается моя стажировка в госпитале Haeundae Paik Hospital в Южной Корее и вчера с коллегами мы обсуждали постдипломное обучение врачей. В отделении урологии работают несколько резидентов (по-нашему - клинических ординаторов). По моим наблюдениям и после общения с ними я понял, что их практически не допускают до операционной. Максимум что может сделать их ординатор 1 года- это произвести замену (не установку, а именно замену) мочеточникового стента. До ассистенции на операциях речи не идет, это доступно более старшим ординаторам. Срок обучения составляет 4 года после университета. Затем доктор становится специалистом-урологом, но не может самостоятельно оперировать, ему нужно отработать еще 2 года в отделении под наставничеством более опытного врача (fellowship). Что у нас? В России сразу после университета доктор обучается 2 года в клинической ординатуре, после которой он теоретически может начинать работать оперирующим хирургом. Скажу сразу: из-за такого короткого срока мы допускаем ординаторов до ассистенций, а к концу 1 года мои ординаторы выполняют самостоятельно небольшие операции (под моим контролем). Никакого наставничества после ординатуры не предусмотрено (хотя сейчас что-то об этом начали говорить). Безусловно, 2 лет категорически недостаточно для того, что бы научиться хорошо делать операции. Но есть одно «но». В России ординатор платит за свое обучение в ординатуре (200-500 тысяч рублей в год), а в Корее наоборот, получает зарплату, на которую по нашим меркам можно неплохо жить (она примерно сравнима с зарплатой опытного врача в России). Корейские коллеги были очень удивлены этим фактом, гораздо больше, чем разницей в сроке обучения. Я думаю, что эти отличия играют ключевую роль в недостаточном образовании наших специалистов после университета, а финансовый вопрос делает невозможным длительное постдипломное образование в России. Мое мнение таково: если государство заинтересовано в подготовке по настоящему хороших специалистов, оно должно вкладываться в это. Но пока что государство ограничивается обязательным распределением врачей после университета в регионы, что по моему мнению противоречит созданию благоприятной среды для подготовки грамотных специалистов. Этот канал дублируется в МАХ, однако комментарии можно оставить в телеграм

Вчера профессор Чанг выполнял робот-ассистированную простатэктомию пациенту 63 лет. При обсуждении пациента перед операцией я был немного удивлен: гистологическое заключение по биопсии звучало так: «в одном из 12 столбиков подозрение на аденокарциному простаты». Я спросил, не опасается ли профессор, что по результатам послеоперационного гистологического заключения рак не найдут. Ответ был таким: с пациентом все обсуждено, он сам настаивает на удалении простаты. В России мы бы либо добились внятного заключения без слова «подозрение», либо наблюдали пациента с назначением повторной биопсии через какое-то время. Однако, во время операции, при пересечении уретры в области верхушки простаты профессор заметил влоль уретры подозрительную на опухолевую ткань и взял оттуда срочную биопсию. Спустя некоторое время из лаборатории сообщили, что это ткань аденокарциномы. Проблема в том, что эта зона ни как не могла быть взята во время дооперационной биопсии, она практически недоступна и размеры были небольшие. Профессор удалил все подозрительные ткани, целесообразность операции для меня стала очевидна. А позавчера профессор Пак выполнял роботическую простатэктомию пациенту 80 (!) лет. Мое недоумение было развеяно тем, что средняя продолжительность жизни мужчин в Южной Корее - 80.1 лет (в России — 68 лет). Профессор рассказал, что таких пациентов они оперируют не часто, но у данного мужчины не было выраженной сопуствующей патологии, и сам пациент проявлял большое желание избавиться от рака хирургическим способом. На фото: профессор Чже Сун Чанг со мной и роботом Da Vinci) Напоминаю, что этот канал дублируется в МАХ

Сегодня профессор Чже Сун Чанг проводил роботическую резекцию правой почки. Перед операцией мы вместе обсудили пациента, и когда я увидел снимки КТ, сразу вспомнил недавний случай, который я публиковал. Естественно, показал видео профессору и он удивился: «Не может быть- это тоже самое!». Действительно, опухоль правой почки, размеры примерно 3 см, край опухоли вблизи почечных сосудов, 3 почечных артерии и 1 вена (в моем случае было 2 артерии). Профессор изначально был настроен на нефрэктомию, но планировал рискнуть сделать резекцию (пациент безусловно был предупрежден о высоком риске удаления почки). Однако, вдохновленный видео моей операции он решил, что резекция должна получиться. Но в процессе выделения опухоли, когда он увидел близость края опухоли к почечной вене его оптимизм поубавился, он стал сомневаться. Я практически уговорил его рискнуть. Все получилось блестяще с минимальной кровопотерей и без нарушения целостности опухоли. Время ишемии составило 24 минуты (почти как в моем случае). Это не удивительно: опыт роботической хирургии профессора Чанга - 21 год! Но в конце операции он сказал, что сделал резекцию исключительно благодаря мне. Скорее всего это была шутка, но мне было приятно. На видео- в кружочке моя операция для сравнения. Если боитесь крови, лучше не смотрите. Ну и напоминаю, что этот канал дублируется в МАХ

Дорогие друзья! Сегодня мой первый день на стажировке в больнице Haeundae Paik Hospital, в городе Пусан, Южная Корея. Впечатлений очень много, но самое главное (и это очень важно) - это тёплый и радушный приём. Очень добрые и приветливые люди, причем это касается и докторов и медсестер и другого персонала. Сегодня присутствовал на двух роботических операциях по поводу рака почки. Если коротко- то есть чему поучиться и что перенять. Завтра планируются операции по поводу рака простаты на роботе Da Vinci

На днях в интернете поднялся шум из-за этой публикации: "Глава союза страховщиков предложил повышать взносы по ОМС толстым и курильщикам". Конечно, многие журналисты и блогеры подали данную новость в ключе нарушения прав человека, однако я объясню свою точку зрения как врача-онколога. По поводу курения. Думаю, подавляющее большинство людей знают и понимают, что курение - вредно для здоровья. Об этом объясняют детям, этому посвящено уйма научных исследований с высоким уровнем доказательности, об этом предупреждает Минздрав и ВОЗ крупными буквами и страшными картинками на каждой пачке. В моей работе я часто вижу заядлых курильщиков, в частности, с раком мочевого пузыря (для которого, как и для рака легкого курение - один из главных факторов риска). Многие пациенты сознательно не бросают после установления этого диагноза и продолжают курить на протяжении всего лечения. А потом возвращаются с рецидивами и прогрессированием, лечение которых может быть гораздо более затратным (например, одно введение препарата ниволумаб, который используется для лечения неоперабельного рака мочевого пузыря обходится фонду ОМС в 237 000 рублей, в месяц 2 введения, лечение может быть длительным, год лечения обходится в 5 млн 688 тысяч). По поводу лишнего веса. Ожирение, так же как и курение - один из факторов риска многих онкологических заболеваний. Да, скажете вы, иногда ожирение является не следствием обжорства, а обменных заболеваний, например сахарного диабета. Однако, на сегодняшний день есть миллион средств для лечения сахарного диабета и в частности лишнего веса, который с ним связан. И все-таки, у большинства пациентов лишний вес - это прямое следствие нарушения пищевого поведения, отрицания соблюдения диет, правильного питания. Есть еще один момент, связанный с ожирением. Таких пациентов очень сложно лечить. Если обычную резекцию почки или нефрэктомию пациенту с нормальным весом я делаю за 40-70 минут, то пациенту с лишним весом я ее буду делать в 2 раза дольше: здесь будут и проблемы с доступом в брюшную полость из-за толстой брюшной стенки и проблемы с выделением органа и сосудов, так как из-за абдоминального жира нет никаких привычных ориентиров. Чем дольше длится операция, тем выше риск осложнений, связанных с наркозом. Послеоперационный период у тучных пациентов часто осложняется нагноением ран, продлевается срок госпитализации, после выписки создается повышенная нагрузка на амбулаторное звено - пациенты могут месяцами ходить к хирургу на перевязки. Случались ситуации, когда мы были вынуждены отказывать в лечении в связи с тем, что вес пациента превышал грузоподъемность операционного стола или линейного ускорителя для лучевой терапии. Помню пациента, который из-за габаритов не пролез в магнитно-резонансный томограф. При этом существующие тарифы не учитывают вес пациента, операция стоит одинаково для всех. С другой стороны, мы живем в правовом государстве и бесплатная медицинская помощь гарантирована Конституцией... Дальше я хотел написать про повышенные тарифы для лечения курильщиков и пациентов с лишним весом, возразить чиновнику, который предложил доплачивать за лечение самим пациентам с ожирением. Как планирует доказывать курит пациент или нет? Какой вес пациента будет считаться критическим для доплат за лечение? Предлагаю написать в комментариях, что вы думаете по этому поводу и имеет ли право на существование мнение о софинансировании лечения вышеуказанными пациентами.

«Эти современные доктора – хоть бы посмотрели, послушали, помяли живот, нет! Им сразу КТ, МРТ подавай, а потом уже поговорим» - иногда приходится слушать такие разговоры пациентов, ожидающих прием в коридоре. Да, действительно, прогресс в медицине не стоит на месте и сейчас сложно представить диагностику без КТ и МРТ, а лечение без современных таргетных и иммунных препаратов. «А вот раньше!»… Давайте посмотрим, что было раньше, скажем, лет 150 назад. Многие даже не задумываются, какая была медицина тогда. Середина XIX века. Хирургические клиники Европы больше напоминали филиалы моргов, чем места исцеления. «Великая белая чума» — послеоперационный сепсис — косила пациентов с ужасающей регулярностью. Врачи в залитых кровью сюртуках переходили от вскрытия трупов к родам, не моя рук, считая болезни следствием «миазмов» или дурного воздуха. Ткани во время операций сшивали нитками, надерганными из простыней или своей рабочей одежды. Инструменты валялись в ящиках подобно гаечным ключам в автомастерской. Понятия о существовании бактерий, как о возбудителях воспалительных процессов тогда еще ни кто не имел. В 1846 году молодой венгерский акушер Игнац Филипп Земмельвейс был потрясен статистикой: в его отделении от родильной горячки умирало до трети (!) женщин, тогда как во Второй клинике, где работали акушерки, смертность была в разы ниже. Земмельвейс искал причину фанатично. Поворотным моментом стала смерть его друга, профессора Якоба Коллечки, который порезался скальпелем во время вскрытия трупа умершей от родильной горячки. Симптомы его болезни были идентичны посмертным проявлениям у рожениц. Земмельвейса осенило: это «трупный яд»! Студенты-медики из его клиники приходили к роженицам сразу после занятий в прозекторской, перенося на руках невидимые частицы разложения. Акушерки же трупов не вскрывали. В 1847 году Земмельвейс ввел правило: мыть руки раствором хлорной извести. Результат был ошеломляющим — смертность упала до 1–2%. Он спас тысячи жизней, создав первую в истории эффективную систему антисептики. Но вместо оваций его ждала травля. Коллеги подняли его на смех. Признать, что это джентльмены с чистыми руками убивают пациенток? Невозможно. Земмельвейса уволили, а его письма к европейским профессорам с гневными обличениями оставались без ответа. Сломленный предательством и непониманием, в 1865 году он попал в психиатрическую лечебницу, где и умер, по иронии судьбы, от заражения крови Идеи Земмельвейса не были забыты окончательно. Их семя упало на благодатную почву, подготовленную гением Луи Пастера, доказавшего, что процессы брожения и гниения вызываются микроорганизмами. В 1860-х годах британский хирург Джозеф Листер с ужасом наблюдал за тем, как его пациенты умирают от нагноения после блестяще проведенных операций. Ознакомившись с трудами Пастера, Листер провел параллель: раз рана гниет, значит, в нее попадают эти живые микробы из воздуха и с рук хирурга. Значит, их нужно уничтожать на месте. Для этого он выбрал карболовую кислоту (фенол). В 1865 году он впервые применил её для лечения сложного перелома. Повязка, пропитанная карболкой, предотвратила заражение. Так родилась система антисептики Листера. Она была сложной и вредной для кожи (карболка разъедала руки хирургам), но работала. Листер распылял карболку в воздухе операционной («carbolic spray» - это его распыляют на картинке), обрабатывал ею инструменты, швы и перевязочный материал. Все шло не очень гладко: хирурги и персонал операционной страдали от отравлений фенолом, а несколько человек умерли от этого. Он методично публиковал свои результаты, и мир начал прислушиваться. К 1880-м годам антисептический метод Листера был признан во всем мире. И Земмельвейс, и Листер шли к одной цели. Первый сгорел в пламени собственного отчаяния, второй был увенчан лаврами при жизни. Но дорогу к современной хирургии, где риск заражения сведен к минимуму, мы прокладываем по следам обоих. Это история о том, как наблюдение, подкрепленное наукой и мужеством, победило слепую веру в традиции.

Онколог Леоненков pinned «❗️❗️❗️Дорогие друзья! Учитывая ситуацию с возможной полной блокировкой телеграма я сделал канал в МАКСе. На данный момент туда просто копируются все мои посты, выложенные в канал в телеграм. Я планирую продолжать выкладывать информацию в телеграм, используя…»

❗️❗️❗️Дорогие друзья! Учитывая ситуацию с возможной полной блокировкой телеграма я сделал канал в МАКСе. На данный момент туда просто копируются все мои посты, выложенные в канал в телеграм. Я планирую продолжать выкладывать информацию в телеграм, используя сами знаете какие сервисы, пока они работают в РФ. Как будет дальше - я не знаю, но если есть желание подписаться в МАКСе, можно это сделать по ссылке: https://web.max.ru/-70929734202714 или по ссылке https://max.ru/join/5ERGATGX1rPhp8PE284xXHfLfvMugoy7YajdFfyeao4

Нефростома – что это и зачем? …

❗️❗️❗️ Важная информация❗️❗️❗️ Уважаемые пациенты! Как многие из вас знают, в марте я планировал уехать в командировку, в связи с этим была закрыта запись на прием. Сроки поездки изменились: меня не будет на работе с 26.03 по 9.04. На эти дни запись на прием, в том числе по телемедицине будет закрыта. С 25.02 по 25.03 запись открыта, можете записываться. Напоминаю, что очный прием производится по ПН и СР с 15:00 до 19:30 (запись через колл-центр +7812-573-91-31, отдел платных услуг +7812-573-91-29, или через личный кабинет на сайте http://www.oncocentre.ru) телемедицинские консультации - ВТ и ЧТ 15:00 (по предварительному согласованию по эл.почте [email protected])