🎵Как устроена Яндекс.Музыка —[2:29:10]
Посмотрев это интервью, вы узнаете всё о том, как работают алгоритмы рекомендаций в подобных музыкальных сервисах.
Его гость, руководитель разработки медиасервисов в Яндексе, рассказал, какой язык используется для показа рекомендаций, затронул несколько сложных тем и на пальцах показал, как это всё устроено.
Перейти к просмотру
#видео#интервью
МИНИ-ИНТЕРВЬЮ С КИРОЙ ИЛЛАРИНОВОЙ
— В Вашем антиманифесте чувствуется отказ от громкой декларации. Для вас это было про то, чтобы отодвинуться от привычных форм высказывания и попробовать другой способ работы с собственным опытом?
— Для меня привычный способ высказывания — через изображение. Я не пишущий человек, и у меня изначально был и остается конфликт с самим жанром манифеста. Наверное, я действительно не хочу говорить громко и определенно, я не хочу влиять.
— Ваши записи воспринимаются и как текст, и как объект, за которым можно наблюдать. Что для вас меняется, когда личные слова начинают «работать» в пространстве и становятся частью визуального опыта? В тексте есть ощущение случайности и непринуждённости, будто записи возникали спонтанно. Для вас это важный элемент — оставлять место случайному, или за этим тоже стоит внутренняя система и отбор?
— Да, мне нравится определение «объект». В каком-то смысле это так, потому что все пункты — это действительно результат наблюдения за своей речью. Я не писала их намеренно, а собирала по перепискам с близкими людьми и фильтровала по слову «люблю». Это и фиксация моей естественной / спонтанной речи (которая возникла без какой-либо интенции кроме как сказать, что я думаю/люблю сейчас), и ее архивирование. Я одновременно и внутри, и снаружи.
Тема случайности действительно важна для меня в первую очередь как территория, исключающая фигуру автора. Это сочетание (иногда) странного и анонимного, это веселая находка, которая включает воображение и немного подсвечивает абсурдный слой реальности.
#интервью
МИНИ-ИНТЕРВЬЮ С СЕЛИНОЙ ТАЙСЕНГИРОВОЙ
— Первая строка твоего текста работает как инициация и через неё открывается портал. Что стоит внутри тебя за этим жестом: сомнение, игра или тихая вера?
— Конечно, первая строка – это в чём-то и инициация, и портал, и переход от внешнего к внутреннему. Но по форме – это предложение сыграть в игру с простыми правилами: если всё перевёрнуто – давайте перевернём обратно.
Немного наивная интонация текста потому и выбрана, что так играть могут только дети. Но эта "детскость" для меня также означает, что всё, кажущееся слишком сложным, может стать проще, если сменить оптику. А невозможное возможно, если выкинуть из уравнения сам факт невозможности. Короче говоря, да, это игра, да – весьма сомнительная, но это и тихая вера в то, что каждый человек может сделать какой-то совсем небольшой жест: перевести через дорогу обругавшую тебя старушку или печь и раздавать бесплатный хлеб. И этот жест – каким бы он ни был маленьким – сподвигнет человечество в сторону мира и добра.
— Фигура субъекта в твоём тексте осторожно встроена в текст, как будто он не действует, а остаётся и смотрит, как растёт невозможное. Ты с самого начала знала, что останешься внутри или это стало понятно, только когда текст сам начал расти? Как чаще ты пишешь?
— Да, это скорее свойственная мне манера – оставаться внутри себя и из этой внутренней точки наблюдать за происходящим. Люди вообще очень много действуют, но очень мало наблюдают или пытаются понять, что движет другими. Отсюда и конфликты – хоть мелкие, хоть глобальные. Мне кажется, исцеление в том числе и в умении наблюдать, слушать и слышать. Потому что когда тебе кажется, что тебя ругают и ненавидят, чаще всего это не столько ненависть, сколько желание быть услышанным.
— Твой текст телесно успокаивает: всё перевёрнуто, но именно так и правильно, спасать муравьёв, не умирать, печь исцеляющий хлеб. У меня остаётся ощущение, что ты этим текстом поддерживаешь гуманитарную этику 2.0, где забота, мягкость и простое присутствие становятся базовыми. Ты это ощущаешь как личное убеждение, как поэтическую интуицию или как утопию, в которую хочется верить, даже если не веришь, или что-то другое?
— Сегодня очень много трагичных, безысходных, а порой и агрессивных текстов о войне. Это естественно. Время – определяет, тем более когда транслируется лично пережитый опыт. Но по моему личному ощущению, с которым можно согласиться или не согласиться, такие тексты множат боль и чувство безнадежности. Опускаются руки. Чувствуешь, что от тебя ничего не зависит, что лучше уже не будет, а впереди только апокалипсис.
При этом я чувствую, что опускать руки нельзя. Реальность вокруг тебя чаще всего такая, какой ты ее конструируешь. Видишь врага – человек будет вести себя, как враг. Видишь в человеке добро, и он волей-неволей проявит свои лучшие качества. Можно проснуться утром и не встать с постели, потому что бесполезно и незачем. А можно обнять кошку и порадоваться, что есть существо, которое любит тебя просто так. Каждый из нас приближает или оттягивает апокалипсис.
Конечно, мой текст – чистой воды утопия. Но если бы у меня был рецепт исцеления, то он был бы именно такой. Занимайтесь любовью, а не войной. Что бы это ни значило.
#интервью
МИНИ-ИНТЕРВЬЮ С АННОЙ АКСЕНОВОЙ
— Твой текст работает сразу в нескольких регистрах: и как иронический выпад, и как попытка деконструировать политическую мифологию, и как размышление о положении пишущего человека — между инструментальностью и «богоизбранностью». Тебе как самой комфортно определить своё место в этой системе — наблюдательница, свидетель, участница, линза?
— В первую очередь я автор. Авторство предполагает, что мы преобразуем и создаем. А не просто наблюдаем или пропускаем через себя. Хотя я уже представила такую линзу в человеческий рост, человека-линзу, поэта и супергероя. «Глаголом жечь сердца людей» заиграло новыми красками. Я никак особенно не определяю свое место, особенно в каких-то системах. Я взаимодействую с разными местами: приехала в Америку и появилась «Американская поэзия», а когда вернулась в Россию, началась моя внутренняя иммиграция – появились другие тексты. Турция тоже подсказала что-то в плане языка, я там провела достаточно времени.
— Меня не отпускает чувство тревоги после прочтения. Вроде всё проговаривается — и контроль, и попытка сопротивления, и принуждение — но в конце поэтка говорит: «выбор был очевиден», и исчезает в этом решении-формуле «все-всё-понимают», которое даже не произносит. Это про утрату agency? Или про то, как согласие становится формой выживания? Или это в кассу «поэт — это линза: сфокусировал на проблеме, а ответы ищите сами»?
— Может тебе станет менее тревожно, если я скажу, что для меня этот текст в первую очередь о любви. Любовь требует доверия. Дефицит доверия в отношениях рождает всю эту фантазию о мужчине-киборге, дефицит доверия к власти – теории заговора, недоверие к новому и незнакомому – ксенофобию. Делать выбор в пользу любви очень трудно, но кому-то надо.
— Какие твои ожидания от читателя, который прочел твой текст? Этот человек, плачет, смеётся? Пишет ответ, жалобу, что-то чувствует?
— Мне кажется, эти стихи читались по-другому, когда были опубликованы (4 февраля 2022 года). Какую-то беззаботность и веселость они рождали в читателях. Ну смешно же: картошка, многоголовый президент, говорящая белка. Смеялись и мои российские коллеги, и американские. Потом наша реальность стала такова, что не до смеха. Не знаю, что сейчас чувствуют люди, читая этот текст. Конечно, мне хотелось бы, чтобы он вызывал улыбку и рассеивал страх: такая нелепая гидра с маленькой поэтессой в извилинах, глядишь, сработает рано или поздно это секретное оружие.
#интервью
CHOOKAH — японский коллекционер STONE ISLAND и основатель культового GEEK OUT STORE.
Как вы знаете, мне очень нравится японская культура, их стиль, мышление и взгляд на жизнь. По этой причине я никогда не прохожу мимо статей и интервью с интересными людьми оттуда. Забавно, но даже сейчас, в цифровую эпоху и наличие всевозможных переводчиков, информация из Японии поступает в нашу страну очень маленькими порциями. Разумеется, если речь не идёт о каких-то глобальных компаниях, людях и брендах. В связи с этим я решил делиться самыми интересными из них — сам прочитаю и вам покажу.
Первым переводом такого формата стало довольно ёмкое интервью с японцем Chookah, одним из главных коллекционеров Stone Island в Японии, основателем культового магазина GEEK OUT STORE и человеком с крайне любопытной жизненной позицией, идущей вразрез современной культуре потребления и взаимодействию с социальными сетями. Будучи в Токио, я пытался встретиться с ним лично, но не сложилось, не срослось. Надеюсь в следующий раз это всё-таки удастся и у меня будет эксклюзив! Ну а пока, переводим то, что есть.
Не буду спойлерить и делать краткий экскурс о чём это интервью, но крайне рекомендую ознакомиться с ним всем без исключения, даже если вам совершенно не интересен бренд Stone Island и ореол вокруг него. Скажу лишь, что у Chookah крайне любопытный взгляд на маркетинг, продвижение и социальные сети, которые, несмотря на скрытность, сыграли от обратного и возвели его проект в статус культового.
https://teletype.in/@seeyoulater/geekoutstore
Надеюсь вам понравится и вы простите мне ошибки, встреченные в тексте. Наслаждайтесь и подмигните, если такие материалы вам интересны.
#интервью
Денис Мантуров в интервью РБК-ТВ рассказал о приоритетах бюджетной поддержки промышленности, реализации ключевых проектов и перспективах возвращения отдельных иностранных компаний
Главное:
📌Ставка ЦБ – важный инструмент борьбы с инфляцией, но она же и тормозит промышленность.
📌Государство частично компенсирует высокие ставки через субсидии на приоритетные проекты.
📌Инвестпроекты не останавливались, но регионы теряют налоги из-за роста банковских выплат.
📌Сокращения в бюджете не коснулись «живых» проектов.
📌Поддержка ключевых отраслей – технологического развития, импортозамещения – будет приоритетной.
📌Разработка двигателя ПД-8 – уникальный случай: «за 4 года с нуля».
📌Возвращения Toyota, Hyundai, Renault официально не обсуждаются. Renault – в черном списке за поддержку ВСУ.
📌Новый закон о такси поддержит российских автопроизводителей: «АвтоВАЗ», «Москвич» и др.
📌Объемы параллельного импорта в 2024 году снизились втрое по сравнению с 2022 годом.
📌Если иностранный бренд возвращается официально или появляется аналог в РФ, то его убирают из списка параллельного импорта.
📌Диалог с западными компаниями продолжается.
📌Возвращение возможно через комиссию по иностранным инвестициям. У компаний с «корректным» поведением шансы есть.
#интервью
А еще с утра было интервью с директором Дома культуры Тимашевского района Олесей Бариновой. ФОТО нет )) это огонь женщина! Проекты впечатляют. чего стоят только танцующие бабушки. Пришла мысль подать один из проектов Дома культуры по сохранению обычаев и обрядов казаков подать на грант. 100% победим! Готовлю публикацию в СМИ про этот Дом культуры к их 60 летию. А познакомились мы на мероприятии Человек дела, где коллектив "Поющие сердца" во главе с Олесей пел патриотические песни. Но культура - это не только праздники и концерты. Об этом будет интервью #интервью
#интервью
«Проблем с экспортом зерна нет, рынки сбыта наработаны», — Александр Корбут
Последствия майских заморозков, ограничительных пошлин для агроэкспорта из России в Евросоюз и перспективы поставок подсолнечника с новых территорий в OleoScope обсудили с кандидатом технических наук, независимым аграрным экспертом — Александром Вадимовичем Корбутом.
Читать интервью
«На сцене я вольна жить и делать так, как бы это делала моя героиня»
О творческом пути и премьерах этого сезона на театральной сцене в интервью для Art Flesh
#интервью
Балет — это про легкость или про тяжелый труд?
Отвечая на этот вопрос в интервью для Коммерсант Стиль,я поняла что это абсолютно две разные стороны.
Балет — это и про легкость, и про труд. Но, конечно, зритель должен воспринимать его только с позиции легкости. Когда мне говорят, что я легко танцую,— это самый ценный комплимент для меня. Зритель не видит мою работу. Он видит только точность движений и образ. Но для самой балерины это тяжелый труд, и в первую очередь это служение великому искусству.
#интервью
И конечно,лёгкость так важна в балете «Жизель»,который я проживу на сцене завтра🤍